Тварь и Котенок (СИ)

— Мяса — да, уважения — нет. Вначале ест главный самец, затем его самка, только после этого все остальные. Ты же не хочешь, чтобы на нас бросились? Они и так возмущаются тем, что ты такая страшная, и не хочешь спариваться. Да и ешь многовато.
Он улыбнулся, после чего зарычал на одного из самцов. Айвен же пожала плечами: всего-то три килограмма. Нужно еще минимум столько же. Что ж, придется гиенам потерпеть.
— Что думаешь делать со своей стаей дальше?
Кот пожал плечами, еще раз рыкнув на гиен.
— Милостиво оставлю им этого крота и запрещу идти следом. Они веселые создания, но их постоянные попытки завалить меня крайне утомительны. Здорово напоминают этим большинство людей, кстати.
— И отлично. Мне они тоже не нравятся. Как думаешь, можно взять кусок мяса с собой?
Кот задумался, после чего ответил:
— Можно, но тащиться вперед с этой вонючей дрянью не хочется. Впереди река, наловим там рыбы. И так тошнит от этого запаха.
Айвен дожевала еще один кусок, запихнула нож за пояс, — у кота все равно еще меч есть, а она совсем без оружия, — встала и со вздохом отошла от туши. Передвигаться на полный желудок тяжело, и кот прав: хотелось оказаться подальше от смердящего крота. Одно воспоминание об этом запахе вызывало тошноту. Гиены радостно затявкали и рванули к еде, только пара самцов еще пару минут перерыкивались с имусом, словно бы и в самом деле разговаривали. Советовали бросить страшную и прожорливую самку, наверное. Но узнавать она не будет.
Имус и сам все разболтает, он вообще не способен долго молчать. Она угадала, уже через пятнадцать минут тот заговорил:
— Первый раз вижу настолько небрезгливую женщину.
— Прим-леди, — автоматически поправилаАйвен.
— Не напоминай, сразу хочется тебя убить.
— Это взаимно.
— Странно. Ведь сам по себе я довольно милый и мирный парень. Просто ты меня плохо знаешь.
— Ты меня тоже. Так что поверь на слово, при необходимости я тебя убью без лишних сантиментов, а если будет необходимость, то еще и съем. После этого крота и склизобрюхов это будет нее так уж и сложно.
Имус недоверчиво изогнул бровь, но промолчал. А еще через час тишина начала тяготить и саму Айвен. Через два — от постоянно всплывающих воспоминаний и жажды захотелось выть. И где обещанная река? А, между прочим, уже начало темнеть. Это не особо смущало Айвен, она неплохо видела и в темноте, а в крайнем случае всегда могла обходиться и вовсе без зрения. Как и кот. Но все же передохнуть было нелишним.
— Чувствуешь запах воды? Перейдем реку, после остановимся на ночлег.
Айвен принюхалась, но так нечего и не почувствовала.
— Далеко еще? — с каждым метром жажда мучила все сильнее.
Кот прикусил губу и перебирал пальцами, словно бы пытался решить в уме непосильную задачу.
— Как хороший секс.
— О, весьма точное определение.
— Какое есть, — пожал плечами кот. — Слишком устал, чтобы еще выдумывать.
Айвен мысленно выдала ему подзатыльник, но дальше допытываться не стала. До сих пор вспоминались первые из котов, которых ей предоставили в качестве боевого усиления. Сражались они неплохо, временами. Зато есть, мыться и даже ходить в туалет они могли только после особых приказов. После котов усовершенствовали, добавили им сообразительности, но не слишком много. Все же обладая такой физической силой и развитым интеллектом, имусы могли бы и свергнуть примов.
Чем этот конкретный имус и занимается. И надо признать, достаточно успешно. Если бы среди примов или альтеров был хоть один равный ему человек…
Айвен автоматически считала секунды, чтобы отвлечься от усталости и монотонного передвижения. Темнело достаточно быстро, и приходилось все больше сил тратить на наблюдение за окружающим пространством. Имус тоже молчал, постоянно принюхиваясь и дергая ушами. Он видел хуже Айвен, зато другие чувства полностью компенсировали этот недостаток.
— Уже близко. Но в воде полно хищников, придется остаться на этом берегу.
— Убьем парочку и перейдем. Заодно поедим.
