Круг посвященных (СИ)

Быстро подогрев сок и размочив в нём пять галет, он вернулся к душевой. Юля стояла спиной ко входу, под струями горячей воды. Дмитрий невольно залюбовался стройным телом девушки, но неожиданно сквозь шум воды он услышал тихий плач. Ему стало по-человечески жаль её.
— Юля… Юлло! Я абсолютно ничего не имею против тебя. И ты никакая не уродина! Честно. Хочешь, я опять буду называть тебя твоим настоящим именем? Я не знаю, что ещё мне сделать, чтобы ты перестала плакать! Мне просто очень трудно свыкнуться с той мыслью, что я теперь семейный человек. У меня на планете и девушки не было… ну, серьёзных отношений.
— У тебя ещё не было девушки?! — Юля повернулась к нему лицом. В её глазах присутствовало искреннее удивление, — правда?!
— Правда.
— Значит ты, как и я — неопытен?
— Значит так, — Димка старался не смотреть на обнажённое тело девушки. — Раз ты уже приняла душ, изволь взять вот эту материю, которую я нашел в шкафу перед душевой. Судя по тому, что она была аккуратно сложена, этой тканью не пользовались. Кроме того я обнюхал её, она ничем не пахнет, значит, скорее всего, на ней нет никаких химических добавок. Как оботрешься, сразу выпей вот этот напиток.
— Что это?
— Это подогретый фруктовый сок с размоченными в нём галетами. Чтобы было сытнее.
— Спасибо! Ты так обо мне заботишься. В нашем мире такого не встретишь.
— У вас муж не заботится о здоровье своей жены?!
— Только нанимает лекаря, и так, по мелочи. Но чтобы приготовить еду… нет. Такого не бывает.
— Тьфу ты, господи, пришибленные на всю голову. А еще, наверное, гордимся, что передовая цивилизация, да?
— Гордимся.
— Чем гордитесь? Скотским отношением к любимому человеку? Или у вас семьи предназначены только для вида или продолжения рода? Никогда не поверю!
— А у вас не так?
— А у нас в горе и радости, болезни и здравии, всегда помогают и заботятся друг о друге.
— И ты будешь?
— А куда я денусь?! Пока живу, дышу и двигаюсь, всегда буду помогать.
Юля выскочила из душа и обняла Димку также как Агата Максима на мостике корабля.
— Спасибо! Я никогда не променяю тебя ни на кого другого! Я клянусь в этом! Кровью своих предков, клянусь!
— Ну и молодец! А теперь будь послушной девочкой, оботрись и выпей этот напиток.
— Я хочу принять душ вместе с тобой!
— Чтобы ты перенапряглась и заболела ещё больше?
— Я прошу тебя, муж мой, — девушка стала перед ним на одно колено, — не отказывай мне в этой просьбе.
— Встань сейчас же с пола, простудишься! Ну, что с тобой делать, а? Стоп! Я, кажется, понял, ты не хочешь отставать от Агаты, так?
Юля выразительно опустила голову.
— Вы же соперничаете в своих мирах. Эх, инрок я последний, жена болеет, а я сейчас приставать к ней буду…
— Не говори так. Я сама этого хочу. А почему ты не смотришь на меня?! Ты стесняешься?!
— Немного. Просто… ну как сказать… я никогда не принимал душ вместе с девушкой.
— Значит я у тебя первая?
— Значит так, — ответил ей Димка, окончательно освобождаясь от одежды.
— Поцелуй меня так, как ты относишься ко мне, — попросила Юля и снова обняла его.
— С большим удовольствием, — ответил молодой человек, жадно припав к её губам.
 * * * 
Через полчаса Юля и Дмитрий наконец вышли из душа.
— Ну вот, сок совсем остыл, — он сокрушённо покачал головой, — а тебе надо срочно выпить именно горячее.
— Мне уже ничего не нужно, — её глаза смотрели на мужа с умиротворением и любовью, — я познала твою милость мужа и стала опытной. Теперь мне можно ждать долгие циклы.
— У вас это называется милостью мужа?! Обалдеть! И что такое «долгие циклы»? Это раз в год, что-ли?
— Год — это что?
— Полный цикл обращения нашей планеты.
— У нас не так долго ждут «милости мужа».
— А сколько?
— Примерно столько, сколько пальцев на обеих руках.
