Дышу тобой (СИ)

Ник молчал, но я видела: он не спит. И когда я уже собралась вернуться в комнату и закрыть дверь на замок, то меня остановил хриплый голос брата.
— Я перенес свадьбу.
Первая реакция — неконтролируемая радость, далее ступор, потом страх, растерянность.
— Из-за меня? — выдохнула я.
Непостижимо просто! Как такое может быть? Как?
— Да, — Ник ответил, поднялся на ноги, но не повернулся ко мне. — Мы с Марией поженимся, как только вернуться родители.
— В этом году? — задала я самый глупый вопрос, который могла задать. — И ты действительно женишься на ней?
— На самой идеальной и лучшей в мире женщине? Без сомнений! — голос Ника звучал немного насмешливо, немного с сарказмом, но в большей степени заносчиво и надменно. Он словно говорил: она идеальная, а вот ты, Кассандра, никогда не будешь такой.
— Придурок высокомерный! — прошипела я, сжав руки в кулаки. — Убирайся с моего балкона!
— Избалованная принцесса! — парировал он, зля меня еще больше.
— Ненавижу тебя, идиот! — не унималась я.
— Отлично! И я тебя терпеть не могу! — прищурился Ник.
— Скорей бы вернулись родители, чтобы не видеть твою противную рожу! — пыхтела я.
— Впервые в жизни согласен с тобой, принцесса! — насмешливо отвечал Ник, скрестив руки на груди.
— Свали с моей жилплощади! — прищурилась я и ткнула пальцев на соседнюю половину балкона, ту, что принадлежала брату.
— Иначе что? — скривился Ник.
Он качнулся вперед, приблизился вплотную ко мне, и даже в ночном полумраке я могла рассмотреть тягучие омуты темных глаз.
— Иначе я столкну тебя с балкона, придурок! — пригрозила я и выставила руки вперед.
Мои ладони упирались в его грудную клетку. Обжигающее тепло помчалось по венам, а кончики пальцев покалывало от желания коснуться обнаженной кожи.
— Попробуй! — хрипло прошептал Ник, сильнее наваливаясь на меня.
Я застыла, когда поняла, что одной ладонью Ник зарылся в мои волосы на затылке, а второй — надавил на мою поясницу, заставляя придвинуться ближе.
Я оказалась в плену его дыхания, рук, жадных глаз и порочных желаний. Но вместо того, чтобы убежать, или выполнить свою угрозу, я сдалась. Перестала пытаться оттолкнуть крупное тело сводного брата, а наоборот — заскользила ладонями по его груди, оцарапала ногтями шею, зарылась пальцами в короткие волосы на затылке.
— Ты проиграешь, Никон Даниилович! — выдохнула я.
Ник промолчал, его дыхание хриплыми толчками вырывалось из груди. Я, кажется, слышала, как неистово колотится сильное сердце. И упивалась властью над ним.
Волнуется? Нервничает? Злится? Выходит из себя?
Да! И я была уверена, что всегда смогу повлиять на этого человека. Между нами никогда не будет спокойствия и мира, только война.
И он знал это. Понимал, так же четко, как и я.
Поцелуй-укус, поцелуй-наказание я встретила с трепетом и радостью. Застонала, заурчала, точно кошка, заполучив свое лакомство.
Ник стремительно сминал мои губы, кусал, терзал их. И я отвечала ему тем же.
Запустила пальцы под мягкую ткань футболки, прошлась быстрыми, порхающими прикосновениями по ребрам, удовлетворенно выдохнула, когда разобрала протяжный стон и приглушенные ругательства.
— Не верится, что идеальный Ник знает подобные слова, — шепнула я.
Но Ник словно не слышал меня, он больше походил на слетевшего с катушек чужака, чем на правильного старшего братца. Но меня полностью устраивали такие перемены. Он показался мне другим, раскрепощенным, безумным…. моим.
— Черт! — выдохнул Ник, когда я теснее прижалась к напряженному члену своими бедрами, слегка потерлась, усиливая контакт.
И отступила на шаг назад, прячась от любопытного взгляда полной луны, подглядывающей за нами сквозь облака.
Ник потянулся следом. Я видела его затуманенный похотью взгляд. Чувствовала крепкие мужские ладони на своих бедрах. А по телу мчались потоки лавы, заставляя меня сводить ноги от желания.
Я, позабыв всякую скромность и смущение, запустила руку под пояс джинсов. Пальцы сомкнулись вокруг напряженной, возбужденной, влажной от вожделения плоти.
Ник зашипел, когда я крепче сжала пальцы вокруг его члена. И застонал, когда провела ладонью до основания и вновь вернулась к влажной головке.
Я чувствовала, как по телу Ника мчится крупная дрожь, а его рот еще настойчивее впивается в мои губы.
— Хочешь трахнуть меня, малыш Ники? — шепнула я ласково.
  
