Дикий Ройял (ЛП)

— Мы ещё не закончили, Пит.
— Пошёл на хрен, ублюдок конченный!
Злобно посмеиваясь, я достаю нож, потираю его о ладонь и провожу пальцем по лезвию, заставляя Пита отступить. Может, этот ублюдок и прав. Я ненормальный сукин сын, но меня перестало это волновать очень давно.
Кивнув Блейну, чтобы отошёл, я жду, пока Пит не доберётся до двери. А затем что есть силы запускаю нож и наблюдаю, как он врезается в дверь, задевая проклятому Питу ухо. Пит хватается за ухо и быстро отскакивает в сторону, ругаясь, глядя на нож.
— Блядь! Ты спятил?!
Я стремительно направляюсь к Питу, но вижу, как к нему подступают его парни. Кейн, самый здоровый из всех, встаёт перед ним, сверкая своим пистолетом в мою сторону.
— Я бы поостерегся, Ройял. Не заставляй меня, блядь, использовать его. Ты знаешь, я вступлюсь за этого придурка, в какое бы дерьмо он ни вляпался.
Блейн отталкивается от стены и расстёгивает свою куртку, демонстрируя два пистолета, после чего хватается за свой член.
— У меня оружие везде, козёл. Не выводи меня.
Наше внимание привлекает предупреждающая полицейская сирена с улицы.
— Блядь! — кричит Блейн. — Всем спокойно.
Понимая, что сейчас мне из Пита ничего не выудить, я иду к барной стойке, наливаю рюмку «Джека», и осушив её, с грохотом опускаю на стойку в тот момент, когда в бар заходит офицер Найт.
Обернувшись и увидев нож, торчащий в двери, он поворачивается ко мне.
— Ты кое-что потерял.
Стиснув зубы, я сдержанно наблюдаю за ним, затем наливаю ещё одну рюмку и подношу её к губам, желая отвлечься.
Марк отводит от меня взгляд и осматривается вокруг. Его взгляд останавливается на Пите, и он замечает кровь на его лице.
— Сматывайся отсюда, пока я никого не арестовал.
Пит указывает на меня, вытирая лицо:
— Увидимся в другой раз.
Затем он и его ребята собирают свои манатки и покидают бар, оставляя меня с неприятным послевкусием во рту, вызванным не только моей кровью. У меня стойкое ощущение, что они встанут на моём пути, когда придёт время платить по счетам.
Марк рассматривает грязный бар; не спеша, спокойно осматривает разбитые стаканы и брызги крови, пока мы наблюдаем, как Пит со своей сворой уезжает на мотоциклах. Недоверчиво качая головой, Марк направляется к бару и усаживается напротив меня.
— Издеваешься? Ещё нет и пяти часов, а ты уже метаешь ножи?
Я опускаю пустую стопку и хватаюсь за край барной стойки, стараясь держать себя в руках. Сейчас мне просто хочется снести эту дверь к чертям и заполучить нужную мне информацию.
— Что я могу сказать, офицер Найт, у меня был паршивый день. Я хотел развлечься и немного повеселиться.
Он склоняется над стойкой, чтобы тихо сказать, даже при том, что в баре остались только Блейн, пара постоянных клиентов и я — никто из них меня сейчас не волнует. Каждую неделю они видят дерьмо и похуже.
— Когда-нибудь сюда пришлют не меня. Это будет какой-нибудь мудак, он будет строить из себя храброго, захочет доказать свою точку зрения и загонит тебя в наручники. Помни об этом, пока не оказался за решёткой.
Опустив руки, я выпрямляюсь, поглаживая средним пальцем свою бровь.
— Я и так в аду. Где бы я ни был, — отвечаю я сухо.
Марк сочувственно смотрит на меня и встаёт, собираясь уходить.
— Только не заставляй меня сегодня сюда возвращаться. В следующий раз мне придётся увезти кого-то с собой, иначе я подставлю свой зад. Понял?
Я киваю ему.
— Так точно, офицер.
Марк разворачивается, собираясь уходить.
— Эй! — Он останавливается и оборачивается. — Как новая татуировка?
Улыбаясь, он поднимает руку, показывая мне орла, которого я набил ему на прошлой неделе.
— Так же хороша, как и в первый день, когда ты её только набил.
Я киваю.
— Отлично. Увидимся через пару недель для следующей?
Марк смеётся.
— Нет никого лучше тебя. Именно поэтому побереги свой зад от тюремной камеры. Я не смогу закончить эту руку, если ты окажешься за решёткой из-за того, что вышвыриваешь из своего бара каждую задницу, которая косо на тебя посмотрит.
