Олигархов надо (ка)лечить (СИ)

— Прости меня, прости! — сгреб он девушку в охапку, прижимая к себе. — Знаю, как тяжело тебе все это слышать, но и очернять своего отца не могу позволить, — говорил Савелий, не давая ей вырваться, держа так крепко, как только мог. — Факт изнасилования подтвердила экспертиза. Твой отец знал об этом и даже написал заявление в полицию. Но патологоанатом изменил заключение, и дело закрыли. На наше счастье эта сволочь еще жив, и мой человек смог вытрясти из него правду.
Ната плакала у него на груди. Савелий же только и мог, что гладить ее по волосам и тихонько укачивать. Он понимал, как ей сейчас больно, но не жалел о разговоре. Возможно, когда боль ее притупится, они смогут начать общаться нормально. Ну и виновный в смерти ее матери теперь обязательно будет наказан. Об этом уже позаботится он сам.
— Почему твой отец не защитил ее? — посмотрела на него Натали заплаканными глазами.
— Потому что она не позволила ему в это вмешиваться. А потом уже стало поздно…
  
Глава 26
 
Натали
— Как поживает твой сексуальный дядюшка?
— Хорошо поживает.
— А где он? Почему я его не вижу?
Вера только то и делала, что обшаривала взглядом площадку перед домом, работа где кипела с утра пораньше. Натали уже не знала, как относится ко всему этому бардаку и в доме, и во дворе. Вроде и сулил тот повышенный комфорт, когда все закончится. С другой стороны, растянуться это могло на долгое время, хоть дядя Виталя и обещал оперативность на пределе. И она устала каждый день наводить порядок. Но зато, в доме уже имелся туалет, правда, пока не отделанный.
— Потому что тут его нет, — ответила подруге Ната.
— А когда он вернется? — сразу сникла та.
— Очень нескоро теперь, — почти не соврала Натали.
Понятие «очень нескоро» растяжимое и неопределенное. Оно же включает в себя и «никогда».
— Как это?
— Вер, мой дядя уехал к себе, в Сибирь. Дела у него там какие-то возникли неотложные.
— Ой, как жалко, — совсем расстроилась подруга. И тут Ната заметила, что и принарядилась та сегодня, и над макияжем потрудилась дольше обычного… И отчего-то ее это все не порадовало.
— Ладно тебе, Вер, не расстраивайся, — все же нашла в себе Ната силы для слов утешения и даже приобняла подругу за плечи. — В любом случае, он бы тут надолго не задержался.
— Я бы хоть попрощалась с ним… А он точно уехал? — с подозрением посмотрела на Нату.
— Точнее не бывает, — лихо соврала она.
Два дня назад она проводила Савелия к егерю. Перед этим кое-что случилось — на следующий же день после разговора о маме. Собственно, недобрым вестником стал дядя Виталя, что пришел чуть раньше, чем остальные ребята из его бригады, и поделился с ними тем, что накануне по секрету рассказал Дима его сыну. И кто бы сомневался, что это была вся правда о Савелии.
— Говорю же, лицо мне твое знакомо, — произнес в заключении прораб. — А на память мне пока рано жаловаться.
Ната тогда расстроилась до слез, и Диму про себя костерила на чем свет стоит. Ну пусть только попадется ей — мокрое место от него оставит, в моральном смысле слова. Трепло — вот кто он!
Но трепача можно было убивать в мыслях до бесконечности, замолчать его это точно не заставит. Если растрепал правду другу, то и остальные все скоро узнают — вести по деревне разносятся быстрее ветра. А там и в столицу просочатся. Это значило одно — что Савелию нужно уходить и поскорее.
И все же, уговорить его было не так-то просто. Натали и убеждала, и злилась, и даже угрожала, а он ни в какую. Пришлось прибегнуть к легкой подлости и упрекнуть его, что если не думает о себе, то хотя бы о ней пусть подумает. Ведь, проблемы могут возникнуть и у нее из-за него. Хотя, те уже и так появились в излишестве. Как бы там ни было, но ближе к вечеру они отправились к егерю. Ната и слышать не хотела о походе завтра. Не пугала ее и темнота — лес она знала отлично. А вот Савелий всю дорогу молчал и дулся.