— У вас там вообще все свихнулись?! Так редко?
— А у вас сколько?
— А у нас, когда как, но намного чаще, минимум три раза за семь восходов солнца, именуемых днями, а когда только стали супругами — можно и каждый восход или закат.
— Вот это да! — восторженно воскликнула Юля, — а когда женщина носит ребенка?
— Давай пока не будем касаться этой темы.
— Почему?
— Я очень мнителен: боюсь, что это может случиться.
— Ты не хочешь продолжения рода?
— Пока я сам не смогу обеспечивать свою семью — нет. Не могу позволить себе, чтобы мои дети голодали.
— Твоим детям не придётся голодать, — Юля загадочно посмотрела на Дмитрия.
— Да? Я пока никто и звать меня никак!
— Твоё имя Дим, ведь так?
— Это меня здесь все зовут коротким именем. Моё полное имя — Дмитрий. Но моя фраза — это игра слов, которая означает, что я безродный и не имею никаких материальных ценностей, чтобы содержать семью. Так понятно?
— Теперь понятно. Я очень тронута твоими словами. Ты настоящий Глава рода! Мой отец будет рад, такому сыну.
— У нас муж дочери называется «зять».
— Запомню. А ещё мне придётся отвыкать от местного диалекта и переходить к общению на своём родном языке.
— А меня научишь?
— Конечно! А ты меня научишь своему языку, правда?
— Для чего? У нас ничего не осталось от прежней планеты, родителей мы тоже не нашли. К чему эта пустая трата времени?
— Нельзя забывать свои корни! И детей своих, в будущем научим обоим языкам. Это дань предкам, Дим! Нельзя забывать свои корни!
— Сейчас ты говоришь как какой-то политик или важная персона.
— А я такая и есть.
— Серьёзно?!
— Дим! Я — дочь верховного правителя нашей планеты: Императора Эона.
— Что?!
— Да, муж мой! Ты являешься супругом женщины из самого древнейшего и знатнейшего рода нашего мира.
— Ёкарный бабай!
— А что это такое?
— У нас это безобидное ругательство или чувство крайнего удивления.
— Мы с Агатой решили присмотреться к вам с Максом, прежде чем открыть свою родословную.
— А Агата тоже такая же знатная, как и ты?
— Тоже. Она — дочь Императора Эора.
— Мама дорогая! Куда мы с братом попали!
— Благодаря вам обоим наши миры теперь обязаны помириться. Сбылось Пророчество.
— Давай одевайся и рассказывай. Вы обе только и вспоминаете его, а подробно ничего не говорите.
— Мы и сами его дословно не знаем. А зачем одеваться? Спать в этих комбинезонах неудобно. Может, так ляжем?
— А та парочка всю ночь будет дежурить или придёт полюбоваться нами во сне?
— Они будут стоять на вахте до утра, а завтра мы сменим их ровно на сутки.
— Ладно, располагайся. Я сейчас попробую снова подогреть сок. Только бы он не пригорел.
— Мне ещё очень непривычно, что обо мне так заботится муж. Какая же вы, всё-таки, удивительная раса!
— Привыкай.
  
Глава 3
 
Обернувшись тканью вокруг талии, Димка снова появился на кухне, где застал брата.
— Опа! А я думал, что вы уже спите — оглядев его, произнёс Максим.
— Сейчас сок с галетами подогрею, Юля попьёт и спать.
— А чего он у вас остыл? — хитро спросил брат.
— Много будешь знать… — показал кулак Дмитрий и улыбнулся.
— У нас всё получилось — ухмыльнулся Макс — Агата в полной прострации. А у вас как?
— Что у нас как?
— Ну, вы что там, в душе делали?
— Может, нам нужно было и видеоотчёт для тебя сделать? У тебя своя семья, у меня своя.
— О, как заговорил-то! А ты в курсе, кто такие Агата и Юля?
— Уже в курсе. Мы теперь с тобой зятья наизнатнейших и наидревнейших родов Эона и Эора.
— И что теперь делать?
— То есть как ЧТО? Для начала я иду лечить свою жену, потом спать, а завтра меняемся местами: мы вахту несём, а вы — отдыхаете.
— Не знаю, доживу я до утра или нет…
— Что такое?
— Моя жёнушка оказалась такой темпераментной, что я и сам не рад…
— Попей соку с галетами. Помогает.