Драконники Света и Тьмы (СИ)

— Ладно, оставим это. Теперь — почему не получилось захватить хотя бы одного Сказочного дракона?
— Слушайте, Вы что, специально всех собрали только для того, чтобы было кому слушать, как Вы обливаете меня грязью, а? — поинтересовался Бергер, которому надоело придумывать оправдания своим промахам.
Молодой король присвистнул, чтобы все поняли, как он был удивлён.
— Будь на моём месте предыдущий правитель, Хенрик Пятый (да пребудет он в Валгалле), он бы приказал сделать с Вами что-нибудь неприятное, — ответил монарх главнокомандующему, — от швыряния в голову чем-нибудь тяжёлым вплоть до немедленной казни. Я не такой вспыльчивый. Но я не могу пропустить это замечание мимо ушей. Пожалуйста, постарайтесь с пониманием относиться ко всем моим комментариям и пожеланиям, иначе Вам долго не удержаться на своей должности. — Таре встал, подошёл к окну, посмотрел на падающий снег и добавил: — В конце, концов, это мой долг перед Королевством — ставить цели, в достижении которых вы должны мне помогать.
Он повернулся лицом к собравшимся и заговорил вновь, выражая голосом всё больше эмоций:
— Думаете, это такое большое удовольствие — сидеть в замке, читать отчёты о проваленных операциях, планировать войну, которая вскоре разгорится из-за Кристалла, не имея для неё достаточного количества ресурсов; наконец, выслушивать оскорбления от своих же непосредственных подчинённых?! Да я бы с радостью променял бы всё это на то, что я имел раньше, — место в гарнизоне замка Хлур, приличную зарплату, дружбу с братьями по оружию! Но кто бы тогда стал королём, во что бы тогда превратилась держава? Так что — кто, если не я?! — И закончил упавшим голосом: — Пожалуйста, поймите меня правильно и впредь слушайте меня внимательно.
Король вернулся за стол и подпёр голову кулаком, погрузившись в меланхолию.
Воцарилась тишина.
— Прошу прощения, — пробормотал через некоторое время Бергер, — я…
— Не надо слов, — оборвал его монарх. — Вернёмся к делу.
К Таре Первому вернулся его боевой настрой, что успокоило присутствующих сильнее любого препарата.
— Так всё-таки: чем вызвана неудача со Сказочными драконами?
— Противник оказался сильнее нашего отряда, — ответил Бергер.
— Сильнее шести полностью укомплектованных десантных вертолётов с дополнительными системами оружия?
В голосе короля снова прорезались интонации удивления.
— Их там было несколько десятков, — проворчал Бергер, — и как минимум половина из них — взрослые. То есть по меньшей мере десятиметровой длины и с разрушительном силой истребителя. Мы были бессильны.
— Допустим. Ладно, чёрт с ними, со Сказочными драконами. А с «метро»-то почему не получилось?
— Саботаж, — выплюнул Бергер одно-единственное слово.
— Да неужели? — Король опять выглядел озадаченным.
— Залезли, значит, в «метро», проехали с тысячу километров, вступили в битву с драконниками… и покатили обратно! Им, видите ли, надоело воевать!
— О… интересно.
Таре поднялся с кресла и принялся ходить по конференц-залу.
— Слушайте, а может, нам и не воевать с драконниками, а? — спросил он.
— Ну… Население Королевства может неадекватно на это отреагировать… — осторожно возразил Штинк.
— Отлично! Проведём референдум, и я подчинюсь мнению большинства. Всё-таки и в абсолютной монархии должно быть немного демократии. — С этими словами король вновь занял своё место за столом.
— Господин Асмундсен, — обратился он у главному учёному, — а что, в Евразии нет больше Сказочных драконов, кроме как в той пещере?
— Да есть, наверное, — ответил Асмундсен. — Если поищем, — найдём.
— Если что, Сказочные драконы живут на Урале и в Сибири, — сказал король, встал и направился к выходу.
У дверей зала он остановился, немного повернул голову и бросил через плечо, краем глаза наблюдая за присутствующими:
— Действуйте. И постарайтесь успеть до Нового года.
А затем он вышел.
Остальные переглянулись и потянулись следом за ним.
Вскоре зал опустел. Но в нём осталась атмосфера непонятной напряжённости, которая не развеялась бы даже после проветривания.
