Счастливчик Ген (СИ)

Она бесцеремонно осмотрела меня со всех сторон, сразу заметив почти неприкрытые не успевшими отрасти волосами уши.
– О, боги! А кто это изуродовал вам уши, и для чего?
– Никто мне их не уродовал, – с некоторой долей обиды ответил я и, решив над ней немного пошутить, продолжил. – Они у меня такие от рождения. Но это даже хорошо, что я вам не понравился, а то Ник мне вас сватал второй женой и все расписывал, какая вы славная, и как вы меня сразу полюбите. Выходит, врал. И даже перстень с изумрудом подарил, якобы от вас.
В первый момент она меня просто не поняла, потом до нее дошло, и я имел удовольствие наблюдать превращение принцессы озадаченной в принцессу свирепую.
– Да как он только посмел! – зашипела она не хуже тех гадюк, которых я встречал в лесу во время походов за грибами. – Да как вы осмелились мне такое сказать?
В этот момент открылась дверь в комнату приемов, и все тот же раззолоченный придворный объявил:
– Барон, Ген Делафер! Его величество Игнар Орсел желает вас видеть!
Я вскочил с кушетки и шагнул к двери, но забывшая в гневе все приличия принцесса вцепилась в меня руками.
– Куда?! Я еще с тобой не кончила!
– Извините, ваше высочество, но мы с вами еще даже не начинали! – мне было смешно, пиетета к ее титулу я не испытывал и почему-то был абсолютно уверен, что мне все сойдет с рук. – Оставь меня, сумасшедшая, кружева порвешь!
Видя, что добыча ускользает, и почти ничего не соображая от накрывшего ее бешенства, девушка прыгнула на меня, повалила на паркетный пол, уселась сверху и начала в упоении в клочья рвать мой кружевной воротник. Проделывала она это молча, только сопела носом от напряжения, поэтому я явственно расслышал, как чей-то голос со сдерживаемым смехом сказал:
– Ну, наконец, ей хоть кто-то понравился. Теперь я верю, граф, всему, что вы говорили об этом молодом человеке. Моя дочь любого может довести до бешенства, наконец-то, нашелся кто-то, кто ей не по зубам. Однако находиться в такой интимной позе на всеобщем обозрении принцессе не пристало. Разнимите их!
Чьи-то руки вежливо, но твердо ухватили принцессу за плечи и попытались от меня оторвать. Она отпустила воротник и схватила меня за горло. Я, естественно, начал задыхаться и захрипел. Закончить процесс удушения девушке не дали, все-таки оторвали от меня и поставили на ноги. Я, в свою очередь, поднялся и отвесил королю низкий поклон. О том, какой у меня сейчас вид, я старался не думать. Сам виноват: не нужно было так злить принцессу. Нашел место и время!
– Может быть, вы мне скажете, чего не поделили с моей дочерью? – спросил меня король. 
Короны на стоящем рядом со мной пожилом мужчине не было, и одеждой он не слишком отличался от окружающих его придворных, но его лицо носило такую печать властности, что, встретив его одного в другой части дворца, я ни на секунду не усомнился бы, что это и есть глава королевства.  
– Извините, ваше величество, – еще раз поклонился я. – Я лишь передал ее высочеству слова нашего общего друга Ника Сажа.
– И здесь не обошлось без моего племянника, – покачал головой Верон. – Но от вас, Ген, не ожидал. Не успели жениться...
– Так твой племянник еще жив? – деланно удивился король. – В провинции народ проще, я думал за каверзы его там быстро где-нибудь закопают, или научат уму-разуму. 
– Лана, – обратился он к дочери, которая уже немного пришла в себя, и только, время от времени, бросала на меня испепеляющие взгляды. – Иди на женскую половину и приведи себя в порядок. Да, обрывки кружева, которые ты содрала на память с нашего гостя, разрешаю взять с собой. Какой-никакой, а трофей.
Принцесса перевела взгляд с меня на свои руки с зажатыми в кулачках обрывками ткани, брезгливо бросила их на паркет, вздернула подбородок и гордо удалилась, не удержавшись и бросив на меня напоследок  еще один уничижительный взгляд.
– Ладно, – продолжил король. – На вашего протеже я посмотрел. Даже если не считать занятия, за которым я его застал, личность явно незаурядная. Но моя дочь привела его в неподобающий вид. Этот воротник и росписи на лице... У вас ведь не карета, а открытый экипаж, герцог? Я так и думал. Значит, обратно вы его не повезете, а то завтра в городе только и будет разговоров о том, что принцесса, наконец-то, нашла себе партию. Слухи и без того пойдут, – кивнул он на гвардейцев, которые старательно изображали из себя предметы интерьера. – Раз он пострадал от рук моей дочери, мне им и заниматься. Клер, подойдите сюда! Возьмите этого потерпевшего и отведите в гостевые покои. И пусть его быстро приведут в подобающий вид. А мы с вами господа продолжим.
 
