Окраина. Дилогия (СИ)
Глава 9
Мир Вашему Дому
Интерфакс.
«Спасенные пассажиры и члены команды вывозятся катерами в Новороссийск и Геленджик. Суда Черноморского флота приступили к охране района катастрофы».
УНИАН
. «Премьер
министр отказывается брать на себя ответственность за происшедшее и подает в отставку. Президент упорно называет сообщения зарубежной прессы «заказной ложью».
«Московский кроманьонец»
. «Лето скоро. Все устаканится. Хотя Останкинский пивоваренный завод в очередной раз доказал…»
Центральное управление ФСПП
(допуск формы А 0)
29 мая. 10.05
– Чушь какаято, – сказал Андрей, выключая телевизор. – Не могли же сразу четыре судна в один день окончательно проржаветь?
– Фрр, – нехотя согласился Пуштун и потерся тощим крестцом о ножку кресла.
– Ладно вам критиковать. Пусть болтают что хотят. Мы в клинику едем или нет? – Мариэтта теленовостями совершенно не интересовалась, раз и навсегда сообщив, что лично ей все сообщат в конкретном приказе по команде. Оперативник второй категории (что приравнивалось к званию младшего сержантаконтрактника МО и МВД) Капчага уже третий день пыталась вести себя соответственно наконецто надетым новым погонам. Комбинезоны, полученные с новым комплектом снаряжения, оказались вполне на уровне: мембранная ткань, все современные навороты, включая встроенную гарнитуру связи и маякидентификатор. Андрея слегка смущали вызывающие погоны и яркая, во всю спину, эмблема ФСПП. Впрочем, символика крепилась на «липучках», и было вовсе не обязательно сиять регалиями где попало. Андрей вообще испытывал стойкое, хотя и не вполне объяснимое предубеждение к женщинам в форме. Девушки должны заниматься мирными и уютными делами. Женственными. Юбочки и туфли на каблучках носить. Так нет, все норовят ухватки ХешКе перенять. Знаки различия, берцы, мешковатые воинственные комбинезоны. Скоро метиска эталоном элегантности будет казаться. Впрочем, Капчага выглядела недурно – темная ткань в сочетании с яркими знаками различия и раскосой мордашкой делала ее похожей на киношную ниндзявоительницу. Комбинезон сидел отлично, почемуто лишь подчеркивая ладную фигурку. Только все равно – даже застиранный халатик был бы лучше.
– В клинику так в клинику, – вздохнул начальник «КП29». На очередное обследование вызывали настойчиво. Уже через центральный офис требовали. Ногу, конечно, следовало проверить. В ближайшие дни командование обещало пополнить Отделение до штатной численности, вот тогда уже не до медпроцедур станет. Эра «штрафников» в ФСПП закончилась, но все равно новые люди – новые заботы.
– Слышь, террорист, обедать не приедем.
Пуштун пренебрежительно мявкнул и неспешно отправился по своим подрывным делам. К Мариэтте котяра еще проявлял некоторую доброжелательность, но со смотрителем «Боспора» упрямо поддерживал официальнонейтральные отношения.
Андрей захватил ключи от машины и вышел в коридор. Мариэтта застегивала перед зеркалом новую форменную куртку – не упустит случая покрасоваться осквернительница могил. В последние дни о создании новой федеральной службы не рассказывали разве что в «Спокойной ночи, малыши». Пропагандистская кампания набирала ход – наверху торопились. Вполне могло оказаться, черноалые погоны станут самой модной штучкой сезона. Правда, сезон может оказаться неожиданно коротким, будь оно все…
Мариэтта на начальника вроде бы не смотрела, но сказала:
– Старый, мне лучше в штатском ехать, да? Я сейчас, быстро перезагружусь.
– Не стоит, Мань. Привыкай, раз время такое.
– А ты? Тебе форма абзац как идет.
– Не выдумывай. Мне тебя, сексоперативника, все равно не затмить.
– Дурной вы, гражданин начальник…
Задребезжал телефон в кабинете. На мерзкий звук из мастерской выглянул Пуштун, неодобрительно дернул усом.
Андрей поднял трубку. На связи был Сан Саныч лично. Почтило начальство наконец.
– Привет, Андрей. На базе? Значит, удачно.
– Здравия желаю, Сан Саныч. Из командировки вернулся? Имеется пара вопросов.
– Попозже. Срочно бери подругу и снаряжение. Машина вышла. Время поджимает.