Я выдавливаю из себя слабую улыбку — это всё, на что я сейчас способен.
— Ладно, а теперь выметайся из моего бара.
— Ухожу. У меня есть и другие дела, настоящих преступников ловить.
Блейн похлопывает офицера по спине и кивает ему, когда тот проходит мимо. Подождав пару секунд, он оборачивается ко мне и достаёт сигареты.
— Какого хрена будешь делать с Брайаном?
Я выхожу из-за барной стойки и сажусь за одним из столов, захватив с собой бутылку.
— То, что должен. — Я опрокидываю в себя почти весь виски, затем кладу бутылку между ног и сжимаю её со всей силы. — Как только доберусь до этого ублюдка… он покойник.
Глава 14
Авалон
Я отвожу взгляд от огромного телевизора дяди Марка, заметив, наконец, как он, наклонившись, зовёт меня.
— А? Ты что-то сказал? — Я смотрю на него широко раскрытыми глазами и качаю головой, замечая забавное выражение его лица. — Ну что? — переспрашиваю я снова.
Он смеётся и обходит диван, чтобы плюхнуться рядом, слегка подталкивая меня локтем.
— У тебя выходной, малыш. Какого фига ты забыла у меня дома, да ещё и тыришь мои чипсы?
Я улыбаюсь ему в ответ, делая вид, что всё нормально.
— Ох, не важно. Просто мы давненько не зависали вместе. Вот и всё. Я подумала, тебе не помешает компания.
— Серьёзно? Я лучше бы поспал. Такое чувство, что уже несколько дней не видел подушку. — Он выхватывает из моих рук миску с чипсами и копошится в ней, поглядывая на меня с любопытством. — Есть новости от матери? Она сказала, что планировала тебе позвонить по возвращении из Калифорнии.
Раздражённая, я качаю головой. Даже не знаю, почему его беспокоит этот вопрос, когда мы оба уже знаем на него ответ.
— Она когда-нибудь звонит вообще? Да ладно. Эта женщина слишком занята своей драгоценной идеальной жизнью, чтобы беспокоиться об единственной дочери. — Закатив глаза, я хватаю рукой и ем их с ладони. — Я могла бы закончить свои дни в какой-нибудь сточной канаве, она это понимает.
— Я никогда бы не позволил этому случиться. Она понимает и это. — Марк смотрит на меня с сочувствием. — Твоя мать всегда была эгоисткой, Авалон. Ты тут ни при чём. Поверь мне. Я терпел её выходки на протяжении четырнадцати лет, изо дня в день, пока она не покинула родительский дом. Она была не лучшей старшей сестрой. — Дядя встаёт и возвращает мне миску. — Думаешь, почему ни один мужик не задерживается у неё дольше, чем на несколько месяцев? Она чертовски всех раздражает.
Мы оба улыбаемся.
— А ещё потому, что с ней не о чём поговорить, — добавляю я, как само собой разумеющееся. — Вообще.
— Именно. — Дядя достаёт из кармана телефон. — Вот дерьмо, я должен ответить. Секунду.
— Хорошо. — Я возвращаюсь к телевизору и пытаюсь вникнуть в шоу, пока Марк исчезает в коридоре, чтобы ответить на звонок.
Настоящая причина, по которой я здесь, заключается в том, что Мэдисон на работе, и я не хотела оставаться весь день одна, наедине со своими мыслями. Всё утро, пребывая в одиночестве, я с трудом сдерживала себя, чтобы не схватить телефон и не набрать сообщение Ройялу и спросить, какого хера он повёл себя как придурок. Да, сексуальное напряжение достигло предела. Мы оба были пьяны и уязвимы. Вот и всё. И чего он разозлился?
Мы не общались с тех пор, как он подвёз меня к моей машине у озера, и почему-то меня это беспокоит. Хотя прежде я и с Колтоном не разговаривала по несколько дней, но никогда не чувствовала себя так.
Я подумала, что если проведу большую часть дня у дяди, то он мог бы чем-нибудь меня занять, и тогда у меня не возникнет этого глупого соблазна позвонить Ройялу и выставить себя полной дурой. Я не хочу, чтобы он думал, будто я днями напролёт только и грежу о нём.
Десять минут спустя, выглядя ещё более уставшим, чем когда выходил из комнаты, появляется дядя Марк. Он смотрит на меня и потирает лицо руками. Он буквально валится с ног.