4
…И надо же было случиться такому, что на следующий день Вилле сам мне позвонил и попросил объяснить, куда поехала Ульяна.
— Представляешь, спускаюсь я в «метро», ну, чтобы наведаться к тебе в гости, как ты — ко мне позавчера; вижу: буквально вылетает Ульяна, замечает меня, улыбается, включает следующую движущуюся ленту, вспрыгивает на неё и уносится вдаль… И ещё с таким большим рюкзаком… ты знаешь, что всё это означает, а?
— Это наша с ней маленькая тайна, — ответил я, радуясь своей предусмотрительности. — Я обещал Ульяне не говорить тебе всю правду, пока она не вернётся, и тогда, может быть, — я позволил себе злобный смешок, — она тебе всё и расскажет.
— Да я же теперь ваш самый-пресамый… друг! — В голосе Вилле послышались нотки обиды. — Вы что, мне не доверяете?
— Доверяем, конечно, но… Тут такое дело… Ладно, давай пойдём на компромисс? Она будет звонить мне и докладывать о своих успехах, а я стану делиться информацией с тобой. Только, пожалуйста, ты-то сохраняй секретность, а? Чтобы Элиза ничего не знала…
Вилле недовольно задышал в трубку. Пришлось мне кинуть свой последний козырь:
— А вдруг вы двое — шпионы викингов, втёршиеся к нам в доверие и желающие выведать все тайны Федерации драконников? Не забывай, у нас вроде как война намечается; все секреты хороши…
— Как можно! — возмущённо воскликнул Вилле и, судя по всему, бросил трубку. Но уже через секунду позвонил вновь.
— Я согласен на компромисс, — сказал он после того, как я нажал сенсорную кнопку ответа на дисплее драконофона. — Я понимаю тебя; все меры предосторожности в данный момент оправданны. Только вот я не шпион. И Элиза — тоже.
— Да не переживай ты; я проверял тебя, и ты этот тест прошёл. Как только Ульяна позвонит, сразу тебе наберу. Всё, пока… Чуть не забыл: передавай привет Элизе. Ой, а ты всё ещё хочешь приехать ко мне?
— Да нет уже; мы вроде обо всём поговорили.
— Тогда доброго дня тебе, и пусть твой компьютер установит новый рекорд скорости Д-нет-трафика!
— Обязательно, — со смехом ответил Вилле и отключил связь.
А я вздохнул и отправился на ферму. Надо было кормить драконов.
5
Ульяна прибыла к Чёрному морю вечером двадцать четвёртого декабря. Но из-за разницы во времени между часовыми поясами у меня вечер был поздним, а у неё — ранним.
В нескольких километрах к северо-западу виднелись аккуратные домики Геленджика; а всего в десятке шагов от палатки лениво плескались прохладные волны.
Ульяна решила нырнуть завтра, а пока — позвонить Данилу и сообщить о прибытии на место.
Набрала номер, мысленно порадовалась, что у драконников нет роуминга, то есть расстояние между драконофонами при разговоре не имеет значения… и прежде чем нажать сенсорную кнопку вызова, выронила аппарат прямо на прибрежные камни. К счастью, он не разбился.
Из воды метрах в пяти от берега выглядывала чешуйчатая голова Линга!
— Вот те на… — прошептала Ульяна и обратилась к уставившемуся на неё созданию: — Аха-ган, Линг.
— Ах-га… — ответил дракон Водорослей и выполз на сушу.
«Как он похудел», — подумала Ульяна, скользнув взглядом по его телу, когда он вылез из воды и сел рядом с ней.
— Что случилось? — спросила она.
— Даже не знаю, как и сказать… — вздохнул Линг. — Ну хорошо: у нас война.
— У нас скоро тоже будет, — машинально ответила Ульяна и только потом обратила внимание на смысл фразы, произнесённой Лингом. — Подожди-ка! У вас — война?!!
— Эввет, — сказал дракон.
Ульяна поморщилась: это слово на Д-языке могло означать всё, что угодно: «конечно», «например», «может быть», «по-моему», «к счастью», «к сожалению» и много чего ещё.
— Для тебя это хорошо или плохо? — спросила она.
— Скорее, плохо. Мне пришлось покинуть свою пещеру. Теперь я, считай, нигде не живу.