Изгнанники Эвитана. Дилогия (СИ)
За окном таверны сходит с ума бешеный ветер.
В тот вечер Анри так заговорил впервые. О восстании, короле, Регентах. Короткими отрывистыми фразами. И из них рвется на волю дикая черная ненависть.
Они оба пьют и не пьянеют. И Кармэн не сводит глаз с его почерневшего от сумасшедшей многодневной скачки и бессонницы лица. При жизни Алексиса гнала наваждение. А теперь тот, кто упорно не уходил из ее снов, пытается спасти ее и ее детей.
Муж погиб два месяца назад. Два месяца горя и страха - много это или мало? Анри Тенмара Кармэн тоже может больше никогда не увидеть...
В последнюю ночь она почти не спала. Просто прикрыла глаза и грелась под его взглядом. В последний раз.
Весть о гибели Анри пришла в Аравинт через месяц. Кармэн оплакала и пережила - умирать нельзя. Женщина может быть женой, возлюбленной, вдовой. Но если у нее есть дети, в первую очередь она - мать.
И в любовники теперь, возможно, придется брать того, кто сумеет защитить ее детей. Как рожденных ею, так и остальных. Отродясь такого не бывало, но всё порой происходит впервые - как сказал один монах...
- Ваше Высочество! - Элен застыла в дверях квиринской статуей - хрупкой хеметийкой. И робко смотрит на воспитательницу.
Ну ровно служанка. Будто не знает, как нужно вести себя в покоях герцогини Кармэн Зордес-Вальданэ - племянницы правящего короля Аравинта? И дочери покойного короля Эвитана. Им же объявленной незаконной.
В покоях то ли принцессы, то ли герцогини положено забираться в кресло с ногами, тянуться к вазе с фруктами. А еще лучше - вазу себе на колени. И, отщипывая сладкий тёмно-лиловый виноград, подробно рассказывать, с чем пришел. Не считаясь со временем хозяйки. Потому как если его нет, она просто отправится по делам.
- Садись! - Кармелита небрежно махнула рукой на то самое кресло. Сегодня с утра уже осчастливленное по очереди ее дочерью Арабеллой и герцогиней Александрой Илладийской.
Продавленный многочисленными сидельцами ветеран даже не заскрипел под осторожно присевшей Элен. Как птичка на жердочку.
Кармэн сама придвинула гостье вазочку. Всё же в свободе - пусть и в изгнании - немало преимуществ. Всегда под рукой виноград, например.
- Ваше Высочество... - девочка отщипнула ягодку - уже хорошо.
Надлежащее воспитание и из баронессы Контэ человека сделает. А не куколку "с хорошими манерами и кротким нравом".
Жанна была другой - смелее, веселее. А Эленита - совсем горлица. Нежный цветочек, что без заботы и любви засохнет. Или утонет в слезах.
- Ваше Высочество... нет ли новостей о моём брате?
Конечно, нет. Ни о ее брате, ни о брате и возлюбленном Эстелы Триэнн, ни об Анри Тенмаре, под чьим началом они служили...
Единственные, кто здесь получает известия о братьях, - это Витольд Тервилль и Элгэ и Александра Илладэн.
Родня Вита осталась в Эвитане. И даже не пострадала. Он ведь не мятежник, а добровольный изгнанник.
А Диего Илладэну - всего тринадцать. И он, увы - тоже в Эвитане. На воспитании у графа Валериана Мальзери. Откуда мальчишку не выцарапать - даже если любимый дядюшка-король приложит все дипломатические усилия. Ибо мать юного герцога Диего приходилась сестрой Валериану, а Кармэн Ларнуа - никем покойной чете Илладэн. Всего лишь другом и женой друга... уже вдовой.
Девочек благодаря дяде Арно Кармэн передали. А вот наследника титула - нет. Ибо Илладийское герцогство - это Илладийское герцогство.
Когда-то граф Валериан так и не простил Алексису герцогского титула, а его жене - отказа. Любопытно, на ком замороженный интриган планирует женить юного Диего? Дочерей у него нет - единственная умерла почти десять лет назад. На внучке? Пусть сначала заведет внучек - при двух-то холостых сыновьях. А мы тем временем не на крысе ездим . Авось и придумаем, как вытащить мальчишку в Аравинт.
