Злоба

Над полем, заглушая бешеное рычание пса, раскатисто пронесся звук грома. Он услышал ржание, почувствовал резкий сокрушительный удар, услышал болезненное скуление пса, и вдруг вес, придавливавший его к земле, исчез.
Вокруг него послышался стук копыт, и через мгновение в поле зрения возник его жеребенок. Он поднялся на дыбы и с силой опустил копыта на землю. Раздался тошнотворный хруст. Жеребенок стоял над ним, у него раздувались ноздри, и из них облаками пара вырывался горячий воздух. Еще через мгновение рядом с ним появилась Гроза – обнюхивала его, облизывала. Она встала рядом с жеребенком, между Корбаном и нападавшими, и зарычала, обнажая длинные клыки.
Он перевернулся и почувствовал, как его обнимает Кивэн, помогая встать. Рука пульсировала от боли, кровь вытекала из раны в такт биению сердца, смешиваясь с каплями дождя и превращаясь в кроваво-красные ручейки, стекающие вниз.
Вонн хотел было подойти, но Гроза угрожающе зарычала, и он остановился.
Хельфах осел на колени в траву, прижав к себе голову мертвого пса. Позади него стоял Рэйф, застыв от удивления и потрясения.
– Ты… ты его убил, – выдохнул Хельфах; по щекам его бежали слезы.
– Нет, – отрезал Вонн. – Это ты его убил, Хельфах. Идем. Я помогу тебе его отнести. – Он посмотрел на Корбана. – Прости, – нерешительно проговорил молодой воин. – Ты… Твоя рука… Тебе нужно к Брине.
Корбан оцепенело кивнул, наблюдая, как трое выносят труп собаки из загона.
– Бан, дай руку, – сказала Кивэн, обнимая его. Она оторвала подол своей накидки и крепко перевязала ему руку чуть ниже плеча.
– Что случилось? – пробормотал Корбан; у него внезапно закружилась голова, а к горлу подступила тошнота.
– Мы пытались до тебя добежать, когда на тебя напал этот пес. Но мы были слишком далеко, даже Грозе не хватило скорости. Бан, он тебя чуть не убил – мог ведь и убить…
– Что случилось? – настойчиво повторил Корбан.
– Твой жеребенок, Бан. Просто промчался мимо нас, из ниоткуда, бросился на пса. Он его убил, Бан, защищая тебя. – Она вздохнула и покачала головой: – Никогда ничего подобного не видела. Слышала рассказы о том, что подобное делают взрослые лошади, боевые лошади, но никогда не видела и не слышала о том, чтобы так себя вел жеребенок.
Корбан кивнул и неуверенно двинулся вперед. Гроза уткнулась носом в его руку. Он приобнял жеребенка здоровой рукой и положил голову ему на шею.
– Я назову тебя Щитом, – прошептал он.
 
Глава 42. Верадис
Верадис улыбнулся – он поднялся на вершину холма и увидел, как из-за равнины перед ним поднимается Джеролин, а его серединная башня из черного камня тычет в небо словно обугленный обвиняющий перст.
На берегу озера, перед крепостью, трудились человеческие фигурки, выгружая дневной улов из множества рыболовецких лодок. Небо было чистым и по мере того, как опускались сумерки, приобретало все более глубокий синий цвет.
Он оглянулся через плечо на отряд, идущий по склону и равнине позади. Командир сделал глубокий вдох, наполняя легкие холодным воздухом.
– Хорошо снова оказаться дома, а? – спросил он у Натаира и Рауки, что ехали рядом с ним. Раука покрепче ухватил штандарт Натаира руками в кожаных перчатках – и орел взметнулся на ветру.
– Хорошо снова оказаться дома, – повторил Натаир, устраиваясь поудобнее в седле.
– Это точно, – согласился Раука с усмешкой.
Не говоря ни слова, Натаир пустил коня галопом вниз по пологому склону. Верадис и Раука последовали за ним, а дальше через вершину холма перебрался и остальной отряд.
Дорога домой прошла быстро и без приключений. Воспоминания об обнаружении тайного Телассара, о раскрытии тайны Калидуса, о джехарских воителях, которые поклялись в верности Натаиру, – все слилось воедино. С того момента все, казалось, изменилось, стало на свои места. Показавший свой истинный облик Калидус затмил собой все. Впрочем, еще до того, как они покинули покои Сумура, он вернулся к образу сутулого старика, взяв со всех присутствующих клятву оставить это в тайне. Верадис теперь знал, вне всякого сомнения: Натаир избран Элионом, а сам он рядом с человеком, который изменит мир. Одна только мысль об этом наполняла его сердце гордостью. Они ехали из Телассара, а в ушах до сих пор звенело обещание Сумура собрать все силы джехаров, подготовить их к войне, а затем пойти к Джеролину.
На десятый день после отъезда из Телассара Верадис и Натаир воссоединились со своим отрядом и обнаружили, что те разбили лагерь в бухте на побережье. Ликос тоже был там, ожидая их вместе с флотом, чтобы переправить войско обратно в Тенебрал.
Путь домой был быстрым, хотя погода становилась все хуже, поэтому многие воины свешивались с бортов кораблей, опорожняя содержимое желудков. Верадис ходил мимо них, благодаря Элиона за то, что родился в прибрежном крае, и укорял своих великаноборцев за то, что они не дрогнули перед великанами на драйгах, но дают слабину всего лишь из-за ненастной погоды.
Альцион оставил их до того, как отряд поднялся на борт кораблей Ликоса, поклонившись Натаиру и кивнув на прощание Верадису. Это было странно: юноша чувствовал, что ему слегка не хватает общества великана.
Верадис усмехнулся про себя.
Ликос вернул их в ту же тихую бухту, где они впервые с ним встретились. С тех пор они провели в пути еще десять ночей, и чем ближе отряд подходил к Джеролину, тем бодрее и быстрее двигались воины. Теперь, когда они вернулись, Натаир приказал протрубить в рога, чтобы оповестить о своем возвращении, и в ответ со стороны зубчатых стен Джеролина также прозвучал рог. Когда они въехали в переполненный двор, где для их приветствия собралась целая толпа народу, Верадис почувствовал, как у него будто сама собой выпрямилась спина. Его лицо расплылось в улыбке. Это было что-то действительно невообразимое.
Валин был в конюшне, а вместе с ним – и целая армия конюхов, готовых помочь ратникам с лошадьми. Он улыбнулся Верадису и обнял старого товарища.
– Рад, что ты вернулся, парень, да еще целый и невредимый. – Управляющий конюшни немного отстранился. – Небось и с кучей интересных историй.
Верадис только кивнул, широко улыбаясь. Он даже не представлял, как сильно скучает по управляющему конюшни.
– Ну, хватит об этом, – остановил его Валин. – У меня есть дела. Мы ведь увидимся, да? Позже?
– Да, – подтвердил Верадис. – Увидимся.
Верадис занялся конем, снимая с него седло и сбрую, но не успел он закончить, как его схватила за плечо чья-то рука.
– Пойдем со мной, – сказал ему Натаир. – Я очень хочу увидеть отца и хотел бы, чтобы ты был рядом.
Верадис нашел конюха и попросил его снять снаряжение со своего коня, а сам последовал за Натаиром в замок. Когда принц и Верадис пересекали пустой зал, раздались шаги и перед ними открылась дверь. Оттуда поспешно вышел король Аквилус, а следом за ним – Фиделе.