Сандра. Путь мага.
Головная боль и тошнота напомнили о ночном загуле.На соседней кровати жалобно стонала Никс.
В комнату вошли Элона и Мари.
- Девочки, я принесла Вам зелье. Давайте скорее, выпейте, станет легче, - суетилась Мари.
- А я принесла горячий чай, - с сочувствием сказала Элона.
- Аааа, не надо так громко говорить, сейчас голова взорвется, - простонала Никс.
- Уууу, - села я в кровати, меня сильно тошнило.
Через 20 минут, мы вчетвером сидели и пили горячий травяной восстанавливающий чай по рецепту Элоны. Все мы были бледненькие, зелененькие и не выспавшиеся. А сегодня на учебу, блин.
Меня все утро терзали нехорошие мысли, а точнее воспоминания. Я решила прояснить этот вопрос:
- Девочки, скажите честно, мне приснилось, или я и в правду вчера целовалась с … - я оборвалась на именах мужчин и густо покраснела.
- Хик.., - захихикала Мари, - Да мы все вчера с ними целовались.
Никс от смеха хрюкнула в чашку, а Элона прикрыла ладошкой рот.
- Точнее это не ты с ними, а они с тобой так целовались, - на слове «так» Мари сделал особое ударение и еще громче захихикала.
- С нами они себя вели скромнее, - веселилась Никс.
- Какой стыд…, - я закрыла руками лицо, - Мне же к ним на занятия ходить…
На занятия к профессору Воргу я пришла в плохом настроении.
Братья Вуд, увидев меня, не смогли скрыть своего изумления. Рамон округлил глаза, Теон хитро улыбнулся. А Леон смотрел на меня с веселой нежностью, как на нашалившего ребенка.
- Эй, девочка, да ты никак вчера напилась? – он в открытую веселился.
Неожиданно он подошел ко мне вплотную, он смотрел на мои губы, затем он наклонился ко мне, почти касаясь моих губ, втянул воздух носом, как бы принюхиваясь, и вдруг резко отшатнулся. На его потемневшем лице промелькнули потрясение и злость, затем они сменились грустью.
Что это сейчас было? Он, что, меня обнюхал? Вот засада… Он же все-таки волк, у них нюх должен быть о-го-го. Неужели от меня пахнет другими мужчинами? А может у здешних мужиков слюна какая-нибудь радиоактивная, и долго не смывается… Блин, ну как так? Ведь он что-то почувствовал, и кажется злится. Неужели ревнует? Глупая мысль…
От произошедшего мне стало как-то неловко в обществе братьев. Леон старательно отводил от меня взгляд, Рамон хмурился, а Теон смотрел с сожалением.
Слава богу, следующая пара у профессора Дионы Лайе. Это сейчас именно то, что нужно. Я еще никогда так не старалась отключить мозг и растворить свой разум в пространстве. Ее занятие стало для меня бальзамом на душу.
А вот занятие у Эрика Рафаэля меня встречало неожиданностью.
Я и так чувствовала себя неловко, не зная как себя вести. А когда вошла в зал, то почувствовала, как пол уходит из под моих ног, а щеки начинают гореть огнем. На меня внимательно смотрели три пары глаз: зеленые, голубые и синие. Это что? Зачем? Меня решили покарать боги? Почему они все трое тут?
Всю разминку я была рассеянной и усиленно прятала глаза, старалась вообще не смотреть в их сторону.
Дальше началось интересное. Наставники, которых теперь их у нас будет трое, объявили о начале совместных занятий. Они рассказывали о том, что маг должен во время сражения быть выносливым, уметь себя защитить мечом и одновременно с этим применять магические заклинания атаки или защиты, защищая себя и свое войско. Эдриан Кроу много говорил о разновидности щитов, об одиночных и групповых. Рассказывал о приемах магических атак, о магической блокировке ударов врага во время боя.
В общем, занятие было очень интересным, я так увлеклась запоминанием всех нюансов, что даже забыла о неловкости и вчерашних приключениях.
К моему удивлению и невероятному облегчению, мужчины вели себя спокойно. Никто их них ни взглядом, ни словом, не давали мне повод краснеть от неловкости. Казалось, будто бы это вовсе не с ними мы вчера вечером напились.
Я морально выдохнула. Вот и хорошо, надо поскорее все забыть.
Глава 17
Потекли день за днем. Я усердно училась, а на факультативах старательно занималась с наставниками. Уставала я сильно, особенно физически.
Никто из кураторов не хотел делать скидку на то, что я девушка. Я и сама бы этого не хотела из гордости. Я не жаловалась, не стенала, я терпеливо выносила все трудности и нагрузки.
Я очень старалась, и это видели все. Мне очень хотелось, чтобы меня приняли как полноценного боевого мага, чтобы меня наконец признали, чтобы оценили все мои титанические усилия.
Но никто из тренеров за эти недели и месяцы не сказал ни единого слова поддержки, не то чтобы похвалы.
Все трое кураторов держали со мной незримую дистанцию, нейтралитет так сказать. Они были предельно вежливы, холодны и строго официальны. Особенно это касалось Эдриана и Себастьяна, лишь у Эрика иногда вылетало его любимое обращение ко мне «сахарочек». Но каждый раз, когда он случайно оговаривался, он в раздражении поджимал губы и отворачивался от меня.
Ни на полосе препятствий, ни в тренировочном бою, для меня никто из них не делал никаких послаблений. Напротив, они усложняли все мои задачи, все поставленные передо мной условия.
Я уже не питала иллюзий относительно своего обучения и отношения ко мне, все было предельно понятно. Они поставили перед собой цель сломать меня, задавить нагрузками, чтобы я добровольно отказалась от учебы на факультете боевых магов.
Я не могу сказать, что они намеренно надо мной издевались, нет, это не так. Все было строго в рамках учебной программы. Они ни разу не преступили строгих границ. Именно это меня и пугало, уж лучше бы накричали или нагрубили бы мне, чем эта официальная холодность. Бррр! Но можно так подобрать нагрузку и интенсивность, что рано или поздно человек сломается. А я была девушкой, слабой и беззащитной, на это и был расчет. Если передо мной ставили задание проползти по тоннелю на время, то он обязательно был заполнен какой-нибудь мерзостью, например пауками или червями, или мышами. Если надо было куда-то карабкаться, то обязательно сдирая пальцы и ломая свои ногти. Перечислять можно много и долго. В общем, все мои задания были с элементами испытаний на девичьи страхи (мыши, пауки, змеи, черви, огромные тараканы, мертвые останки животных и прочее).
Каждый раз, когда я была уже готова вот-вот сломаться, я ловила на себе их ожидающий взгляд. Они ждали этого. Ожидание это было какое-то странное и напряженное, без радости и злобы, а наоборот с неким сожалением но большим облегчением.
Помимо всего прочего, было и психологическое воздействие на меня. Из занятия в занятие, наставники твердили, что звание боевого мага – это