Император из стали (СИ)
Поголовно весь личный состав должен передвигаться верхом или на повозках, чтобы обеспечить средний темп передвижения 35–40 вёрст в сутки или форсированного марша в 70 вёрст в сутки. Значение разведки вам объяснять не надо, поэтому ваша бригада первой перенесёт ее с земли на небо. Но этот вопрос мы также обсудим отдельно, как только прибудут наши заслуженные аэронавты — полковники Михаи́л Миха́йлович Поморцев и Алекса́ндр Матве́евич Кованько́…
Император наконец-то вернулся на своё место, присел и, извинившись, расстегнул верхнюю пуговицу френча.
— Всё-таки очень длинные совещания пока не для меня, — виновато улыбнулся он, обведя глазами сидящих за столом, — к сожалению, придется заканчивать… Однако, есть еще одно дело… Мне очень лестно, что вы, без всякого намека с чьей-либо стороны, организовали добровольную дружину для моей охраны. Считаю, что такая инициатива ни в коем случае не должна потеряться. Традиционно при Зимнем существует рота дворцовых гренадеров, представляющая собой строй церемониальных пенсионеров. Я предлагаю заменить её реальным боевым подразделением — вашей дружиной. В дальнейшем же, после того, как бригада будет сформирована, — её сводной ротой.
Император ещё раз вымученно улыбнулся и совсем глухим голосом добавил:
— Тютчев сказал, что Россия — это такой Ахиллес, у которого пятка везде. С вашей помощью я надеюсь прикрыть хотя бы малую её часть…. Хотя бы часть…
С последними словами голова императора безвольно свесилась, а тело тяжело привалилось к спинке стула. Тревожный шёпот в зале, переросший в панические крики «Врача!», хлопающие двери и топот ног он уже не слышал…
–
(*) Охотниками в царской армии называли разведчиков
(* прим)Воспоминания участника англо-бурской войны поручика Августуса было издано в Варшаве в 1902.
(**) (Из книги фон Зиггерн-Корна «Англо-бурская война»):
(***) Главный герой бессовестно подменяет пожелания ветеранов англо-бурских войн собственным опытом, навязывая штат гвардейского полка РККА образца 1945 года. 116 ручных пулемета и 54 станковых были на вооружении стрелковых полков на июнь 1941
(****) Скауты Ловата — формирование Британской армии, образованное во Вторую англо-бурскую войну как полк шотландского йоменства Хайленда. Имя получило в честь основателя, лорда Ловата. Первое в истории британской армии подразделение, которое носило маскировочные костюмы, и первое подразделение снайперов Британской армии (известные как шарпшутеры).
Глава 4 Маша и Мичман
Глупая муха билась о стекло с каким-то религиозным фанатизмом. В полной тишине яростное жужжание сопровождалось гулкими шлепками. На некоторое время наступало затишье, очевидно, вследствии контузии всей мухи, но вскоре неистовство возобновлялось. Вся комичность ситуации заключалась в том, что чуть выше места сражения находилась распахнутая настежь форточка. Но муха, видимо, была слишком увлечена борьбой с прозрачной преградой, поэтому ни на что отвлекаться уже не могла и не хотела.
Человек, лежащий на жёстком, неудобном топчане, пришел в себя как раз во время очередной битвы с оконным стеклом. Руки его были крепко стянуты за спиной и, давно затёкшие, уже даже не болели. Зато страшно болела и кружилась голова, щипало глаза, а в носоглотке и горле поселился противный жгучий привкус и навязчивый своеобразный запах эфира. Впрочем, сейчас всё это было не так уж и важно. Как только он очнулся и осознал, в каком положении находится, вселенская тоска и досада вытеснили все остальные чувства, как тело, погружённое в жидкость, вытесняет ее из ёмкости.
Так глупо попасться! Вот тебе и азарт, вот тебе и погоня! Мальчишка! Лежи теперь, как куль с мукой в ожидании печальной, но зато закономерной развязки!
— Ну что, мичман, оклемался, значится? Это хорошо! — раздался сбоку такой знакомый и такой противный скрипучий голос. Визг половиц известил связанного человека о приближении хозяина этого помещения и всего его положения в целом. — Наконец появится возможность побеседовать, а то всё недосуг было.
