Хрупкое желание (ЛП)

 Его голос ясно давал понять, что его выбор был бы другим, если бы это зависело от него.
 — Но она собирается отдать ребёнка на воспитание кому-то другому?
 Данте покачал головой, а Пьетро допил свой стакан и закурил сигарету. На мгновение мне захотелось попросить у него сигарету. Мне хотелось напиться и накуриться, пока я не забуду все вокруг. Но ни то, ни другое не вариант. Мне необходимо оставаться достаточно трезвым, чтобы вернуть Эмму в отель, а ей не нравилось, когда я курил, потому что это убило нашего дедушку и скоро убьет отца.
 — Она планирует растить ребенка Фальконе?
 Я не получил ответа. Я не мог понять, как Серафина вообще могла думать о воспитании его ребенка. То, что она не желала аборта, было чем-то, что я мог понять. Но на самом деле смотреть, как растет ребенок Римо после того, что он сделал? Это безумие. Женщины становились сентиментальными в период беременности. Может быть, позже она передумает.
 Для меня это не должно иметь никакого значения. Серафина больше не была моим делом. И все же казалось, что все, что с ней случилось, все равно свалится на меня.
 Это гордая мысль, но я не мог отказаться от нее.
 🐞 София 🐞 
 Я была так взволнована, когда услышала, что Данило приедет на Рождественскую вечеринку дяди Данте. Когда он не появился на дне рождении отца, я была разочарована. Я хотела вновь увидеть его, теперь, когда он стал моим. Мало кто знал о нашей помолвке — которая даже не была официальной. Эта мероприятие состоится только тогда, когда я стану старше.
 Мое волнение исчезло, встретив Данило на вечеринке. Мне потребовалось больше времени, чем когда-либо прежде для подготовки. Я выбрала новое элегантное платье и даже слегка накрасилась прокравшись в комнату Фины. Несмотря на все мои усилия, Данило почти не смотрел на меня. Словно я была воздухом. Выражение его лица было пассивным. Единственная вспышка страсти вспыхнула, когда он заметил Серафину в другом конце помещения. После этого я стала для него невидимкой. Анна подтолкнула меня локтем, когда он ушел.
 — Эй, не делай такое лицо, — прошептала она и снова повернулась к Эмме.
 Я заставила себя отвести взгляд от Данило и улыбнулась Эмме.
 — Ты голодна? — спросила я. — Я еще не смотрела, что в буфете. Может, мы сможем сделать это вместе.
 Она кивнула и застенчиво улыбнулась.
 Анна усмехнулась.
 — Наконец-то. Умираю с голоду.
 Анна шла впереди, раздвигая толпу, чтобы Эмма могла проехать мимо них. Было очевидно, что Эмма смущена таким вниманием, поэтому я осталась рядом с ней и отвлекала болтовней.
 — Я рада, что ты собираешься выйти замуж за моего брата, — сказала она чуть позже, когда мы стояли в углу комнаты и ели.
 Это меня удивило.
 — Ты рада? — я съежилась от того, как нетерпеливо прозвучал мой голос.
 Как у щенка, отчаянно нуждавшегося в угощении.
 — Мы близки по возрасту, так что можем быть друзьями.
 — Мы уже друзья, — сказала я.
 Мы с Эммой не были так близки, как с Анной или моими школьными подругами, потому что виделись не так часто, но она мне нравилась. После аварии я не знала, как вести себя с ней, но вскоре поняла, что она все та же девушка, только менее подвижная.
 Взгляд Эммы метнулся к чему-то позади меня. Я обернулась. Данило снова направлялся к нам со стаканом в руке. Я выпрямилась и улыбнулась в той утонченной манере, которую Фина довела до совершенства. Его взгляд прошел мимо меня, прежде чем остановился на Эмме.
 — Вижу, о тебе позаботились. С тобой все будет хорошо, пока я буду заниматься делами?
 Эмма кивнула.
 — Конечно. Я не ребенок.
 Улыбка, которой одарил ее Данило, была неосторожной. Это был первый раз, когда его лицо выглядело полностью свободным от контроля. Обычно он всегда был таким уравновешенным и внимательным к своему окружению. Я хотела, чтобы он тоже ослабил свою защиту вокруг меня.
 Коротко кивнув мне, он ушел.
