Как это будет (СИ)
Сергею стало ясно, что блицкрига у Гитлера не получилось, а в затяжной войне Германия неминуемо проиграет. Тем более что союзников у нее не оказалось: даже Италия в войну не вступила и вряд ли вступит, а в Венгрии, Румынии и Болгарии сейчас сильны антигерманские настроения. Вчера же поступило сообщение, что в Чехии вспыхнуло восстание и сегодня с утра туда из Польши вошла танковая дивизия из корпуса де Голля.
В приподнятом настроении Серж позвонил Маше и договорился о встрече в отеле «Савой». При выходе из своей квартиры он тотчас оказался в руках двух крепких молодчиков, одетых одинаково: серые плащи и шляпы.
— Серж Костен? — спросил один из них.
— Да. А вы из полиции? Или из Второго бюро? Имейте ввиду, я работаю в администрации президента и обладаю иммунитетом ко всякого рода задержаниям.
— Так это же отлично! — сказал второй. — Нас очень интересуют сведения, которыми ты можешь обладать.
На этот раз Сергей услышал явный акцент в речи агента, причем скорее всего немецкий. «Вот я их и дождался! — запоздало осознал он. — Знал ведь, что гости от Гитлера могут нагрянуть, но гнал эти мысли от себя. Мать тебя перемать!»
Тем временем незваные гости сноровисто затащили хозяина в его квартиру, привязали к стулу и сунули под нос экземпляр книги «Как это будет»:
— Ты написал эту галиматью?
Сергей подумал немного («Может поотпираться? А смысл? Все равно дознаются»), получил за это книжкой по лицу и сказал:
— Я. Что в ней вам не нравится?
— Все, — изрек первый собеседник, склонный к спартанской краткости, а второй, более многословный, добавил:
— Как все это пришло к тебе в голову? Или ты имел информаторов в нашем Оберкоммандо дер Вермахт?
— Просто я умею логически мыслить. Все, что в этой книге написано, мог сочинить любой здравомыслящий человек.
— Сочинить такое мог только шизофреник. Тем не менее в этой книжонке оказалось слишком много совпадений с нашими планами на войну. Без информаторов в штабах такое написать было нельзя. Выбирай: либо ты сам их назовешь, либо мы применим к тебе специальные методы допроса. И учти: мы пишем нашу беседу на диктофон.
— Если я назову Шелленберга, вы мне поверите?
— Что? Ты соображаешь, кого вздумал обвинять?
— С ним в связи был и Канарис. Вы считаете его гением разведки, а его давно поддели на крючок агенты Ми-6.
— А вот за это получи, камрад!
И жесткий удар достиг солнечного сплетения в теле Костина. Он тотчас согнулся и потерял способность дышать. Второй удар пришелся в левое ухо, третий удар — в правое.
Когда дыхание Сергея восстановилось, мучители снова и снова стали задавать ему вопросы про информаторов — и снова он называл только Канариса и Шелленберга.
— Кто же являлся к тебе от них? — спросил наконец психованный абверовец.
— Они контактировали с агентом Ми-6, а мне эту информацию слили по настоянию Черчилля.
— Что за агент? Как его имя?
— Вряд ли оно вам знакомо, но я назову: Бонд. Джеймс Бонд. Агент с правом на убийство.
— Как он выглядит?
— Как спортсмен и джентльмен лет тридцати пяти. Любого из вас он уделает голыми руками.
— Много ты о нас знаешь, попрыгунчик!
— А причем тут Черчилль? — спросил «спартанец».
— Мне удалось коротко с ним познакомиться.
— Да ты шустряк, я погляжу! — взвился «псих». — С Лебреном на короткой ноге, а теперь и с Черчиллем. А не хочешь ли познакомиться с нашим фюрером? Он таких как ты на раз раскалывает! Но пока колоть тебя будем мы!
И допрос с пристрастием продолжился. При этом спецы не били по лицу (уши не в счет), и Сергей решил, что его повезут, видимо, в рейх, к тому самому Канарису.
Вдруг раздался звонок в дверь, потом еще один, а еще через мгновенье из-за двери раздался голосок Маши (по-русски):
— Сергей, это я! Что случилось?
Спецы мгновенно зажали рот терпиле и сами замерли.
— Открой! Я слышала, как ты ходишь по квартире!
Рывком головы Сергей на мгновенье освободил рот и впился зубами в палец блокирующего «психа». Тот от неожиданности и боли взревел и отдернул руку, а Сергей закричал по-русски же:
— Беги, Маша! Я в руках у немцев!
Тотчас его горло перехватили две руки «спартанца», профессионально пережали сонные артерии, и Сергей вскоре потерял сознание. Однако перед этим он услышал топот «психа» и хлопок дверью.
Очнулся он, как ни странно, вовсе не в своей квартире, а на уличной скамье и не в октябре, а летом: судя по свежей листве — в июне! В следующее мгновенье он увидел католический собор и узнал его: Сен-Дени! Перед собором суетилась большая толпа китайских туристов с фотоаппаратами, что безотбойно свидетельствовало о переносе в 21 век. Вот только небоскреба за собором почему-то не было. Сергей встал на ноги (веревки с рук исчезли, но побои болели), остановил случайного француза и спросил:
— Какой сегодня день и год, мсье?
Француз дико на него посмотрел и сунулся было мимо, но Сергей крепко его перехватил и добавил:
— Меня сильно избили и возникла частичная амнезия. Скажите год….
— Сегодня 20 июня 2020 года, — сказал прохожий. — Теперь я могу идти?
— Да-да, конечно, — ответил Сергей и засмеялся.
г. Красноярск, 20 сентября 2020 г.