Не обольщайся!

Книги, маленькой стопкой сложенные в тайнике под окном, выбивались из этой картины. Зачем безумной толком не говорящей девушке книги по истории и магии?
Мужская одежда, спрятанная под половицей, озадачила герцога еще больше, как и пустая закрытая ниша, еще хранящая магический след. Листок со странными символами, обнаруженный под кроватью… И все больше на Джея, накатывало ощущение, что он что-то упускает.
Маленький портрет выпал из очередного тайника и на него взглянули ясные глаза его ночной красавицы:
 
 
 
 
— Ты найдешь, я это знаю,
 
Прочитаешь не таясь,
 
О тебе воспоминания
 
И моей души признание,
 
Все осталось у меня.
 
Не увидимся мы боле,
 
Хотя будь в моей все воле,
 
Не ушла б я от тебя…
 
 
— поднял он с пола выскользнувший листок.
Судорожно сжал в руке, удивляясь такому прощанию. Непонимающе взглянул в глаза на портрете, что-то знакомое было в этом взгляде.
«Вы мне когда-то обещали, что если я приду, второй раз вы не прогоните и сделаете своей», — пронеслась в голове оброненная вчера девушкой фраза.
Но вспомнить, когда он мог дать девушке это обещание не смог.
— Герцог Селидер? — окликнул его Кермиз, управляющий Шавеза. — Вас все ждут на ужин.
Кивнул растерянно и, спрятав найденное в карман камзола, вышел из комнаты.
    
Глава 4. Остров
Мириэль Джураль
 
Голова кружилась от облегчения и всеобъемлющего счастья. В душе царило торжествующее возбуждение, в голове настойчивыми фанфарами перекликалось «Мне удалось!», а для страхов не осталось места. Я снова ощутила себя, как в далеком детстве, когда еще была жива нянюшка рассказывающая украдкой сказки, впервые за многие годы радуясь новому дню и встречая его с предвкушающей улыбкой.
Многочасовая прогулка по пляжу и я с удивлением обнаруживаю, что я в ловушке, запертая на совершенно сказочном острове, посреди соленого моря. Ближайшая земля виднеется неясным темным пятном, тающим в туманной дымке. Умей я плавать, можно было бы рискнуть, но ночной страх еще силен и я не решаюсь. Нужно придумать что-то более надежное, чем мои способности.
Исследовав остров вдоль и поперек, нахожу небольшой ручей, бьющий из скалы. Утолив жажду, пытаюсь решить вопрос с едой, потому что размоченных сухарей и солонины надолго не хватит. Но сил на это уже нет, и я падаю, даже не разжигая костер на собранные в кучу листья.
Просыпаюсь от пронизывающего холода и кошмара, что еще вызывает паническую дрожь и озноб. Во рту пересохло, горло першит, не давая сделать вдох. Вещи, в которых я уснула, промокли от пота и сбились в неудобный ком. Попытка сесть вызвала кружение звезд над головой и заставила откинуться назад на импровизированное ложе. Что-то внутри нестерпимо жгло, выжигая внутренности.
Застонав, попробовала добраться до ручья. Встать не удалось, как и удержаться на четвереньках, поэтому я просто поползла вперед из последних сил, в несколько приемов, с небольшими передышками, усилием воли сохраняя сознание, я все-таки преодолела эти несколько шагов.
Добравшись до воды, уронила голову и стала жадно хлебать. От холодной воды, стало немного легче и, откинувшись на траву, я снова задремала.
Второй раз пришла в себя уже, когда было светло. Трясущейся ладонью вытерла со лба пот, и, повернувшись, опустила голову в ручей. Утолив жажду, попробовала сесть, но все ночные ощущения вернулись.
Тело содрогнулось, выгнулось, нахлынула тошнота и головокружение. Силы стремительно иссякали. Последним усилием откинула себя от воды и потеряла сознание.
Дальше все закружилось повторяющейся чередой — просыпалась, пила, засыпала…
В неизвестно какое по счету пробуждение почувствовала себя лучше — жара не было и мое тело не бил озноб. Напившись, попробовала добраться до сумки, но мне не хватило сил. Уснула…
Следующее пробуждение было более осознанным. Мне удалось добраться до сумки и даже съесть кусочек вяленого мяса, убирая резь в желудке. С сумкой доползла до ручья и снова уснула.
Теплый луч не давал спать, ощутимо скользя по щеке. Открыв глаза, ощутила себя почти здоровой, только тело затекло от неудобной позы. Прислушалась к себе, ощущая, как голодную резь в желудке и жажду. Попробовав сесть, обнаружила ручей и сумку.
Быстро съела последний кусочек мяса, запила водой. Вгляделась в свое отражение — грязные спутанные волосы утратили свой блеск, под глазами расцвели темные круги, скулы заострились, а если добавить ко всему этому лихорадочный взгляд зеленых глаз, в котором вспыхивали янтарные искры, то картина рисовалась не радужная.
Смутные воспоминания крутились в голове, но я не могла понять, что происходит. Ясно было одно — я болела. Сколько дней я провела в бессознательном состоянии на берегу ручья, сказать сложно. Да, и не важно. Главное, я жива.
Понять бы еще, почему я заболела. Припомнила первый день и не могла вспомнить ничего, что могло бы привести к такому плачевному результату. Разве что купание в ледяной воде? Но я так давно жила в башне, а слуги не трудились греть воду для безумной дочери, что ледяной водой меня удивить сложно. Вода из ручья? Но ведь я пила ее, не прекращая, и выздоровела. Ягоды я не ела, только взятые с собой припасы и отравиться ничем не могла. Неужели, так сказался переход? В голове упрямо билась мысль, что я что-то упускаю. Желудок настойчиво требовал еды. Решив, что силы мне нужнее, озадачилась обедом.
С трудом поднявшись на ослабленные ноги, побрела на берег в поисках еды. Мне повезло, я почти сразу нашла какие-то яйца и, решив рискнуть, выпила одно из них. Противное, скользкое, оно заполнило пустоту в желудке. Собрав еще несколько, уселась ждать реакции организма, но ее не последовала. Выпила еще одно. Вернувшись к ручью, допила остальные и сыто уснула.
Утром проснулась необычайно бодрая. Обмылась в ручье, смывая грязь и пот. Переоделась в сменные вещи. И снова отправилась на берег в поисках съестного, но до берега не дошла. Затихла настороженно, нырнув в ближайшие кусты, заслышав мужские голоса. Прислушалась, но переливчатый язык был мне незнаком.
Их было пятеро. Пятеро воинов. Мощных, грозных, страшных. Одетых в странные куртки, оставляющие обнаженными мускулистые руки. Вооруженных мечами или топорами.
Следы моего пребывания мужчины заметили сразу. Один из них направился по моим следам к источнику. Второй остался у челна, трое разошлись в разные стороны, прочесывая остров.
Затаившись, лихорадочно размышляла, кляня себя за то, что бросила сумку у ручья. Слишком беспечной я стала за эти пару дней. Слишком уверовала, что выбралась.
Что-то холодное скользнуло по спине, вынуждая испуганно обернуться. Огромный мужчина стоял, и смотрел на меня, выпучив большие глаза. Мне прямо в грудь упирался вытянутый из ножен меч. Гулко сглотнула, понимая, что одно неверное движение и меч проткнет мое сердце. Под моим испуганным взглядом меч опустился. Мужчина что-то выкрикнул коротко и резко, требовательным жестом показал мне следовать за ним на берег. Стало еще страшнее.