 Анна наклонилась ко мне, прядь ее каштановых волос выбилась из прически.
 — Перестань смотреть на него своими щенячьими глазками.
 Я нахмурилась.
 — Я не... — я смотрела на него щенячьими глазками. — Я просто хочу, чтобы он перестал меня игнорировать.
 Анна пожала плечами.
 — Ему необходимо игнорировать тебя на людях. До тех пор, пока ты не станешь старше, этикет запрещает демонстрировать, что ты помолвлена.
 Она была права. Я постоянно сравнивала свое положение с тем, как Данило вел с моей сестрой, но она была старше, и они почти стали мужем и женой.
 Я пообещала себе, что перестану переживать по любому поводу.
***
 Мы с Серафиной сидели на веранде, наслаждаясь теплым весенним деньком. Живот Фины уже был виден. Она выглядела так, словно вот-вот лопнет. Она объяснила, что ее живот стал больше, потому что она ожидала близнецов. Я просто не могла поверить, что внутри неё два маленьких человечка.
 Заметив мое внимание, она рассмеялась.
 — Не переживай. Я не взорвусь, даже если захочу.
 — Не могу дождаться встречи с близнецами. — я хихикнула.
 Ее улыбка дрогнула.
 — По крайней мере, кто-то ждёт.
 Я переплела наши пальцы.
 — Мама с папой все еще не рады детям?
 Фина отвернулась, закусив нижнюю губу. Она ничего не сказала, но я видела, что она сдерживает слезы. С тех пор как она забеременела, ее эмоции были везде. Вот почему я никогда не говорила с ней о Данило, хотя мне отчаянно хотелось расспросить ее о нем.
 Папа вышел на крыльцо.
 — София, можно тебя на пару слов?
 Я встала, удивленная, что он хочет со мной поговорить. Это из-за Данило? Я последовала за ним внутрь, и мы устроились на диване.
 По выражению его лица я поняла, что сейчас услышу плохие новости.
 — Божья коровка, я знаю, что ты взволнована празднованием своего дня рождения, но учитывая ситуацию с Финой, мы с твоей мамой решили, что будет лучше отменить торжество.
 У меня упало сердце. Я с нетерпением ждала своего двенадцатого дня рождения с друзьями.
 — Хорошо.
 Папа погладил меня по голове.
 — Мне очень жаль. Но ты же понимаешь, что около нас сейчас не может быть так много людей, не так ли?
 Я машинально кивнула. Мои родители старались как можно больше скрывать Серафину от публики. Я не была уверена, почему они все еще переживали. Даже в школе все знали о ее беременности.
 — Но Анна с семьей приедет навестить тебя, так что ты проведешь свой день рождения с ней, — сказал папа.
 Я видела, как ему плохо, и не хотела, чтобы он чувствовал себя еще более виноватым, показывая свою печаль, поэтому я улыбнулась и обняла его.
 — Не волнуйся, папа. Все нормально.
 Когда я поцеловала его в щеку, было похоже на то, как будто с его плеч свалился груз.
***
 Анна и ее семья приехали за день до моего дня рождения.
 В день моего рождения мама испекла для меня большой шоколадный торт и, как обычно, приготовила слишком много глазури, потому что я любила есть ее ложкой, пока торт пекся в духовке. Леонас, Анна и я провели день вместе, набивая себя тортом и домашней тальятелле с рагу— традиционным блюдом из родного города нашего повара Болоньи. Наконец-то у меня появился телефон, и хотя у Данило еще не было моего номера, я все еще надеялась, что получу от него сообщение. Для него не станет сложностью добыть мой номер — все, что ему оставалось сделать, так это попросить папу или Сэмюэля.
 Но когда ужин подошел к концу и я еще не получила от него сообщения, я смирилась с тем, что он забыл о моем дне рождения. Мое разочарование тяжело давило на меня, но я старалась скрыть это от своей семьи. Я не хотела, чтобы они поняли, как я схожу с ума из-за Данило.
 После ужина мы с Анной перебрались в мою комнату и развалились на кровати, чтобы посмотреть фильмы и как можно дольше не ложиться спать.
 Как обычно, Анна прочла мое настроение.
 — Наверное, он просто забыл. Парни они такие, — сказала Анна во время первых титров.