Приемный (СИ)

Тарас подтирает кровь и пятится к выходу. Сокращаю расстояние двумя быстрыми шагами, толкаюсь от пола и вытягиваюсь стрелой, целя пятками в грудь. Тарас понимает, что удар сметёт его, будто цунами картонный домик, и совершает ошибку. Использует Прыжок второй раз подряд. Я бью в пустоту и приземляюсь задницей на деревянный пол, зато Тарас остаётся почти без энергии.
Он тянет руку за спину, а я бью ногой по барному стулу. Простейший блок, стул отлетает в сторону. Он вскидывает револьвер, и бар сотрясают звуки выстрелов. Но все они проходят выше. В два прыжка на четвереньках я добираюсь до врага, отбиваю револьвер в сторону и встаю с прямым ударом в челюсть. Откинув голову, Тарас отступает. Заполняю ядро энергией, ловлю Тараса за шею и швыряю, будто тряпичную куклу.
С трёх ударов ломаю его головой барную стойку, отчего рушится и бьётся почти вся выпивка с верхних полок. Сношу Тарасом игровой автомат и впечатываю в стену броском с двух рук.
Энергии остаётся немного. Нужно заканчивать. Подбегаю к образовавшемуся завалу, из которого торчат конечности Тараса, поднимаю валяющийся рядом револьвер и с задержкой в секунду дважды жму на курок.
Когда у Тараса накопится энергия, он сможет использовать способность Прыжок, а вот подпрыгнуть на своих ногах — вряд ли. Сомневаюсь, что это возможно с двумя раздробленными коленными чашечками. Вижу, как он гасит остатками энергии боль, но та сильнее. Он сдаётся и выдавливает из себя короткий крик.
Поднимаю ствол выше. В голове проскакивает мысль: «если крупный калибр так раздробил колени, то голову разорвёт на куски». Дыхание не задерживаю. Незачем. Достаточно подать в руку энергию, и та становится каменной. Мушка смотрит между глаз, палец касается курка…
— Опусти оружие! — раздаётся за спиной. — Положи пушку на пол!
В агонии я даже не услышал грохот их башмаков. А ведь их было шестеро. Шесть полицейских с шестью пистолетами наперевес, которые целились в меня. После третьего предупреждения я опускаю револьвер, одновременно с этим заканчивается энергия.
Спустя несколько секунд я лежу, прижавшись лицом полу. Тарас не в состоянии выбраться из-под завала в стене, но ему хватает сил, чтобы улыбнуться…
  
Эпилог
 
После ареста меня отвезли в приёмный участок, затем ещё один и ещё один. Меня переводили из одного кабинета во второй, из второго в третий. Какое-то время я запоминал фамилии и звания следователей, но недолго. Вскоре я не только полицейских не различал, но с трудом ориентировался, куда меня в очередной раз привезли.
В каждом из участков я разговаривал со следователями. Одни уходили, другие приходили, но все хотели одного и того же — вытрясти из меня признание в убийстве.
Был у меня и адвокат. Бесплатный упырь, который жевал сопли и ничего не спрашивал. Все наши встречи, а они проходили каждый день, заканчивались предложением написать чистосердечное. Каждый день я посылал адвоката в задницу, а следователям твердил, что меня подставили.
Дело стряпали быстро. Не успел я привыкнуть к одной камере, где провёл последние три ночи, как на горизонте замаячил суд.
— Подписываешь или нет?! — рявкнул майор, тыча пальцем в бумагу.
Молчу.
— Ну и вали тогда! — полицейский вскочил из-за стола, открыл дверь и крикнул в коридор. — Уведите!
Меня забрал дежурный и повёл по уже привычному коридору. Мы прошли турникеты и спустились в цокольных этаж, где по обе стороны располагались камеры. Я повернул к третьей камере, где меня ждал забулдыга Виталий, но мои планы поменял конвоир:
— Прямо! — крикнул он и подправил ударом дубинки в бок.
— Но я же…, - я показал пальцем на камеру.
— Больше нет! Иди прямо!
Первый отсек камер остался позади, а второй выглядел хуже первого. Меньше света, больше грязи, прохладно.
— Это карцер?! — спросил я, глядя на сплошные железные двери, вместо привычных решёток.
— Нет! Это камеры для особо опасных. Чеши до конца и направо!
Пока я стоял у стены, конвоир открыл камеру. Затем снял с меня наручники и подтолкнул внутрь.
Захлопнулась дверь, щелкнул замок. Света внутри почти не осталось. Под потолком болталась умирающая лампочка на пять ватт, которая светила не лучше, чем подожжённая спичка. Почти наощупь я прошёл вглубь камеры. Рассмотрел две кровати. На одной сидел человек и смотрел в пол. Я сел напротив:
— Привет.
В ответ тишина. Я было подумал, что он спит, но вскоре глаза привыкли к темноте, и я разглядел, как его пальцы отбивают по одеялу беззвучный бит.
— Не случайно он не принял тебя, — вдруг сказал сокамерник.
— Кто? О чём ты?
— Икс чувствует мерзость, гниль и предательство.
Я узнал его голос, а затем разглядел пятна веснушек на вытянутом лице. Передо мной сидел рыжий Юра — пацан из гостевого дома Иксов.
— Мы немного затянули с исполнением приговора, но лучше поздно, чем никогда.
Его глаза моргнули фиолетовым. Я отдал команду сфере на подачу энергии, но её не было. Рыжий встал с кровати и двинул ко мне…
От автора
Если дочитали до конца, значит, хоть отчасти, но книга увлекла. Нет, конечно, среди вас мог найтись мазохист, который плакал кровью, задыхался от нестыковок в сюжете и бился с текстом из последних сил, но прошёл этот путь до конца. Скорее всего, такой человек уже занёс руки над клавиатурой и вот-вот втопчет автора в грязь… Пожелаем ему удачи. Остальных же попрошу отметиться в книге лайком или комментарием. Так мне будет проще понять: много ли людей ждут продолжение, а значит определиться: на какую серию делать упор. Да и вообще, поддержка читателей отлично мотивирует.
Помимо публикации второй части «Приёмного», к концу июля сюда передут мои книги с литнет. Если вам понравился «Приёмный», то, скорее всего, зайдёт и серия под названием «Варщик» (нет, не сварщик, бу-га-га! хо-хо-хо!).
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить выкладку новых книг.