Остров для белых
о, это был мир, где француз Ламарк впервые построил стройную теорию развития жизни — развития всех форм живых существ — теорию эволюции (революционной Франции было не до наук, мы уже видели) — «Философия зоологии» назывался эпохальный труд, и через полвека добросовестнейший Чарльз Дарвин издал «Происхождение видов» — общество созрело, зерно упало на взрыхленную почву, в мировой науке произошел переворот, и никто еще не знал скромного монаха Менделя и не слышал о генах,
и что характерно: технические изобретения, наука, искусство — и философия! — развивались параллельно, единое информационное облако, или единое тело культуры, считайте как угодно:
сначала мы помянем — кого ж еще на первое место! — мистера Адама Смита, которому достало ума и знаний создать экономику — теорию экономики как науку! — и следом за ним Давида Рикардо; а Конт, гениальный Огюст Конт (простите за повторения, но даже величайших гениев цивилизации невозможно всех поименовать — да что поименовать, просто перечислить! — в нашем скромной [нескромном] сочинении) Конт постиг и изложил объективный характер истории, объективность законом развития общества!!! не волею королей, не подвигами героев и не прихотями случая и природы — но сущностью вещей и самим устройством Мира меняется социум и государство. Эта социальная эволюция потрясла умы, перевернула Историю!
И над этой Историей нависла громоздкая и страшная в своих пророчествах и их последствиях фигура Карла Маркса — эта грива, эта борода, эти бесчисленные памятники и портреты! — Маркс научно предрек конец капитализма и всевластие пролетариата: пророчество не сбылось, но десятки и десятки миллионов жизней легли на алтарь революций, расстрелов, концлагерей и диктатур: его приглаженная копия, фабрикант Энгельс, спонсировал Маркса своим буржуйским эксплуататорским золотом и завершал его книги; и уже возник Интернационал как объединение социалистов, и социал-демократические партии, а немец Штирнер и француз Прудон с неудержимыми русскими Бакуниным и Кропоткиным изобрели анархизм как теорию и руководство к действию («Динамиту, господа, динамиту!»), в России нигилисты взрывали министров, генералов, начальников полиции и самого царя! мир зашатался!
но стройное, как готический собор, и всеобъемлющее, как звездный свод учение создал англичанин и путейский инженер (масштабное рациональное мышление! учет всех деталей и нагрузок!) — Герберт Спенсер! пусть лысина и пышные бакенбарды не обманывают вас внешностью эсквайра, его синтетическая философия связала всю биологию и социологию в единую эволюционную сеть — и с корректнейшей наглостью объяснила вообще все;
этих рассуждающих и говорливых мудрецов теснит толпа истинных аристократов мысли — ученых: их роль в стремительном взлете цивилизации все весомее: век машин, пара и электричества! — курчавый бонвиван Андре Ампер обнаруживает направление электрического тока; еще один красавец-шатен, Майкл Фарадей, открывает явление электромагнитной индукции, создает теорию электромагнитного поля, конструирует первый трансформатор — и первый электродвигатель: по этой модели электродвигатели делаются и поныне! а Георг Ом с его известным всем школьникам законом, связавшим силу и напряжение тока с сопротивлением проводника?
но далее, в приближении двух Джеймсов — Джоуля и Максвелла, мы от электричества переходим к открытию нового уровня Природы и созданию новой науки, которая станет базовой для всего естествознания (прошу осознать и встать!) — переходим к Термодинамике. Бедный врач, непризнанный открыватель Первого Начала — Закона сохранения энергии Юлиус Майер, и Джоуль (Закон Джоуля-Ленца, джоуль как единица измерения энергии, работы и теплоты), доказавший этот Закон; Рудольф Клаузиус и Уильям Томпсон, лорд Кельвин: Второе начало термодинамики, температурная шкала, Абсолютный Ноль температуры Космоса, теория Тепловой Смерти Вселенной — открывшаяся как научное откровение эсхатологии, обоснование Конца Света; и Гельмгольц с его: «Жизнь есть форма захвата свободной энергии»,
как горели глаза сочинителей, романы Жюля Верна положили начало научной фантастики, жанр литературы из утопии превратился в сбывающееся пророчество: подводные лодки, полет на Луну (трое в снаряде, размеры реальны, время полета совпало с «Аполлоном»!); Герберт Уэллс напишет не только о войне миров и трансплантологии — он предскажет атомные бомбардировки!
