Приемыш (СИ)

– Ты пока никто, – говорил Ному один из них. – И зовут тебя никак. Если хочешь хоть чего-нибудь добиться в жизни, забудь про слезы и делай, что тебе говорят.
Ном очень старался и со временем стал одним из лучших, а сейчас считался самым лучшим. За последние десять лет он не провалил ни одного задания из тех, что давал ему Храм. Хоть он и числился убийцей магов, но выполнял для Храма самые разные поручения, а своего последнего мага в ранге мастера убил три года назад в соседней Ливене. Королевство разваливалось на глазах, центральной власти не существовало, а сбежавший из Тессона мастер не сделал из гибели своей семьи надлежащих выводов, поэтому Ному не составило большого труда его найти, убить и привезти в Храм магические книги.
Новое задание Ном не посчитал трудным, но, как всегда, подошел к делу основательно. Он пару дней изучал особняк и всех его обитателей, прежде чем придумал способ в него проникнуть. В конюшне имения было много лошадей, которым раз в три дня покупали овес и сено. Все это каждый раз покупалось у одного и того же торговца еще крепким стариком по имени Гарт. Все это Ном узнал вчера у конюха, который отвозил корма в имение. Сегодня был как раз день приезда Гарта, поэтому Ном приготовил все, что нужно, и с утра пораньше подошел к дому продавца, который по совместительству выполнял для него роль лавки. Дождавшись приезда Гарта, которого он узнал по описанию, Ном зашел во двор, подошел к конюшне и вырубил конюха ударом кулака, после чего не без труда затянул тяжелого мужика на сеновал, где и оставил. Час, а то и на два, будет без сознания, а Ному этого времени хватит. Убивать без необходимости он не любил. Минут через пять пришел покупатель и распорядился загрузить три мешка с овсом и пять охапок сена. Пока Гарт ходил к коновязи за своим жеребцом, Ном погрузил все необходимое в телегу и вывез ее за ворота. Лошадь почувствовала чужого человека и заупрямилась, но применив немного магии, он добился покорности. До особняка мастеров было совсем близко. Наверное, и торговца хозяева выбрали из-за близости его лавки. Гарт спешился, зашел в калитку и открыл Ному ворота. Оставив повозку здешнему конюху разгружать корм, Ном, пока во дворе никого не было, быстро пошел в сторону дома, открыл входную дверь и зашел внутрь. Ему везло: до самых комнат хозяйки, которую он чувствовал с помощью поискового амулета, ему никто не встретился. Убийце даже не пришлось самому открывать дверь в ее комнату, ее ему открыла изнутри молоденькая девушка, которая в недоумении замерла при виде незнакомого человека. Один удар пальцем в нужную точку, и он подхватил обмякшее тело и быстро затащил внутрь первой комнаты, где никого не было. Ном прислушался. В соседней комнате скрипнула кровать. Старуха явно была там, но благодаря одному из имеющихся у него амулетов, присутствия постороннего не почувствовала. Усмехнувшись, он открыл дверь в ее спальню. 
Ира получила очередную партию оружия, расплатилась золотом и хотела было поговорить с королем, как на нее волной накатили страх и боль. Она почему-то сразу же поняла, что это чувства Райны и, моментально открыв врата в свою гостиную, бросилась в покои наставницы. В гостиной у стены лежало тело Лины, а дверь в спальню была приоткрыта. Распахнув ее, Ира влетела внутрь и одним взглядом оценила обстановку. Райна была еще жива. Она лежала на своей кровати и задыхалась, а возле стола стоял неприметный с виду человек в простой одежде и увязывал в сумку книги. При виде Иры он замер с выражением досады на лице, а потом как-то вдруг перетек в другое положение, став шага на три ближе. Как по волшебству, в его руках появились два коротких узких клинка. Не думая, Ира выхватила пистолет, сняла с предохранителя и два раза выстрелила в незнакомца. Его отбросило назад на стол, с которого он повалился на пол и остался лежать неподвижно.
 Ира бросилась к Райне и быстро ее осмотрела. Страх за ее жизнь мешал внятно думать, но она справилась с паникой и принялась за лечение. На теле наставницы не было ни царапины, но в районе сердца  расплывалось красное пятно, видимое лишь внутренним зрением. Оно словно бросало отростки во все части тела, быстро увеличиваясь в размерах. Что это за дрянь  сходу было не понять, поэтому Ира сделала единственное, что пришло в голову: начала вливать в Райну свою силу. Рост пятна замедлился, но и только. Опять навалились страх и безнадежность, Иру начало колотить. Уходил из жизни единственный по-настоящему родной и близкий человек, женщина, которая отдала ей все, что только могла, и любившая ее так, как матери любят своих детей.
 