Сейчас она здорово жалела, что не отрезала кусок от того крота. Пускай мясо и было жестким и откровенно смердящим, зато хорошо восстанавливало энергию.
Кот без предупреждения сменил форму и прыгнул вперед. Айвен по-прежнему ничего не видела, кроме той же однообразной травы, но все же вытащила нож и выставила его перед собой.
Кот тоже исчез, только звуки борьбы и невнятное рычание намекали, что он где-то рядом. Внезапно кто-то тонко заскулил, словно бы вымаливая себе последние мгновения жизни, и мир вокруг резко изменился.
Степь исчезла, сменившись широкой рекой, а в паре десятков метров кот догрызал горло здоровенной рогатой твари, наполовину скрывшейся в воде.
На запах крови к месту битвы уже начали собираться ящеры и мелкие рыбы, и имус ловко выпрыгнул на берег, отряхиваясь от воды.
— Ты бросил наше мясо! — Айвен с сожалением смотрела на медленно исчезающего зверя, тушу которого уже рвали местные хищники.
— Так иди и отбей, — он устало махнул рукой и поплелся выше по течению.
Айвен вздохнула и поплелась следом. Зря она это сказала, кот молодец, что смог распознать иллюзию. Откуда она здесь взялась? Или местные животные уже научились ее наводить? Колыбель изменилась, стала совершенно чужой. Впрочем, как и весь остальной мир.
— Там моллюски на ветках, насобираем на ужин?
Кот, не останавливаясь, вздохнул и сломал пару веток. Айвен взялась за дело активнее, и через пять минут у нее в руках была целая охапка. Все равно питательная ценность у них невысокая, оставалось надеяться, что на вкус они будут получше крота.
— Я начинаю тебя бояться, — имус сломал еще несколько веток, после чего все же начал переходить реку.
— Мудро, — Айвен оглядывалась по сторонам, но, кажется, все хищники сейчас пировали тушей убитого котом зверя.
Имус же внезапно прыгнул с места, взметнув кучу брызг, выхватил меч и вытащил из воды здоровенную рыбу. После чего так же с мечом отдал Айвен.
— Держи. Большой, вонючий и питательный. Все как ты любишь.
— Благодарю. Мне можно одной его съесть?
Айвен взвесила рыбину на рук, килограмм шесть с небольшим. Вполне можно наесться.
— А после тебе хватит сил раздробить еще один снаряд у меня в почке?
— Возможно.
— Хочешь, еще пару таких поймаю?
— Нет, больше мне за раз не съесть, но восстановление после раны требует слишком много энергии, так что не знаю.
Когда они вышли на берег, кот с удовольствием повалился на землю, сразу же свернувшись в клубок.
Айвен же выпотрошила рыбу, после чего запихнула в рот здоровенный кусок. Он вонял тиной и не очень отличался от нее на вкус, зато по питательной ценности был весьма хорош. Только мелкие кости так и норовили впиться в небо и язык. Что ж. Будет жевать тщательнее. Ополовинив рыбину, Айвен наконец-то смогла активизировать еще немного резервов мозга. Мир сразу же стал ярче, ночь наполнилась запахами и звуками. Это словно бы обрести зрение после долгой слепоты.
Теперь можно подумать и о коте. Айвен вымыла руки в воде, поморщилась от рыбного запаха и села рядом с имусом, погладив того по спине. Когда-то ее учили, что перед тем, как причинять боль, нужно сделать что-то приятное.
— Хороший котенок, хороший. А теперь быстро раздевайся и ложись на живот.
Кот сел и склонил голову набок, словно бы прислушиваясь к чему-то. Айвен же сложила руки на груди, намекая, что не собирается повторять второй раз. Имус хмыкнул, но все же выполнил ее распоряжение без лишних вопросов.
— Сейчас я измельчу дробь, затем усыплю тебя на пару часов. После — твоя очередь дежурить. А одежда пока посушится.
— Тогда и постирай ее.
— Это наглость.
— Это рациональность. Но можешь сама лечь спать, а я займусь стиркой, кто-то должен это сделать: наши вещи пропахли кровью.
— Уговорил.
Айвен положила руки коту на спину, чем ближе к месту воздействия, тем меньше энергии потратится. Но дотронуться до изображения символа Уводящего так и не смогла. Наверное, так и не научится спокойно относиться к этой птице, погубившей весь ее мир.