Глава 15
 
Мне не нужны были его слова, я и без них все видела и понимала. Но только я не собиралась становиться запасным аэродромом. Прекрасно понимала, что мне никогда не встать на одну ступень с идеальной Машей.
— За что ты мне? — простонал Ник, судорожно выдыхая в мое плечо.
Я коварно улыбнулась. Что ему ответить? Правду!
— Ты слишком правильный, сводный старший брат, — шепнула я и вновь двинула рукой в интимной ласке.
Ник развернулся, прижал меня к стене, но я не сбиралась так легко сдаваться. И потом, я не планировала расставаться с единственным сокровищем, которое было действительно моим, принадлежало лишь мне одной потому, что я так сама решила.
Я была прекрасно знакома с приемами петтинга, с момента моего совершеннолетия я испробовала многое, включая оральный секс. Но никогда я не переступала ту самую черту. А сейчас я с трудом подавила это желание.
Но я упивалась властью, которую почувствовала. Ник походил на послушного и предсказуемого котенка. Требовал, кусался, рычал, но тянулся за каждой лаской.
И я не собиралась его останавливать. Вцепилась в его рот жадным поцелуем. Увернулась и тихо рассмеялась, когда мы с Ником поменялись местами. Теперь я прижимала его спиной к стене, а он мне позволил это делать.
Моя рука окончательно пленила возбужденный член, второй ладонью я расстегнула ширинку на мужских джинсах, высвобождая плоть.
— Малыш Ники совсем не малыш? — шепнула я, облизнув припухшие от поцелуев губы.
— Нет, Саня! — выдохнул Ник, когда я попыталась скользнуть ниже.
Пожала плечом, принимая его решение. Хорошо, не в этот раз.
Но момент уже упущен. Я видела по глазам брата, что разум вернулся к нему, как и понимание того, что именно мы творим и где находимся.
— Нет! — уже тверже проговорил Ник, но я вновь заскользила ладонью по напряженной плоти.
— Да-а-а… — выдохнула я ему на ухо и прикусила мочку зубами.
Ник задрожал, дернул бедрами, упираясь в мою ладонь. Его руки лихорадочно заплясали по моей спине, ребрам, накрыли грудь, пробрались под кружево лифчика. Мое тело сладко трепетало от томления и предвкушения.
— Твою мать! — прохрипел Ник, когда мои губы запорхали по его плечу, груди, а зубы оставляли крошечные следы от легких укусов. И после каждого Ник дрожал все сильнее.
Протяжный стон взорвал тишину моей спальни. Ника трясло. Руками он вцепился в мои волосы, а мои губы терзал жадными, сладкими, порочными поцелуями. Его бедра лихорадочно двигались, вбиваясь в мою ладонь. Он кончил, бурно излился на мои пальцы, не сдерживая себя.
— Дьявол! — пробормотал Ник, упираясь мокрым от испарины лбом в мое плечо.
— Признайся, Ники, твоя Маша когда-нибудь трахала тебя вот так, стоя у стеночки? — невинно поинтересовалась я.
Ник молчал. Его пальцы по-прежнему сжимали мой затылок, а плоть пульсировала в моей ладони.
Судорожно выдохнув, Ник выпрямился. Я понимала, что минутка нежности и безумия закончилась, испарилась, сгинула. Осталась реальность и недосягаемые, несбыточные желания.
— А ты ее? — не унималась я.
— Отойди от меня, Кассандра! — прошептал Ник.
Его руки больше не обнимали меня. И я выполнила просьбу брата, шагнула назад, но взгляда не отвела.
Пристально смотрела на перепачканную следами страсти плоть Ника, проследила за тем, как брат приводит себя в порядок.
Ник не смотрел на меня. И это даже хорошо. Я прекрасно знала, какие именно чувства увижу в глубине его взора.