Особенная или попаданка против!

— А твоя тётя? Ты не хочешь наказать и её?
— Наверное хочу, — неуверенно ответила я. — Но я не знаю, достаточно ли у меня доказательств, чтобы и её арестовали. Хотя, я думаю, что, если директора схватят, он не будет никого покрывать. И все его наниматели получат по заслугам.
— Будем надеяться, что у нас всё получится.
— У нас?
— Конечно у нас. Неужели ты думала, я оставлю тебя одну в таком сложном деле?
— Спасибо, — не стало возражать я. Его помощь мне действительно была нужна.
Правда, мне уже начинало надоедать, что мне вечно все помогают. Может это и есть основная причина, почему безмагичные предпочитали жить в пансионате, а не в городе со своими родными. Не столько бремя для родных, сколько чувство собственной неполноценности от постоянных просьб о помощи.
За такими философскими мыслями мы выбрались из лесополосы и фактически сразу въехали в Моньеал. Это было столь неожиданно, что сердце от волнения бросилось вскачь. И было от чего. Моньеал, хоть и был небольшим городом, оказался довольно многолюдным. И если спросить меня, каким был сам город, я отвечу лишь: "Светлым, чистым".
И это неудивительно. У меня просто не было возможности рассмотреть его. Всё моё внимание было устремлено на людей, и что они делали.
Все, абсолютно все, использовали магию. Были те, кто шёл по своим делам по улице, а рядом плыли их сумки. Продавцы, стоя за прилавком, ловко жонглировали своими товарами, и те перемещались либо на весы, либо в сумки покупателей. Деньги передавались тем же путем.
И если, проезжая по лесополосе, мы были одни (та дорога вела только в пансионат, и посещали его далеко нечасто), то в городе магомобилей было предостаточно. Они были схожи с магомобилем господина Ветргофа, но выглядели проще, старее. Но это было неудивительно. Клаус приехал из столицы и был явно при деньгах, а это провинциальный городок. Но это нисколько не отбивало у меня желания глазеть на них.
А уж дети. Что творили дети! Мы проезжали мимо детских площадок, парочки парков. И везде дети магичили. Я не увидела ни одной игры без волшебства. Например, они играли в салки, фактически паря в воздухе. Стоило им оттолкнуться от земли, как они взмывали на горку или ветку дерева, а то и вовсе с легкостью, словно обезьянки, вскарабкивались на верхушки деревьев, а потом спрыгивали и, как семена одуванчиков, медленно опускались на землю.
— Ирэн, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил Клаус.
Его вопрос отрезвил меня. Представляю, как я выглядела со стороны.
— Да. А что?
— Ты как-то странно смотришь.
— Я просто соскучилась по всему этому, — вывернулась я. — Персонал пансионата обязывают ограничивать использование магии, чтобы не травмировать нас и не расстраивать.
— А тебя это не расстраивает?
— Сейчас нет. Теперь мне всё нравится и всё интересно, даже если я так не могу.
— Я рад слышать это, — улыбнулся Клаус. — Твои родители всегда пытались вдохнуть в тебя жизнь. Но как бы ты им не улыбалась, в глубине твоих глаз часто отражалась печаль. Сейчас я её не вижу. Ты изменилась, Ирэн, и мне нравятся эти изменения.
— Оказавшись на грани жизни и смерти, я поняла, как ценна для меня жизнь. Даже без способностей.
Мы выехали из города и вновь нырнули в лесополосу. Только на этот раз мы уже были на дороге не одни. И чем дальше мы ехали, тем больше магомобилей встречалось на нашем пути.
— Сколько нам ещё ехать?
— Около трёх часов.
— Вы рано встали ради меня, — улыбнулась я.
— Не раньше обычного.
— Мы поедем к нотариусу сразу по приезду в город?
— Нет. Сначала мы заедем ко мне.
— Хорошо, — не стала спорить я. Но в мою испорченную голову сразу полезли дурные мысли.
"— Зачем к нему!? У него что-то на уме!?" — завела я диалог сама с собой.
"— Что за чушь! Тебе надо отдохнуть с дороги, и он проявляет гостеприимство. Расслабься".
Прислушавшись к более здравому голосу разума, я правда постаралась расслабиться.
Чем ближе мы были к пункту назначения, тем города встречались чаще и были больше. Правда и проезжали мы их вскользь, но это не мешало мне любоваться ими. Наконец я смогла разглядеть архитектуру, которая ничуть меня не разочаровала. Здания были невысокими. Пяти или шестиэтажными. Жилые дома были светлыми, с тёмно-серой черепицей и казались неприметными издалека. Но вблизи можно было хорошо рассмотреть, как тонко они были украшены лепниной. Другие дома, нежилые, были яркими. Мне их стиль, с одной стороны, был незнаком, но и в то же время узнаваем. Вот одно здание, на верхушке которого красовались три серебристых круга, что я видела на мантии госпожи Добры, было украшено узором, подобно нашей гжели. А то здание, что было то ли школой, то ли детским садом, украшала немного видоизменная хохлома. Мне понравилось их решение выделять различные общественные здания определёнными узорами.
К вечеру мы добрались до столицы, и я не могла не сдержать восхищения. Жизнь в городе била ключом. И то, что для всех было обыденностью, для меня было карнавалом. На старинный манер утонченно одетые господа, идущие под руку с прекрасным госпожами, забитые до отказа прилавки, со вкусом украшенные витрины. И магия. Всё дышало волшебством.
Этот мир меня не разочаровал. Не зря я с таким нетерпением ждала этот день.
Клаус жил недалеко от центра города в элитном районе. У него был таунхаус. Небольшая придомовая территория, усыпанная цветами, и свой вход в трёхэтажную квартиру.
— Вы здесь живёте один?
— Нет, конечно, — рассмеялся он. — Куда я, по-твоему, должен был деть Лили и Зарю? Правда, Заря сейчас проходит учебную практику в Барде и вернётся только месяца через три.
Упс. Чуть не прокололась. Хорошо ещё, он не воспринял всерьёз мой вопрос. А вспомнив свои рассуждения, когда он предложил остаться у него, я вообще смутилась. Мне стало очень стыдно перед этим замечательным мужчиной.
Припарковав машину, господин Ветргоф только отпустил руль, как магомобиль затих. Мы вышли, и Клаус привычно взмахнул рукой. Открылся багажник. Он сделал ещё несколько простых взмахов и пошёл к дому. Я же наблюдала, как мой чемодан медленно поплыл за ним.
"Никогда не смогу к этому привыкнуть", — подумалось мне.
— Милая, я вернулся. Угадай с кем! — обратился Клаус, по всей видимости, к жене, стоило нам переступить порог дома.
— Ирэн! — показалась на лестнице Лили. — Неужели это ты, дорогая!? Я уже и не надеялась тебя увидеть.
Быстро спустившись по лестнице, она на бегу чмокнула Клауса в щеку и приобняла меня.
— Я тоже рада вас видеть.
И это не было лукавством. Эта темноволосая стройная женщина с тонкими чертами лица и добрым взглядом очаровала меня сначала своей красотой, а потом и доброжелательностью.