Ты еще пожалеешь, босс (СИ)

В общем, время провели с пользой, и в понедельник я шла в офис в отличном настроении. Если бы я только знала в тот момент как закончится мой рабочий день…
28. Богдан
Разговор с отцом выбил из колеи. Я многое мог предположить, исходя из того, что информацию о родственнике найти было не просто сложно, а фактически невозможно. Единственные зацепки — старое семейное фото да письмо мамы Русланы. Если бы не читал его лично, вряд ли бы поверил.
Теперь многое стало понятно и одновременно еще более запутанным. Точно можно было сказать одно — на какое-то время проблема с помолвкой, которую так старательно навязывал отец, решилась.
Куда больше беспокоила сестра. Она была сама не своя — хотя и старалась не подавать виду. Руслана вообще была для меня исключением — за столь короткое время стала очень важным и близким человеком. Это было удивительно, если учесть как именно началось наше знакомство — с переписки в соцсети. Она держалась настороженно, и в то же время я ощущал ее любопытство. Юное, в чем-то наивное. Девушка импонировала мне. А я все пытался представить как сложатся наши отношения, когда расскажу ей правду.
Стоило нам встретиться вживую, и я почти сразу понял, что она — мой человек. Моя семья. Было странное ощущение, что мы знаем друг друга всю жизнь. Это было так непривычно — ведь я не привык подпускать к себе кого-то близко. Исключением был лишь Володя. Отношения с родителями у меня были своеобразными: для них я был удачным вложением, инвестицией в бизнес. Родительская любовь — то, о чем я мечтал довольно долгое время, пока не повзрослел и не принял условия игры, поняв, что никогда не дождусь от них ничего другого.
Возможно, именно поэтому я так тянулся к Русе — добрая, открытая, нежная девочка. Она горела своим делом — смотреть за тем, как она танцевала, можно было бесконечно. И конечно же я согласился помочь разыскать ее отца. Даже аферу всю эту придумал — знал, что по-другому информацию не получить. Лишь вытолкнув отца из зоны комфорта. Если бы я только мог предположить, что мы в итоге найдем…
Пятничный вечер наступил неожиданно быстро — из-за выигранного тендера дел было невпроворот. Но я был даже рад, что мог отвлечься. Уже собирался уходить, когда ко мне зашел отец.
— Надо поговорить, — заявил он непререкаемым тоном.
— Ты что-то узнал? — тут же напрягся я.
— Пока нет, но… — он многозначительно замолчал. — Но, кажется, информацию ищу не только я.
— Что это значит?
— Это значит, что вы, возможно, разворошили осиное гнездо, — зло выплюнул он. — Идиоты малолетние.
Хотелось ответить ему в тон, но в чем-то он был прав.
— И что нам делать?
— Сидеть на заднице тихо и делать все, что я скажу!
— А можно чуть больше конкретики? — огрызнулся я.
— Не дорос еще, — фыркнул отец.
— Не дорос значит?! — вскинулся в ответ.
— Ладно себя подставил — сам виноват. Но девчонку-то зачем? Ты хоть понимаешь насколько она станет лакомым куском для тех, кто ищет Олега? — с какой-то горечью произнес родитель. — Молчишь? Конечно, не знаешь. Потому что не думаешь, мать твою, ни на один шаг вперед!
Я и правда молчал — хотя бы потому что только сейчас начал осознавать серьезность ситуации.
— В общем, так, — снова заговорил отец, — ведите себя, как обычно. Пока я не знаю кто и зачем собирает информацию. Чтобы аккуратно разузнать понадобится время. Так что пока просто подождем.
— То есть лучше сидеть дома?
— Нет, — чуть подумав, ответил он. — Мои люди присмотрят за вами, если соберетесь куда-то. Просто живите, как обычно. И все.
— У меня в понедельник встреча по проекту, — произнес я, вопросительно глядя на отца. — Возможно, затянется. Придется отменить.
— С какого лешего? Даже не вздумай! Бизнес не должен простаивать!
— Ты же сам сказал…
— Сын, просто сделай как делал до этого, — устало ответил он. — Попроси своего друга. — Заметив мое несогласие, он добавил тутже: — А мои люди присмотрят за ними.