Ну вот - Элен уже плачет! Кармелита в два счёта пересекла комнату, обняла девчонку. Сама бы выревела все глаза. Если б помогло вернуть Алексиса или Анри. Или обоих. Пусть хоть оба любят других - лишь бы жили! Ревела бы сутками, траур не снимала. Так ведь не поможет.
Вот и Кевин Контэ пропал без малого два года как, а сестра всё ждет. Ох, горе наше бабье горькое!
2
Анри никогда не верил в благородство, мужество и душевную красоту обитателей всевозможных Подземных, Пляшущих и Призрачных Дворов. Но романы о воровском мире читал. И, наверное, они всё-таки оказали влияние. Иначе с чего он ждал горбуна, карлика или вообще жуткого урода?
А король Призрачного Двора оказался красавцем. Да еще и явным бывшим патрицием или всадником. Чудеса, да и только. Это что же должен совершить квиринский аристократ, чтобы оказаться вне закона?
Поппей Август одним видом вызывает непреодолимое отвращение - еще прежде, чем представится. И при всём аристократизме Призрачный Король должен показаться гаже всех подданных дикарского Двора.
Не показался. Просто - непонятен.
- Приветствую вас, граф. - Король уселся на специально принесенное роскошное кресло.
Очевидно, это полагается считать троном. Все прочие, включая гостей, продолжают сидеть на плащах. Тенмар чуть не подумал - "на шкурах".
- Приветствую вас, - наклонил голову "граф".
"Герцогом" собеседник не "оговорился" - уже хорошо.
"Вашим величеством" Анри называть главаря не собирался. А имени всесбродно избранному королю Призрачного Двора не полагается.
- Я должен порадовать подданных! - широким жестом махнул монарх оборванцев на веселое сборище. Пока еще только полупьяное. Развлекающееся в меру собственного разумения и вкусов. И уже достаточно хлебнувшее, чтобы не стесняться гостей. - Они радуются, когда лицезреют меня! - Второй взмах королевской длани подданные всё же соизволили заметить. И в меру восторженно взвыть. - А потом мы будем говорить, граф. О многом. А пока ты и твой друг - пейте, ешьте. Вы - наши дорогие гости. И еще больше половины ночи никто не ждет вас в казарме.
3
А это еще что за вопли во дворе? Неужто - накликала? И кто-то в самом деле угодил в костер?!
Да нет, от боли орут не так.
Дети уже не носятся по двору. Взволнованной ватагой окружили только что вернувшегося товарища. Великовозрастные дети... от тринадцати до двадцати с хвостиком. В случае опасности вмиг станет ясно, кто старше, - одни заслонят других. Так уже было.
Впереди всех - Виктор. Как раз полуобернулся к материнскому окну.
Источником радостного визга оказалась, конечно, ее собственная дочурка. Девица Зордес-Вальданэ чернооким вихрем пронеслась через двор. И в полном восторге повисла на шее едва успевшего соскочить с коня Грегори Ильдани.
Надо бы отучить... хотя зачем? Гор не протестует, а Белла подрастает. Покойный Арно был бы не против, они с Алексисом дружили...
Смахнуть непрошенную слезу. Герцогиня Вальданэ не плачет - никогда.
Кармэн в последний раз провела ладонью по волосам Элен и быстро глянула в зеркало. Зря о себе "не первой молодости" - хороша! А дополнительных красивостей не нужно. Мать не должна затенять дочь. Хотя и пугать своим видом - тоже.
Смотри, Грегори! Арабелла в зрелые годы будет красавицей. Да и сейчас уже не намного отстает от матери. Совсем.
Догоняет. И это - просто прекрасно.
Кармелите приходилось выдавать замуж и самых безнадежных девиц. И совсем неплохо. Но дочка - ее чернокудрое буйногривое чудо! - заслуживает лучшего! Кого выберет сама.
И, похоже, уже выбрала.
В комнате перед зеркалом Кармэн еще была заботливой опекуншей и любящей матерью. Но во двор навстречу Грегори уже спустится племянница правящего государя. Ибо сын Арно ездил как раз на аудиенцию к государю. И не подумавшему пригласить в столицу вышеупомянутую племянницу.
А вернувшись, Гор не кинулся обнимать Виктора. И не кружит по двору Белочку. Значит...