– Мама, не умирай! Что мне сделать? Я не знаю, как с этим бороться!
Райна сделала усилие и открыла глаза. Видя, что она хочет что-то сказать, Ира наклонилась к ее лицу.
– Наконец-то, – еле слышно прошептали посиневшие губы. – Я думала, что уже никогда не дождусь от тебя этих слов. Я ухожу и оставляю тебя одну без помощи и поддержки. Не печалься, если бы не этот жрец, я бы прожила всего несколько дней. Береги себя, доченька, теперь все на тебе.
По телу Райны прошла короткая судорога, и для нее все кончилось. Ира вытерла льющиеся слезы и повернулась к дверям в спальню, за которыми столпились все обитатели особняка, примчавшиеся на грохот выстрелов.
– Что с Линой? – спросила она.
– Была без сознания, Вольдер уже привел ее в чувство, – ответил Сантор. – Помощь не нужна?
В особняке Вольдером называли Владимира.
– Нет, я все сделаю сама, закройте двери.
Она повернулась к по-прежнему находящемуся без сознания убийце. Горе и страх перешли в ненависть. Короткий осмотр показал, что, как она и хотела, пули раздробили убийце плечевые суставы, и он потерял сознание от болевого шока, а под его телом натекла изрядная лужа крови. Ира быстро затянула ему раны, чтобы не умер раньше времени от кровопотери, заблокировала боль и отдала немного силы.
– Можешь открыть глаза, – сказала она жрецу. – Хотя я тебя и не чувствую из-за навешанных амулетов, но прекрасно знаю, что ты в сознании. Будешь притворяться и дальше, верну боль.
Жрец вздрогнул и открыл глаза.
– Ты убил самого близкого мне человека, и теперь умрешь сам, – сказала ему Ира. – Это не обсуждается. А вот умереть можешь по-разному: или тихо и безболезненно, или долго и в муках. И заблокировать боль у тебя не получится, не надейся!
– Чего ты хочешь?
– Откровенных ответов на все мои вопросы.
  – И ты обещаешь мне тихую смерть?
– Тебе – да. Ты просто исполнитель. А вот тому, кто тебя послал, я постараюсь причинить немного боли.
– Я буду отвечать.
– Подожди! – она нагнулась к жрецу и сняла у него с шеи несколько разных предметов, висевших на одном шнуре. – Так лучше. Теперь я тебя чувствую и смогу определить ложь. Начинай исповедоваться.
– Я жрец главного храма Ашуга. Послан верховным жрецом убить мастера Райну Албени.
– А меня?
– Насчет вас никаких указаний не было. Когда я на вас напал, я всего лишь защищался.
– Я могу попасть в ваш храм вратами?
– Нет, там стоит защита. Вам не удастся стабилизировать врата, а защита поднимет тревогу.
– В подробностях опиши мне, как лучше пройти от центрального входа в покои верховного жреца. Он ведь живет в них?
– Пока еще нет. Когда высшие выберут настоятеля главного храма, тогда Аллий Сакт перейдет в покои верховного, пока он в своих собственных.
– Вот и рассказывай, как туда добраться, а заодно и про дорогу к покоям магистра. Попутно просвети меня насчет того, какая в них охрана.
Выслушав его объяснения, Ира кивнула, взяла в руку лежавший на постели пистолет и выстрелила жрецу в сердце.
 
– Уберите куда-нибудь тело, – сказала она заскочившему в спальню Сантору. – Я иду вратами в замок и там сама похороню мать. Сопровождать меня не нужно.
Она открыла врата, взяла тело Райны на руки и вошла в свои комнаты. Положив наставницу на кровать, Ира открыла входные двери и после недолгих поисков нашла управляющего.