а доктор Ливингстон проникает в сердце тропической Африки, на его поиски отправляется американский журналист Стэнли, открыты истоки Нила, Конго, озеро Танганьика, Килиманджаро — строятся дороги и мосты, школы и церкви, колонизаторы, лекарства, плантации и шахты — с эксплуатацией приходят грамотность, смягчение диких нравов, гигиена и резкое падение смертности, Сесил Родс создает целое государство, это эпоха авантюристов, любители приключений жаждут богатства,
и мир зачитывается романами об отважных путешественниках, открытиях и опасностях на море и на суше, родилась плеяда прославленных авторов: Майн Рид, Фенимор Купер, Луи Буссенар, Капитан Марриэт и Райдер Хаггард, блистательный Стивенсон, Гюстав Эмар и Луи Жаколио… воспитанные на этих книгах мальчишки откроют Северный и Южный полюсы Земли, проложат железные дороги через континенты, будут гонять чайные и шерстяные клипера через семь морей и два океана, возведут города в пустынях и станут трястись от малярии в джунглях,
а в России царь отменил рабство, освободив крестьян собственного русского народа, и буквально через пару месяцев началась Гражданская война США между Севером и Югом, закончившаяся освобождением черных рабов: 600 000 граждан отдали жизни за их свободу… почти каждый десятый мужчина Америки; памятник Честному Эйбу, президенту Аврааму Линкольну…
но железный канцлер Отто фон Бисмарк шагнул дальше всех: пенсии для рабочих, медицинское и социальное страхование! немецкая школа была поднята на новую высоту — и после победы во франко-прусской войне Бисмарк сказал, к сведению политиков и полководцев мира: «Эту войну выиграл немецкий школьный учитель»: отныне побеждать будут более квалифицированные армии, сообразительные и грамотные солдаты;
вдоль улиц европейских столиц заблестели рельсы, и по ним покатили, звоня, электрические трамваи Эрнста фон Сименса — одновременно в Нью-Йорке и Питтсбурге побежали трамваи Лео Дафта, а по железным дорогам уже путешествовали в спальных вагонах Джорджа Пуллмана, эти пассажирские вагоны еще сто лет так просто и назывались — «пульман»,
и вот сумасшедший философ, усатый, одинокий создатель Сверхчеловека — Фридрих Ницше — и с ним кончается великий XIX век! и создатель психоанализа — всем правит подсознание! — Зигмунд Фрейд, зажав в зубах неизменную сигару, приступает к своим главным трудам…
(Мелвин Баррет пришел в отчаянье, поняв, что упустил в плане романа бесконечно много — нельзя же рассказать обо всех и обо всем — но кое-что из не включенного в окончательную редакцию необходимо как-то вернуть и добавить):
Кто этот суровый мужчина? — а-а: «Господь Бог создал людей сильными и слабыми, а полковник Сэмюэл Кольт создал свой револьвер, чтобы уравнять их шансы»; кольт в кобуре болтается на поясе, а пояс на джинсах ковбоя, а джинсы? — а, баварский еврей Леви Штраус, подхваченный золотой лихорадкой, отправился в Калифорнию и уже как Ливай Страусс сшил партию штанов из остатка корабельной парусины, закрепив углы карманов заклепками; а это Исаак Зингер нажимает ногой педаль, приводя в действие свою швейную машинку; а за столом Кристофер Шоулз тарахтит на своей пишущей машинке, первом Ремингтоне; под окном его катит Джон Старли на велосипеде с цепной передачей, родоначальнике всех велосипедов последующих времен…