– Экстренно?
– Более чем. Жду.
Мариэтта стояла в дверях:
– Выезд?
– Срочный. Лично начальник звонил.
– Я переоденусь в привычное.
– Не успеешь, Мань, – пробормотал Андрей, прислушиваясь к нарастающему вою сирены.
* * *
Спецсигналы на «Тигре» поставили новенькие – выли зычно. Легкобронированный монстр весь в завываниях и бликах вылетел на МКАД – машины шарахались.
– Приказано доставить экстренно, – с тревогой сказал Михалыч.
Второй водитель – коренастый парень, переведенный из ОМОНа, – вертя баранку, заверил:
– Долетим с опережением.
– Экстренно так экстренно, – пробурчал Андрей, переглядываясь с Михалычем. На новой машине с усиленным экипажем ехали уже не в первый раз. Бывший омоновец водителем казался надежным, но, в отличие от Михалыча, некоторых нюансов ФСПП еще не улавливал. Творилось чтото странное, обычно от Отделения изображать пожарную команду с воемблеском никто не требовал.
Мигнулаожила рация – интересовались, где идет экипаж.
По Волоколамскому шоссе шли уже спокойнее. Время позволяло. Андрей терялся в догадках. Что значит спешка и вопли «ускориться»? Скорее уж армейский стиль. Нехорошо. Чтото случилось. Если спешат, если и Александр Александрович в суету впал, получается совсем дурно. Лучше бы Маньке подальше отсюда оказаться. Символические погоны – это одно, а выполнять скоропалительные приказы – совсем другое. Что могло стрястись? Ктото из Минобороны сгинул? Начальник округа? Куда одуревшего генерала может занести? Есть «Фата» Берлина 45го? Ох, не дай бог.
– Старый, если ты меня вздумаешь домой спровадить, я кусаться буду, – Мариэтта шептала в ухо, но руку стиснула нешуточно. – Ты обещал никогда не бросать, помнишь?
– Помню. Только бывают обстоятельства, когда…
– Абзац, и думать не смей. Нет таких обстоятельств. Ты обещал до конца вместе.
Машина слетела с шоссе на узкую асфальтированную дорогу. Проскочили лесополосу. Андрей с тоской увидел впереди железные ворота с неизменной пятиконечной звездой.
Старший лейтенант вдумчиво проверил документы. Мариэтте улыбаться не стал – опять нехорошо. Андрей чувствовал, как заныло колено.
Старлей сверился со списком, вернул удостоверения:
– Машину попрошу поставить на стоянку. Вас ждут в боксе «9Б».
Андрей кивнул Михалычу, поддержал за локоть слегка замандражировавшую осквернительницу могил, подал рюкзак со снаряжением.
Рослый сержант на входе откозырял Мариэтте, с сомнением глянул на Андрея. Пришлось еще раз раскрыть удостоверение.
В коридоре стандартного бокса, еще сохраняющем запах новенького пластика, было пусто, лишь из дальней двери доносились голоса. Выглянул Сан Саныч, заправляющий в камуфляжные брюки такую же пятнистую футболку:
– Виноват, сейчас едем.
Андрей переглянулся с Мариэттой. Таким взъерошенным начальника ФСПП они еще не видели.
Сан Саныч выглянул через минуту, кивнул в глубь коридора:
– Пошли на тот выход.
Андрей машинально успел глянуть в дверь. Узнал знакомую фигуру, безупречную линию стрижки, – Наталья стояла спиной к дверям, медленно складывала мужские брюки.
Коридор увел дальше, – начальник ФСПП уже распахивал дверь в сырой мир. Там ждали две группы людей.
– Знакомьтесь – отделение «Химия» и сводная группа. А это «КП29», оно же «Боспор». Все очнозаочно знакомы. К автобусу! – приказал Сан Саныч.
Автобус был не новый – армейский, с поцарапанными сиденьями и испачканным глиной полом. Газанул, покатил между боксами. Пассажиры помалкивали. Андрей знал лично только двоих – остроносого парня, бывшего диггера, недавно принявшего командование над Северным отделением с позывными «Химия», и пожилого армянина, похожего на учителя, – этот до ранения работал в самом первом составе отделения ЦАО. Остальные: шесть мужчин и одна женщина в алой спортивной куртке – были незнакомы. Лица у всех были мрачные – интуицией здесь никто не был обделен.