Дороги наемника (СИ)
— Давай пройдёмся. Один на один переговорим. — Я спешился. Мужик мялся и откровенно не знал, что ему делать. — Не ссы. Против луков вы все одно покойники, так что ничего не теряешь. А так фер ан Феллем вас живыми отпустит. И даже не ограбленными. Правда, капитан?
Сообразивший подыграть Лойх величаво кивнул.
— Но уговаривать вас тоже никто не собирается. Решай быстрее, вся ваша жизнь в твоих руках.
Вот тут проникшиеся речью боевые товарищи чуть ли не выпихнули дядю вперед.
— Оружие можешь оставить, твои ребята его сохранят. Мы же переговорить собрались, а не подраться, верно?
Тут мужик снова замялся, однако первый шаг по наклонной был уже сделан, так что освобождение от колюще — режущих предметов не заставило себя ждать. Я мысленно потер руки — он очень хотел жить, а значит, если правильно взять дядьку в оборот, вылепить из этого пластилина можно будет почти все что угодно.
* * *Что полный любопытства капитан решит присутствовать при нашей беседе, я, если честно сказать не сообразил, но махнул на это рукой. Просить начальника подождать в стороне, было бы политически неправильным. Единственное о чем его попросил, это не вмешиваться и встать так чтобы не закрывать нашего нового друга от взглядов боевых друзей. Сам дядька в это время вполне обоснованно маялся неизвестностью.
— Взрослый, казалось бы, муж и на большой дороге головой рискуешь… — сочувственно закинул я удочку для завязки разговора. Мы оба сидели на вынесенном водой на берег бревне в полусотне метрах от окруженных пехотинцев, капитан стоял рядом, сложив руки на груди, и с интересом переводил взгляд с одного на другого собеседника.
Меня смерили понимающим взглядом и равнодушно повели плечами. Впрочем, пробить психологическую броню первым же вопросом я и не рассчитывал. Так, лениво прощупал реакцию с этого направления. Не более.
— Ан Реннедерну кем служишь? — Я резко сменил тон и тему. Затягивать разговор тоже не следовало, лагерь бежавшего рыцаря сам себя не ограбит.
— Кастелян я, Ваша Милость.
— Замка Реннедерн?
— Это фьеф зовется Реннедерн, фер. Замок рода ан Реннедерн именуется Денан. — Отвечал допрашиваемый достаточно неохотно.
— Не суть. — Безразлично шевельнул я рукой. — Давно служишь?
— Вскорости десяток лет будет, — осторожно ответствовал кастелян, именем которого я даже не поинтересовался. К слову специально.
— Не одну войну под гербом прошел и в верности сомнений не подавал?
— Да, досточтимый фер. Так оно и есть.
— Женат? — Лицо допрашиваемого дрогнуло в некотором удивлении, быстро трансформировавшемся в опаску.
— Да…
— И дети есть?
— Да, фер. — Кастелян задумчиво пошевелил седыми усами и добавил — четверо.
— Убили бы мы тебя, будет кому поддержать?
На этот вопрос он предпочел не ответить, снова безразлично шевельнув плечами.
— Завистников много? Врагов? Тех, кто на твое место метит?
В этот раз он отмолчаться не рискнул и неохотно ответил:
— Хватает, Ваша Милость.
— А те, кто вас предал в их число по случайности не входят?
Лицо собеседника еще раз дрогнуло, в этот раз неприкрытой злобе на боевых друзей. Ага, я бы на его месте тоже злился.
— Кто знает…. В чужую голову не заглянешь….
— Да ты что!!? — Совершенно искренне ухмыльнулся я. — Ты бы мне это говно не скармливал, дядя! — Кастелян ощутимо напружинился, рука, видимо незаметно для него самого дернулась к висевшему на поясе боевому ножу.
— Однако мне, в общем, наплевать, — успокоил я мужика. — Твоя жизнь, твои проблемы.
— А что тогда спрашиваете, ваша милость?
— Что добра желаю и советом помочь хочу ты, конечно же, не поверишь?
Кастелян кивнул.
— И правильно. Уважаю умных людей. Ты же умный человек, кастелян замка Денан?
— Глупцом не считают. — Дядя был преисполнен мрачных подозрений.
— Ну, значит, и будем вести разговор как два умных человека. Согласен?
— Говорите уж чего вам надо, Ваша Милость, — вздохнул тот.