Он развернулся и направился к себе. Следом двинулись явно недовольный устроенным мной балаганом герцог и подмигнувший мне граф, у которого по поводу произошедшего было, видимо, несколько иное мнение.
– Пройдемте со мной, господин барон! – обратился ко мне гвардеец, которого подозвал король. – Только сначала вытрите кровь на лице. Идти нам с вами достаточно далеко, народа по пути повстречается много, а кровавые полосы на вашем лице от ногтей принцессы трудно выдать за результат случайного падения.
– Сильно подрала? – спросил я, ощупывая лицо. – И когда только успела? Не хочется пачкать рубашку. Вас ведь Клер зовут?
– Клер Корвель, к вашим услугам, господин барон!
– Давайте сделаем так. Вы пойдете впереди, а я сразу за вами. Надвину пониже шляпу и постараюсь не наступать вам на пятки. Так вообще мало кто заметит.
– Хорошо, господин барон, – сказал он и первым пошел к выходу из приемной, а я последовал за ним, надвинув шляпу на глаза и опустив голову.
Идти пришлось минут двадцать. Мы несколько раз куда-то сворачивали, спускались и поднимались с этажа на этаж, пока, наконец, не добрались до места. Так как я мог видеть только пол и ступени, то дорогу не запомнил.
– Все, господин барон, пришли, – сказал мой провожатый. – Сейчас я вас сдам с рук на руки господину Бару, а уж он вам окажет помощь. На вопрос не ответите?
– Смотря какой вопрос, – сказал я, подняв голову и осматриваясь.
– Вы понимаете, господин барон, что о том, что произошло, все равно будут болтать? Мне интересно, как нашей принцессе удалось повалить такого крепкого парня, как вы.
– У вас не принцесса, а дикая кошка, – просветил я его. – Пусть она и меньше весит, но, когда на тебя так прыгают,  устоять на скользком паркете трудно. А когда такого еще не ожидаешь... Не мог же я ее хватать руками. При моей силе у нее все руки были бы в синяках. Думаете, и тогда королю было бы смешно? Может быть и так, но проверять как-то не хотелось. 
– Вы правы, – согласился Клер и постучал в одну из дверей, располагавшихся по одну сторону коридора, в котором мы с ним сейчас стояли: – Господин, Бар!
Стучать ему пришлось порядочно, пока не отворилась дверь, и на пороге не появился господин с ничем не примечательной внешностью и довольно скромной по здешним меркам одеждой. Каждый гостевой покой состоял из трех расположенных анфиладой комнат, и Бар находился, по-видимому, в самой дальней из них.
– По приказу короля передаю вам господина барона. Его надлежит поселить в гостевых покоях и помочь залечить лицо и привести в порядок одежду.
Поклонившись нам, гвардеец развернулся и поспешил обратно на пост.
– Назовитесь, пожалуйста, господин барон, если вы только у нас не инкогнито, – попросил он меня. – Я кастелян Среднего дворца Нил Бар. Сейчас мы все для вас быстро сделаем.
– Барон Ген Делафер, – представился я.
– Кто же это вас так разукрасил, барон? – спросил кастелян, перебирая ключи на поясе. – Вот это ключ от ваших комнат, прошу сюда. Сейчас идите мыться, а я приглашу мага. А уж после всего займемся вашей одеждой.
 
– Вам это очень нужно знать? – спросил я у него, забирая ключ. – Нет у меня особого желания об этом рассказывать. Думаю, еще до вечера все сами узнаете.
– Слухи по дворцу разносятся быстро, – согласился он. – Только есть разница, слушать других или рассказывать самому. Открывайте дверь. Вот это гостиная, дальше будет спальня и последняя комната с удобствами. Разберетесь сами, а я побежал за магом.