Ослеплённый желанием (СИ)

— Нася, иглать, — дочка дернула меня за подол юбки. Я заговорилась с Лерой, и пропустила тот момент, когда Анюта забросила мячик в ближайшие кусты. — Давай иглать.
Я посмотрела на Валерию и увидев ее ободряющий взгляд, присев на корточки, обняла дочурку за талию.
— Анечка, я твоя мама, — сказала я, вглядываясь в глаза своей девочки, осторожно погладила ее по щеке, — и люблю тебя. Ты самое дорогое, что есть в моей жизни, и мне очень хочется, чтобы ты называла меня мамой.
— Мама Нася? — в глазах ребенка читалось некая растерянность. Анюта в силу своего возраста меня не помнила, мама — для нее было неким абстрактным понятием, и что оно означает малышка еще толком не понимала, видимо, воспринимая меня в роли нового воспитателя.
— Можно просто мама, — прижала ее к себе и шепнула на ухо. — Люблю тебя, моя кроха.
Анютка не ответила, лишь крепче обняла меня за шею, таким образом, выражая свои эмоции.
— Моя малышка, Анечка, — невольно опять заплакала, от переполняющего счастья.
— Так, девчонки, — Валерия привлекла к себе мое внимание, — я пошла узнаю, как у нас дела с обедом, а вы тут пока сами, хорошо?
— Хорошо, — улыбнулась, быстро смахивая слезы, и посмотрев на дочку, предложила. — Покатаемся вместе?
— Давай, — малышка сама взяла меня за руку.
Усадив Анюту на качели, присела рядом и тихонько оттолкнулась ногами:
— Поехали?
— Дя! — заверещала маленькая. — Быстлее!
— Держись крепче, — предупредила я, и еще сильнее раскачала качели…
Какое-то время мы развлекались, но постепенно я сбросила темп, почувствовав головокружение и тошноту. Заигравшись с дочкой, совершенно забыла о своем положении, и вот теперь, глубоко дыша, пыталась прийти в себя.
— Еще, — Анечка требовательно посмотрела на меня. — Быстлей.
— Доченька, мама устала, давай попозже.
Дочка нахмурилась, и я подумала, что сейчас мне закатят очередную истерику, но, к моему удивлению, Анюта согласилась:
— Холошо, — и стала сползать с качелей. Едва оказавшись на ногах, она вытащила мячик из кустов и начала играть с ним, давая мне несколько минут передышки.
Я, приложив руку ко лбу, закрыла глаза, но мне тут же стало еще хуже. Сфокусировав взгляд на одном предмете, постаралась справиться со своей тошнотой.
— Настя? — послышался голос Валерии. — Тут к тебе пришли.
Я обернулась и сначала увидела ее, а потом Игната с огромным букетом белых роз.
— Здравствуй, Настя, — он, не решившись приблизиться, так и стоял на расстоянии.
— Здравствуй, — кивнула я, внезапно ощутив непонятный прилив сил.
— Вы поговорите, а мы с Анечкой пойдем в дом, — предложила Валерия, и протягивая моей дочери руку, обратилась к ней. — Идем, малышка, я тебе кое-что покажу.
— Что? — Анюта, чуть наклонив голову, хитро посмотрела на Леру.
Женщина усмехнулась и, бросив на меня взгляд, покачала головой:
— Твоя дочка настоящая хитрюга.
— Я покажу тебе свои сокровища — заколки, колечки, браслеты. Хочешь?
В глаза малышки зажегся неподдельный интерес. Валерия, как мама двух дочерей, знала, чем подкупить маленькую Анютку.
— Ну, так что, идешь? Или не хочешь?
— Хочу, — выпалила Аня, а потом подбежав ко мне, обхватила ручками мои колени и прошептала. — Не уходи. Я сколо велнусь.
— Конечно, моя маленькая, — поцеловала дочку в макушку и подняв голову, столкнулась с теплым взглядом желто-карих глаз. Игнат смотрел на нас и улыбался…
***
Когда Валерия увела Аню, Игнат осторожно подошел ко мне и протянул букет со словами:
— Это тебе.
— Спасибо, — ответила я, принимая цветы. Они были потрясающе красивы, а еще источали невероятный сладковатый аромат. Я очень любила розы. Для меня они всегда являлись самыми восхитительными цветами на свете. Именно с ними были связаны все теплые воспоминания — дни рождения, выпускной вечер в школе, свадьба. Отец впервые подарил мне розы в семь лет, и потом каждый праздник я получала корзину цветов. Мой свадебный букет состоял из семи нераскрывшихся бутонов, украшенных декоративными лентами и зелёными веточками какого-то растения. Как же давно это было. В это мгновение я подумала о том, что надо бы навестить Влада и узнать нужна ли ему какая-то помощь. А потом я так давно не была на могиле отца.
