Не верь мне (СИ)

-Три условия. Три. Ты не лезешь в мои дела, мою жизнь и мои отношения с детьми. Я не хочу ничего знать, что там было с тобой за этот период и почему так произошло…
… потому что боюсь возненавидеть тебя ещё сильнее. Но об этом я ему не говорю.
-Ты можешь общаться сколько угодно с Аней, я тоже не буду лезть в ваши отношения.
-А Серёжа?
Это имя по отношению к сыну режет слух.
-Ты же понимаешь, что ты его называешь так, чтобы почувствовать его принадлежность к себе?
-Ты сама так его назвала.
-Дурой была.
Хмыкает, но никак это не комментирует. Опираюсь локтями на колени, запуская пальцы в свои волосы, капюшон давно слетел с головы. Ну точно. Дурой была. Дурой и осталась.
-Что ты ему говорила обо мне?
-Что тебя нет…
Опять скрипит зубами, мне и смотреть на него не надо, чтобы понять, что его там всего перекосило. Впрочем, я и без этого чувствую волны ненависти, исходящие от него.
-Успокойся, - резко прошу Сергея, не в состоянии вынести весь этот накал. Хотя и понимаю, что сама провоцирую его. – Сказала, что тебя нет с нами, потому что ты не знаешь о нём ничего. Про то, что Анин папа и ты – одно лицо, он не знает.
-Как он… отнесётся ко мне?
Очень хочется съязвить, но не могу. Потому что слышу, я всё слышу. У Серёги в голосе слишком много боли, которая просто иступляет меня. Не умею я людей добивать. Хотя очень хочется. Тряпка, блин, мягкотелая.
Пытаюсь смоделировать ситуацию знакомства двух Измайловых и не могу. Не получается. Они у меня элементарно даже в один кадр не попадают.
-Не знаю.
-Оль…
-Правда, не знаю. Если решит, что несёшь какую-то угрозу… то скорее всего даже разговаривать не станет.
-А я несу?
Нет, ну он точно издевается надо мной. Опять поднимаю на него свои глаза и… теряюсь в его бездонном взгляде. Там уже не боль. Там испуг, паника, растерянность. Хоть пару мгновений, но я вижу это. Правда, Измайлов очень быстро прячет свои эмоции под маской отрешённости.
-Это тебе решать. Зачем ты вернулся. Только ты учти. Что Крош – это не Аня или я. К нему нельзя будет приблизиться, а потом пропасть. Он другой. Совсем.
-Я не собираюсь пропадать, - вроде бы спокойно отвечает он, но моё нутро подсказывает, что зол, очень, но я не понимаю на что. Опять на меня? Ну, извини, милый, на правду не обижаются.
-Не верю. Но у меня выхода нет… ради сына. Но знай, если ты хоть раз заставишь меня пожалеть о том, что я разрешу тебе… появиться в его жизни, я даже не знаю, что с тобой сделаю.
-Не пожалеешь, - Сергей не сомневается в своих словах, а вот я очень. И в словах, и в действиях, и в нём самом.
Ничего не отвечаю. Просто встаю с лавки и начинаю собирать свои пакеты. Он тоже встаёт на ноги, но не двигается, просто стоит рядом, спрятав руки в карманы.
-Я хочу… - неуверенно вдруг начинает он и замолкает. Замираю. Жду и не тороплю. Пусть лучше хорошенько подумает над своими желаниями. – Я хочу познакомиться с ним. Узнать его. Сказать, чтобы он знал…
-Что сказать?!
-Что мне очень жаль, что я так поздно появился в его жизни.
Сглатываю, болезненно и тяжко. Вот что можно на это всё ответить?!
Хватаю пакеты и иду к подъезду. Но возвращаюсь обратно, снова бросая вещи на скамейку. Долго ищу нужную коробку.
-Держи, - почти со психом сую Сергею в руки заветную упаковку.
-Что это?
-У Кроша скоро день рождение. Там конструктор, о котором он мечтал.
-Я сам могу купить! – вдруг включает он гордость. Осёл!
-Последний взяла. Придётся попотеть, чтобы найти такой в городе. Видимо, только под заказ.
Вот теперь точно хватаю пакеты и домой. Но отчего-то мы сегодня никак не можем разойтись.
-Спасибо! – нагоняет в спину меня его очередная реплика.
-Это не ради тебя, это ради Кроша!
-А я не за подарок… Я за сына.
