Особенная или попаданка против!

— Вернётся, — уверено ответила я. — За эту зиму я столько на неё дел взвалила, что она просто не может всё бросить. Слишком ответственная.
— Ирэн, — окликнул меня до боли знакомый голос, и я обернулась. На пороге нашей маленькой полевой кухни стоял мой журналист.
— Никола!
Я подошла к нему и хотела обнять, и он вроде бы тоже, но что-то в его взгляде, позе остановило меня, и он не стал. В душе кольнуло. Не так я себе представляла нашу встречу.
— Агнес сказала, где ты. Я не хотел ждать, когда ты вернёшься, и приехал сюда. Надеюсь, ты не против?
— Нет. Конечно, нет. Проходи.
— Может, лучше прогуляемся?
— Да. Конечно.
Мы вышли на улицу.
— Я скучал по тебе, — первым заговорил Никола.
— Я тоже, — робко ответила я. — Ты уже не уедешь из города?
— Нет.
— Это хорошо, — заулыбалась я. — А про мою стройку ты будешь писать?
— Буду.
Разговор не клеился, и это было странно. Раньше мне было легко найти с ним общий язык. Почему же сейчас не получается?
— Ты здесь находишься до самого вечера?
— Да. Дома скучно.
— У меня есть ещё дела в городе. Я ведь даже ещё в издательство не заезжал. Хотел сначала увидеть тебя.
— Значит, ты сейчас уедешь?
— Да. Мне нужно в город. Но мы ещё увидимся.
— Когда? — быстрее, чем следовало, спросила я и зарделась. Мне стало неловко.
— Скоро, — с всё той же грустной улыбкой ответил он.
Как-то незаметно наша прогулка закончилась у стоянки магомобилей. Никола легко чмокнул меня на прощание в щеку, сел в свой магомобиль и уехал.
— Ничего не понимаю.
Поведение Николы сбивало с толку. Вроде я ему нравилась, но при этом он сам создал какую-то дистанцию между нами. Зачем? Что изменилось за эти месяцы?
Вернувшись обратно, я поделилась своими мыслями с Айком, но он не смог мне помочь. Его выводы приходили к тому же, что есть причина, и мне она не сулит ничего хорошего.
Вечером домой я вернулась грустная. Агнес тоже была не в настроении.
— Что-то случилось? — первое, что спросила я у неё, войдя в дом.
— Да. Приходите в гостиную, там поговорим.
Я быстро сняла пальто, сапоги и сделала как она сказала.
— Сюрприз!
В центре комнаты стояла довольная собой Джули. Агнес стояла в сторонке и сдержанно улыбалась.
— Сговорились, значит! — фыркнула я.
— Тебе не понравился сюрприз?
— Очень понравился, — честно ответила я.
— Предлагаю отметить мой приезд, — Джули отошла в сторону, позволяя мне увидеть приготовленный к моему приходу стол. В ведёрке со льдом лежали две бутылки вина, а рядом два широких подноса с различными канапе.
— Агнес, ты сегодня сидишь с нами.
— Но я не могу! — Попыталась отказаться она. — У меня подготовка.
— Раньше надо было думать, — кривляясь, ответила я, а потом уже серьёзно добавила. — Тебе тоже нужно иногда отдыхать.
Что-то проанализировав в своей голове, она сдалась.
— Ладно. За один вечер ничего плохо не случится.
— Ирэн, родители приглашают тебя в гости, — после первого глотка вина, заговорила Джули. — Пока я не приехала к ним, они думали, что я живу за твой счёт, и очень из-за этого переживали. Даже деньги откладывали для меня. Ты бы видела их шок, когда я не только не взяла деньги, но и сама дала им, а после рассказала, чем с тобой занимаюсь. Они были в восторге и очень хотят с тобой познакомиться.
— Тогда навестим их летом. У вас там наверняка будет красиво.
— Будет, без сомнений.
Вечеринка прошла на славу. После двух бокалов, желание обсуждать что-то серьёзное испарилось, и мы вспоминали весёлые истории из своей жизни. Вернее, вспоминали Джули и Агнес. Все мои истории, которые приходили на ум, невозможно было рассказать при Агнес. Нет здесь такого деревенской колорита, в котором я жила всю свою жизнь.
Чем прекрасно местное вино, на следующее утро тебе неплохо. По крайней мере, от двух бутылок на троих. На стройку мы с Джули ехали вполне бодрые и свежие, а я ещё и в предвкушении. И в отличии от меня, Джули не знала, что её там ждёт. А чтобы мой озорной блеск в глазах и хитрая улыбка не выдали меня раньше времени, пришлось притвориться сонной, прикрыть глаза и отвернуться к окну.
— Что ты здесь делаешь!? — прибывая в шоке увидев Айка, спросила Джули у него. — Что он тут делает!? — это уже было адресовано мне, и радости в её словах не было.
— Джули, — осторожно позвал её Айк, но она его игнорировала, полностью переключив своё внимание на меня.
— Зачем ты позвала его!?
— Он единственный повар, которого я знаю, — не ожидая от неё такой реакции, зачем-то стала оправдываться я.
— Ты могла обратиться в контору и нанять любого, как наняла Агнес! Нет. Ты специально его взяла! — на это мне нечего было сказать. — Зачем!? Я же ясно дала понять, что против этих отношений!
— Джули, но ты же рушишь своё счастье. Я хотела помочь тебе.
— Кто сказал, что мне нужна помощь!? Кто вообще дал тебе право лезть в чужую личную жизнь!? В мою жизнь!?
— Я просто волнуюсь за тебя, — робко ответила я. Ведь я действительно сунула нос не в свои дела и впервые усомнилась в правильности своего решения.
— Я сделала свой выбор! И я прошу его уважать, независимо от того нравится он тебе или нет, Ирэн.
Джули развернулась, чтобы уйти, но её остановил Айк, раздраженно спросив:
— А какой я сделал выбор, ты узнать не хочешь!?
— Это не важно, — с горечью в голосе ответила она.
— Нет, важно, Джули! Потому что он абсолютно противоположен твоему, — уже более мягко продолжил он, медленно приближаясь к ней. — Я не знаю, что ты там себе надумала, но ты единственная девушка, с которой я хочу провести всю свою жизнь. И если ради этого мне нужно будет отказаться от магии, я сделаю это. Потому что я люблю тебя, и буду любить всегда, — последние слова он сказал, уже касаясь своим тёплым дыханием её макушки.
Джули колебалась. Я видела, как её напряжение и воинственный настрой трескался под напором чувств Айка.
— Джули, любимая, не разбивай мне сердце, — нежно касаясь её плеча, тем временем продолжал он пробиваться сквозь её сопротивление. — У нас есть шанс прожить совместную счастливую жизнь, а ты даже не даёшь нам попытаться, боясь, что ничего не получится. Но если ты бросишь меня сейчас, твой образ в моём сердце навсегда останется идеальным, и я не смогу полюбить вновь. И вместо того, чтобы прожить свои года счастливым рядом с тобой, я буду вынужден жить в отдалении от тебя и страдать, потому что ты трусишка.