— И как долго это продлится?
— Честно? Понятия не имею. Олег не просто так исчез из нашей жизни, а я постарался сделать так, чтобы о его существовании никто не знал. Так что теперь…
— Это был единственный способ, — сказал, чуть подумав. — Ты же не рассказал бы нам правду сам.
Отец усмехнулся и кивнул.
— Она так дорога для тебя? Руслана.
— Ты даже не представляешь насколько. — Я не питал иллюзий, что он мог понять мои чувства. Нет. Просто не видел смысла врать.
— И ради малознакомой девчонки, пусть и с генетическим родством, ты готов поставить крест на собственной карьере, если вопрос встанет ребром?
— А ты его поставишь? — в лоб спросил я.
— Пока не знаю, Богдан. Но, как ты понимаешь, меня волнуешь ты, а не дочь Олега и… — его голос едва заметно дрогнул, — Марины. Мой наследник — ты. И я не собираюсь отдавать то, на что положил полжизни, какой-то пигалице.
— Отец… — осадил его. — Выбирай выражения!
— Значит, готов, — недовольно проворчал он. — Ладно, пойду. А ты — будь осторожен. На всякий случай.
Только когда дверь за ним закрылась, напряжение немного отпустило меня.
Я практически упал в кресло. Оставалось только прислушаться к советам отца — а с выбором и остальным разберемся потом. Главное — чтобы нам с Русей не аукнулось наше любопытство. И видимо все же придется попросить Володю о помощи — возможно, идея вести себя как обычно и правда пока лучший вариант.
29. Владимир
Я буквально ощущал волны раздражения от Русланы, когда сообщил другу о ее самочувствии. Не знаю, что там у нее за причина — но дело явно не в больной голове. Что-то сильно тревожило девушку, раз она ходила в такой задумчивости весь день. И ее реакция лишь подтвердила мои догадки. А значит я был на верном пути.
Некрасова поддавалась даже лучше чем предполагал изначально. Настолько откровенно пялиться на меня в ответ… Думал, будет сложнее ее очаровать. Даже странно.
Впрочем, перегибать палку тоже было нельзя. Поэтому до конца недели я вел себя предельно вежливо, стараясь произвести хорошее впечатление — Руслана же явно была напряжена. Это читалось во взгляде — будто ждала в любой момент от меня подвоха. Но я не дал ни единого повода для подобного, тщательно контролируя себя и эмоции.
Правда, с каждым разом делать это становилось все сложнее — ее образ все сильнее въедался в память, и к вечеру пятницы с удивлением поймал себя на мысли, что мне было жаль. Жаль, что рабочая неделя закончилась, и теперь мы увидимся только через пару дней.
Я привык понимать свои эмоции, разбираться в них. И потому попробовал понять причину подобной странности. И по всему выходило, что дело только в одном — я хотел поскорее покончить с этим спектаклем под названием “помолвка друга”. А в том, что все это фальшь, практически не сомневался — Руслана по-прежнему ни разу не взглянула на жениха влюбленными глазами. Или хотя бы с женским интересом во взгляде. Так, как смотрела на меня. Вот в этом я был как раз-таки уверен.
В субботу пару раз порывался позвонить Крестовскому — предложить встретиться, но каждый раз останавливался. Мы частенько встречались, ходили в бар, чтобы поговорить за жизнь, но теперь он был не один. И зная его навязчивое желание оберегать свою невестушку, скорее всего, друг бы притащил ее с собой.
Это казалось заманчивым, но… Но она должна была полностью расслабиться и перестать обороняться от меня. Поэтому все, что мне оставалось — продумывать план действий на будущее.
Но с самого утра друг смог меня озадачить.
— Привет. Не занят?
— Проходи, — кивнул я. — Что-то случилось? Проекты я тебе еще в пятницу отправил.
— Как раз насчет них. В общем, отбой. Не нужно ничего.
— Почему? Есть другой план?
— Не нужно плана — тендер мой.
— То есть как? — не понял я. — Договорился с отцом?
— Вроде того.
— Бросил невесту? — замер на месте, не веря собственным ушам.
— Нет, конечно, — усмехнулся Богдан. — Решили вопрос полюбовно.