День разворачивался каким-то своим чередом, а я действовала на автомате. Проверила Ане температуру, распихала покупки по местам, съездила за Крошем, поулыбалась матушке и Лене, даже с племянниками мелкими поагукала. Уже дома накормила детей ужином и отправила заниматься своими делами.
И вот, когда мои были заняты чем-то каждый в своей комнате, меня затрясло.
Так надо было…
Не пожалеешь…
Я не собираюсь пропадать.
Спасибо… за сына.
Его фразы калейдоскопом крутились в моей голове, путая мысли и выворачивая душу наизнанку.
И это его извечное «Оль». С нажимом, с грустью, с придыханием. Хоть имя иди и меняй.
Он не извинялся. Не показывал своей вины. Не раскаивался. Жалел лишь о том, что о сыне не знал. А я? А мне в этом места не было. Холодило. Вымораживало. Убивало.
Теперь мне казалось, что его вопрос был лишь поводом, чтобы просто оставить меня. Тогда зачем этот цирк с Крошем?! Тогда зачем все эти немые вопли, психи и святая обида в его глазах? Голова разрывалась от вопросов и нелогичности происходящего. Но я знала точно, не спрошу, не поверю… Почему ты готова подпустить его к своему ребёнку? Ради сына? Или чтобы уже заглушить свою вину… перед всеми ними?
Это вообще было страшно. Не доверять ему, но быть готовой впустить его в жизнь самых близких людей в твоей жизни. И выбора то особого не было. По крайней мере, в случае с Анюткой. Ей же не прикажешь, не соврёшь, не скажешь, чтоб от отца держалась подальше. И ему не запретишь. При всём желание. Не услышит, скорее даже наоборот. Сергей он такой… из серии «если чего-то хочу, то усрусь, но получу».
Я бы ещё о многом подумала и ещё о большем накрутила себя, если бы моё уединение не было нарушено сыном, который бесцеремонно плюхнулся на кровать рядом со мной.
-Ты грустишь, - вовсе не спрашивает он.
-Думаю, - поправляю.
-А разве это не одно и то же?
Ну и в кого они у меня такие прозорливые?!
-Хочешь, почитаем? – пытаюсь сменить тему, сын не поддаётся.
-О чём думаешь?
 -О твоём дне рождении, - почти вру я, зная, на что он точно отвлечётся. И верно. Сына уводит в сторону мировых планов о праздновании, подарков и торте… Слушаю его и улыбаюсь, еле сдерживая слёзы, ну как его можно такого не любить?! Даже ладонью по волосам провела, из-за чего он смешно сморщился.
-Мам… - очень тихо зовёт меня мелкий.
-Да?
-Как ты думаешь… если бы он знал обо мне… он бы приехал?
И даже спрашивать кто этот «он» не надо, и так всё понятно.
-А ты бы хотел, чтобы он пришёл?
Думает. Опять морщит нос и сводит брови, решая что-то очень важное для себя.
-Да, - еле слышно, на одном дыхании.
И я утыкаюсь носом в подушку, лишь бы не услышал, лишь бы не понял, как матери хреново. Вдох, выдох. Кусаю подушку. Вдох. Выдох.
Поднимаю голову и очень серьёзно обещаю:
-Придёт.  
  
Глава 13
 
Глава 13.
Выходные были  пережиты.
На понедельник у нас с Анькой было запланировано посещение поликлиники. Было раннее утро, когда я с детьми выходила из подъезда. Наткнувшись взглядом на измайловский джип я не удивилась и лишь возмущённо глянула на дочь.
-Он предложил подвезти, - с самым невинным видом заметила она.
Я недовольно сдвинула брови, но смолчала. Поймала Кроша за руку, когда Сергей как раз решил выйти из машины и размашистой походкой отправился к нам. Я замерла на месте, пытаясь вспомнить как правильно дышать. Анютка счастливо взвизгнула, и полетела к отцу, радостно повиснув на его шее.
Сын невольно насупился. То ли ревнуя, то ли просто напрягаясь из-за присутствия незнакомого человека в его окружении. Измайлов поставил дочь на землю и подошёл к нам, я боролась с диким желанием запихнуть мелкого себе за спину. Переборола. Дайте мне кто-нибудь медальку, хотя бы шоколадную. Я, кажется, заслужила.
Сергей делает пару шагов к нам и садится на корточки перед Крошем, чтобы быть с ним одного роста.