— Я присяду?
Посмотрев на Игната, кивнула, положив букет рядом с собой. Я сделала это неосознанно, просто держать цветы было не очень удобно, но, когда увидела грустную улыбку «мужа», поняла, что они создали между нами некую своеобразную преграду. Но это было даже к лучшему, на мой взгляд.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Игнат, осторожно присаживаясь на качели.
— Нормально, — пожала плечами, стараясь не смотреть на оборотня, опасаясь очередной раз попасть под внушение. Внутренний страх вновь стал пробуждаться в душе, хотя разум говорил, что Демид никогда бы не допустил нашей встречи наедине, если Игнат представлял для меня хоть малейшую опасность.
— Точно?
— Точно, — даже не глядя на своего собеседника, чувствовала на себе его пронзительный пристальный взгляд.
Послышался тяжелый вздох, а потом на мое плечо легла ладонь:
— Ты можешь меня не бояться, — оборотень осторожно заправил мне за ухо прядь волос, выбившейся из косы. — Я никогда не обижу тебя, запомни это.
— Я не боюсь, — буркнула в ответ.
— Врешь, — в голосе Игната слышалась уверенность и некая доля юмора. — Поэтому и избегаешь моего взгляды.
— Вру, — согласилась я. — Знаешь, как-то не хочется вновь лишиться памяти, тем более сейчас.
— Можешь не переживать по этому поводу, — хмыкнул он в ответ. — Теперь у тебя пожизненный иммунитет от любого ментального воздействия, и никто и никогда не сможет изменить твои воспоминания.
— В смысле? — я не удержалась и посмотрела на Игната. — С чего бы это?
— Наш сын изменил тебя, подарив способность противостоять воздействию оборотней.
— Сын? — автоматически положила ладонь на живот. — Почему ты уверен, что родится мальчик?
— Чувствую, — Игнат улыбнулся и сейчас его взгляд был переполнен теплотой и нежностью. — Наш с тобой сын будет очень сильным оборотнем.
А потом мужская ладонь накрыла мою руку, и я ощутила где-то внутри себя некий всплеск радости, какой-то эмоциональный отклик, и интуитивно поняла, что так реагирует мой ребенок на прикосновения своего отца. Пришло осознание некого спокойствия, от тревоги не осталось и следа, а еще я буквально почувствовала новый прилив сил.
Ошеломленно посмотрела на Игната. Сейчас в его глазах было столько тепла и нежности. Мне стало понятно, что он уже любит нашего ребенка, и наверно, будет хорошим отцом…
— Что происходит? — осторожно спросила я.
— Наш сын так общается с нами, — Игнат прикрыл глаза, и на его губах заиграла улыбка. Это было невероятно, но на энергетическом уровне, он действительно общался с нашим еще не рожденным малышом и тот откликался на зов своего отца. Удивительно, и так трогательно.
А потом перед глазами возникло испуганное лицо моей девочки, и в душе вновь поднялась волна злости. Оттолкнув руку Игната, прошипела:
— Своего ребенка любишь, а мою дочь оставил в парке на верную смерть.
— Это не так, совсем не так, — он попытался взять меня за руку, но я не позволила ему это сделать.
— Не трогай меня, — и автоматически отодвинулась от Игната, насколько позволяло пространство. — Ты бросил мою дочь, лишил ее матери. Ты… Ты…
— Послушай, — перебил меня он, — я все объясню.
— Ты поступил чудовищно, — посмотрела на «мужа». — Ты осознаешь, что натворил?
— Теперь да, — я впервые заметила в его глазах раскаянье. — Сейчас увидев тебя с дочерью, я понял, все могло быть по-другому, но тогда я считал, что поступаю правильно. Думаю, тебе уже объяснили, что значит истинная пара для оборотня?
Кивнула в ответ, нервно потирая внезапно похолодевшие пальцы.
— Мне почти триста лет. Я богат, успешен, моя стая сильна, и никто не рискнет сунуться на мою территорию, зная, что получит достойный отпор. Но у меня не было одного, самого главного — семьи. Одиночество сжигает дотла, и поверь нет ничего ужаснее, чем проживать год за годом и мечтать о настоящей любви и доме, полном детишек. Я был в этом городе проездом. Спустилось колесо, и пока Матвей менял запаску, решил прогуляться по вечернему парку. Не буду скрывать, к тому времени я уже почти отчаялся встретить свою истинную, и тут… Если честно, безграничное счастье затуманило мой разум, полностью лишая рассудка. Я был ослеплен желанием, как и мой зверь. В первую очередь ликвидировал соперника, а потом забрал свою женщину. Я знаю, мне нет оправдания, но в тот момент, для меня не было ничего важнее, чем ты.