Связанные руки за спиной дёрнули и они поползли вверх, выворачивая суставы и заставив мичмана сначала встать на колени, а затем и на цыпочки.
— Вопрос у меня всего один и он простой, — проскрипел вопрошавший. — Вы кто?
— А вы не слишком торопитесь, примеряя ко мне свои навыки заплечных дел мастера? — прошипел мичман, стараясь удержать равновесие.
— Просто демонстрирую серьёзность своих намерений, — усмехнулся хозяин положения. — Повторяю вопрос — кто вы? Кому служите? Какую цель преследовали, следя за мной на яхте и на побережье?
— Ваши вопросы размножаются почкованием… Хотите проверить, не потерял ли я память, после того, как вы шарахнули меня по затылку?
— Бросьте валять дурака, Головин, — лениво ответил голос. — Я мог поверить, что вы — неудачник, залезший в карточные долги, ровно до того момента, пока не увидел вас на берегу в рыбацкой халупе. Или будете мне сейчас рассказывать, что вы гуляли-гуляли и случайно оказались за городом на ночь глядя именно в этом месте в это время?
— Не поверите, но именно так оно и было…
— Эх, не получается у нас беседа.
Мичман почувствовал, как нестерпимо обожгло бок, а по комнате пополз запах горелой кожи…
— Зачем же так ругаться и орать? — брезгливо вытирая руки и ставя на столик свечу, проскрипел мучитель через четверть часа «разговора». — Ну право же, неловко, будто не дворянин, а портовый грузчик! А мне ведь вас рекомендовали, как вежливого и воспитанного юношу. Стыдно! Даже собак напугали, вон как заливаются… Скучно мне с вами, мичман, бесконечно тяжко и неинтересно… Вы вот что — повисите тут до утра, подумайте, стоит ли так кочевряжиться, а с рассветом продолжим. Стоять так на цыпочках, вы сможете еще максимум час, а потом пальцы ног затекут и начнется самое неприятное, но вы сами себе всё устроили, так что не обессудьте… Я зайду после ужина и кто знает, может, вы передумаете…
Визг половиц, кряхтение и хлопнувшая дверь снова погрузили окружающий мир в тишину, только упрямая муха изо всех сил всё ещё долбилась в оконное стекло… «Да что ж она, дура, даже посмотреть вверх не может?» — сквозь боль подумал мичман и отчаянно скосил глаза в сторону окна…. Посмотреть вверх, какая хорошая мысль…
Извернувшись так, что хрустнули шейные позвонки, в темном оконном стекле мичман увидел своё совсем не привлекательное отражение, с руками, задранными за спиной к потолку, набранному из простеньких двухдюймовых слег, через одну из которых, как через блок, была перекинута веревка, на другом конце которой он изволил висеть. Но главное, что узрел пленник — это крюк, которым были подцеплены его связанные руки. Это был шанс! Слега, не предусмотренная для таких тяжестей, как его тело, слегка прогнулась и зазора вполне хватало, чтобы просунуть туда ступню. Надо только изловчиться, чтобы задрать ноги к потолку и не промахнуться. Мысленно поблагодарив преподавателей морского кадетского корпуса за многие часы, проведенные на вантах, развивающие у гардемаринов поистине цирковые акробатические способности, мичман глубоко вздохнул и со всей силой оттолкнулся от топчана.
Слега скрипнула, приняв на себя уже всю массу тела. Зазор между ней и потолком стал ещё больше и мичман, зацепившись за дерево обеими ступнями, смог наконец-то расслабить затекшие мышцы плеча. Так, теперь аккуратно прогиб назад, чтобы крюк выскочил из опутавшей кисти веревки. После пятиминутных трепыханий получилось… А теперь как-то спуститься вниз… Легко сказать, когда висишь под потолком в позе летучей мыши…
Уже бесполезная веревка с крюком болтается в нескольких люймах от лица, а уцепиться за нее решительно нечем… Хотя впрочем, почему же? Мичман вспомнил, как он какое-то время удерживал во время шторма зубами таль, потому что руками намертво схватился за поручни, не давая волне снести себя за борт… Ещё несколько «па» из индийских танцев живота и пенька плотно зажата во рту. А теперь постараться выполнить кувырок так, чтобы приземлиться на ноги ну или вообще на любую часть тела, кроме верхней… И-и-и…