— Ты как хочешь, но обратно сегодня я тебя не пущу, — встал на ее пути дядя Коля, когда засобиралась Ната домой.
Она позволила себе передохнуть пятнадцать минут, испив вкусного егерского чая. А время уже перевалило за девять вечера, и в лесу окончательно стемнело. Вот и фигура Савелия выросла рядом с дядей Колей. И смотрел он на нее так, мол, если прорвешься через одну преграду, то меня тебе точно не обойти. Так и пришлось ей сдаться, а ведь в последний раз она ночевала в доме егеря еще с отцом.
Дядя Коля нажарил на ужин рыбы (у этого знатного рыбака всегда имелась свежая, только выловленная) и уговорил Савелия попробовать его самогончика. Ната отказалась от выпивки, ну а Савелию пришлось выпить рюмку.
— Я тебе постелю на веранде — ночь будет теплая, — глянул егерь на звездное небо. — А ты, парень, не обессудь, но спать будешь в доме, недалече от меня. Так мне будет спокойнее.
В обратный путь Натали планировала отправиться с утра пораньше, едва только займется рассвет, чтобы успеть вернуться к приходу строителей, ну и заодно незаметно. Спать отправилась практически сразу после ужина, а вот уснуть не получалось. И когда дверь тихонько скрипнула, и раздался голос Савелия, поинтересовавшийся, не спит ли она, даже обрадовалась.
— Не могу уснуть, а ворочаться уже устала, — призналась Ната.
— И я тоже. А охранник мой храпит по-богатырски, — усмехнулся Савелий.
— Да уж… — тихонько рассмеялась Ната, свешивая ноги с тахты. — Присаживайся, раз пришел, — похлопала рядом с собой.
— Я тут с ума сойду от скуки, — вздохнул Савелий.
— Не сойдешь — дров, вон, наколешь дядь Коле на год вперед, — хихикнула Ната. — Да и в лесу никогда не бывает скучно, но об этом тебе егерь лучше меня расскажет и покажет. Я даже немного завидую тебе.
— Так оставайся тут тоже, — воодушевился Савелий.
— Не могу, ты же знаешь.
У нее огород, травы, ремонт… Да и люди еще больше языками трепать станут. А так, скоро забудут обо всем.
— Хоть приходить будешь? — угрюмо поинтересовался Савелий. — И кто будет за ремонтом следить?
— Обещаю проследить и не давать им спуску. И скоро я приду проведать тебя тут, — увещевала Ната его, как малое дитя.
— Скоро — это когда?
— Через пару дней. Надеюсь, закончится тоже все скоро.
От Савелия Натали знала, что уже вовсю ведется расследование и катастрофы, и того, что касалось ее матери. О последнем она не просила и даже страдала в глубине души. Она хотела наказать виновного и теперь точно знала, кто он. Но больно было ворошить события давно минувших дней, нарушая тем самым покой усопшей. Но зло должно быть наказано, и пока еще Ната даже себе не полностью признавалась, как рада, что сидящий рядом мужчина не причастен даже косвенно к смерти мамы. Наверное, его отец мог сделать чуточку больше, чтобы спасти ее, но и тот вряд ли не сделал этого намеренно.
В тот день они долго сидели и беседовали с Савелием, пока Натали не начала бороться с зевотой. Тогда он ушел спать, а с утра пораньше, когда егерь и его гость еще крепко спали, она отправилась домой. И сейчас вот, разговаривая с Верой, вдруг поняла, что соскучилась по Савелию. Не хватало ей его неуемной и частенько авантюрной энергии. Порой ловила себя на том, что выискивает взглядом на огороде его крупную фигуру. И готовить вот приходилось самой. Да и вообще, без него в ее дом вернулась скука. А ведь раньше она считала это покоем и уединением.
Когда строители засобирались по домам, Ната приготовилась отправиться в путь. Сегодня она успеет добраться до егеря засветло. Ну а заночует снова на веранде. И опять поболтает с Савелием, глядя на звезды. Тут Ната поймала себя на том, что улыбается собственным мыслям.
— Пока, дядь Коль! — махнула она рукой прорабу, что последний выходил за калитку. — До завтра!
Ничего в дорогу собирать не нужно было. Разве что, щавель возьмет, да побольше. Как специально сегодня столько нарвала. Пусть дядя Коля приготовит зеленые щи — он в этом деле мастер. А то, поди, закормил уже гостя рыбой.