— Мне надо? — Усмехнулся я. — Это надо тебе. Мне в твоей жизни вообще никакого интереса нет. Ты для меня как комар. Не прихлопнул — лети и жужжи с богом. Другой прихлопнет.
— Поэтому, фер, сюда и вытащили? — Меня неуклюже попытались поддеть в ответ.
— Скажу так, всегда можно найти дело, где интерес умных людей совпадает. — Не смутился я. — Не срастется, я поеду своей дорогой, и от этого ничего не изменится, а вот ты в любом случае будешь думать о выживании.
— Может быть, что так и есть, — согласно кивнул кастелян, достойно приняв удар.
— Не может быть, а выживать прямо как сегодня придется. Думал уже, что будет после того как в замок вернешься, когда тебя там похоронили?
— Нет! — Мрачно буркнул тот. Мысли собеседника, судя по роже, мне удалось направить в нужном направлении, однако накатить пару сантиметров брони это ему не помешало.
— Так я тебе подскажу, кастелян. Согласен, что верность только тогда ценна, когда она обоюдна?
У капитана ан Феллема, что с интересом наблюдал за процессом морального распятия жертвы, лицо стало ну прямо таки маской покойника. Сам распинаемый отреагировал немногим лучше.
— Я так вижу согласен. — Искренне, но немного издевательски хмыкнул. — А теперь я просто задам один вопрос. Простит ли тебе твой господин свое предательство, когда ты в замок вернешься?
Поживший, неглупый и не боящийся крови мужчина, какое — то время даже не знал, что ему ответить, нашелся только с жалким:
— Его Милость меня не предавал!
— А сильно большое это имеет значение? Если тебя предали его близкие слуги, которых он за свое спасение ну никак ни сможет не вознаградить?
— Мой господин меня не предавал…
— Ты, похоже, недопонимаешь. — Нагнетая на жертву нервоз, я как можно более зловеще ухмыльнулся. — Не имеет никакого значения, кто вас бросил на смерть ради спасения господина, тогда как вместе вы могли и отбиться. Скажу честно, от наших недоделанных рейтар и отбились бы. Имеет значение только то, что вы остались умирать, а они сбежали. Поэтому я тебя и спрашиваю, простит ли тебе твой господин свое предательство? Что невольное, это неважно. Ты не замковый стражник, а кастелян. Выше тебя в замке только сам сеньор и его семья. Забудет про это, деньгами вознаградит и по головке погладит или будет ожидать ответного предательства? Поставь себя на его место. Может он предположить, что ты воспользуешься своим положением и при случае припомнишь?
Кастелян промолчал. Случай был как раз из таких, когда молчание красноречивее любых слов.
— Сильно он тебя ценит и уважает? Ты почти как член семьи у Реннедернов? А те, кто его «спасли»? — Тут было целесообразно подчеркнуть тоном сарказм. — Будут тебе улыбаться, руку протянут, обнимут и извинения принесут и подумать, что им тот ты точно той же монетой отплатишь, им даже в голову не придёт?
Жертва мрачно — тоскливо глянула в мою сторону. Я продолжил:
— Знаешь, таких врагов как ты, нормальные люди убивают раз и навсегда. Чтобы ты не мог подняться и подгадить в ответ. А если ответную гадость не сделаешь, — я махнул рукой в направлении его людей, — все решат что ты ослаб и жрать тебя теперь можно безнаказанно. Согласен?
— Вы меня на господина хотите натравить, Ваша Милость? — Кастелян, наконец, озвучил решение, к которому его подводили. За этим я миротворчество собственно и устроил. Лично гоняться за благородным ублюдком, решившим мне отомстить за брата, было немного не с руки. А вот решать проблему было нужно. — Если меня отравят, удавят или сгноят в темнице, все одно лучше, чем на кол сесть. А то и вся семья под топор пойдет.
— С чего это ты такое взял? — Хмыкнул я, против психологического манипулирования мужик оказался достаточно беззащитен, жертву теперь нужно было просто дожать. — Я тебе себя и семью как раз предлагаю спасти. Вот мало ты врагов на своей службе нажил? А ведь на жене и детках они первыми и отыграются. После того как они твоей и господской защиты лишаться. А не лишиться ее ты не сможешь — те трое, что Реннедерна утащили, свое предательство точно никому не позволят вспомнить. Да и кастеляна место тогда освободится… при раненом господине. Доходное у тебя местечко, как считаешь? Сколько народу за одни деньги, что через него идут, тебя готовы прикончить?