Заноза для нового босса (СИ)
Начальник ловко открыл замок, пинком распахнул дверь и со мной в виде ворчащей и ругающейся поклажи шагнул внутрь квартиры. Без рук и не наклоняясь снял обувь, видимо, предок Сергея был крайне аккуратный австралопитек, затем, так и не опустив меня на пол, босс прошел налево по коридору и только тогда бережно сгрузил мою тушку на мягкую лавочку.
Пока я, обиженно поджав губы, пыхтела и гневно испепеляла Коваржа взглядом, он, как ни в чем не бывало, открыл зеркальный раздвижной шкаф, снял пальто, между прочим, с шикарного кашемира стекают грязные капли от недавнего валяния в сугробе, который накидали дворники, расчищая дороги и тротуары. Сергей без особых эмоций смотрит на испорченную вещь, сворачивает и кладет на пол возле стены. Продолжаю пристально наблюдать за Сергеем. Мужчина возвращается ко мне, приседает, тянется к моим сапогам, расстегивает сначала одну молнию, затем другую и по очереди стягивает с меня обувь. После Сергей поднимается и протягивает руку, я, естественно, из вредности и в знак протеста сразу прячу ладони за спиной, на что Коварж лишь с иронией улыбается и приподнимает меня, ухватившись за локти.
— Я ошибалась на твой счет, — ворчу я, а тем временем босс неспешно и педантично расстегивает на моей шубке крючки, — Думала, ты цивилизованный интеллигентный мужчина, а на деле выходит — бандюган обыкновенный.
— Хм-м, — что-то нечленораздельное мычит Коварж, но по интонации понимаю, он с моим определением в принципе согласен, по крайней мере, точно не спорит.
Шуба, не без участия Коваржа, скользит вниз по плечам, сам же мужчина ко мне наклоняется с явным намереньем поцеловать. Отворачиваю лицо от начальника в сторону. Я сюда пришла не на добровольной основе, поэтому не грех и покочевряжиться. Коварж не отказывается от планов, но так как до губ ему не дотянуться, он меня в щеку целует.
Млею, но стараюсь держать ситуацию под контролем, хотя дается это ох как не просто, особенно после того, как Сергей принялся покрывать поцелуями шею и дышать в ухо.
— Чай, кофе или в честь нового года выпьем шампанского? — шепчет босс, вспомнив, что гостеприимный хозяин обязательно должен чем-то угостить гостя.
Ага, значит, в ресторане мне шампанское категорически запрещалось, а сейчас, значит, можно!
— Пожалуй, от чая я бы не отказалась, — тщательно контролируя голос, сказала я так, чтобы речь ни в коем случае не походила на стоны.
— Отлично, — выдохнул босс, до умопомрачения приятно прикусил мочку уха, что ноги сами по себе подогнулись, и выпустил из объятий. — Устраивайся пока в гостиной, — показывая вытянутой рукой мне дорогу, сказал Коварж. — Скоро к тебе присоединюсь.
Что значит «пока»? Мы что, позже в другую комнату перекочуем?
Стою, не двигаюсь, а вот Коварж направился предположительно на кухню, но сделав пару-тройку шагов, замер и всплеснул руками, словно о чем-то важном забыл и неожиданно вспомнил.
— Дверь, дверь, дверь, — нараспев повторяя одно и то же слово, Коварж вернулся к входной двери и запер замок на ключ, который тут же утонул в кармане его брюк.
— Аленка, проходи, не стесняйся, — подмигнул босс и скрылся из поля зрения до того, как я успела придумать едкое замечание по поводу того, что мне самым нахальным и демонстративным способом перекрыли возможность к побегу.
Иду, оглядываюсь. Квартира у Коваржа, конечно, высший класс. Еще бы! Единственная на этаже, то есть просто огромная. Интерьер, за исключением нескольких темных вещей, выполнен исключительно в светлых тонах. Соответственно, такой неряшливой в быту барышне, как я, жить здесь категорически запрещено.
Нормальная я или нет? Мы с Коваржем несколько раз поцеловались, а у меня в голове уже зарождаются мысли о переезде к боссу на ПМЖ.
Ого-о, наконец добралась я до гостиной. Необъятное поле! Здесь поместится не только моя квартира, но еще и половинка родительской. А окна какие шикарные, вернее, окон как таковых нет, наружная стена в виде эркера вся из стекла. Смотрю на диван и боюсь на него сесть, потому как он чисто белый. Да-да, белоснежный, без всяких оттенков бежевого или жемчужного. Если в мой дом поставить такой, то уже через неделю, а то и того меньше, его можно будет выкидывать. Заляпаю так, что ни одна химчистка не справится.
Провела ладонями по пятой точке, убедилась, что следов не оставлю, и все-таки села.
— Аленка, догадалась, почему я тебе о нашем соседстве не говорил? — откуда-то издалека донесся вопрос Коваржа.
Еще раз огляделась, высматривая причину.
— Нет!
— К окну подойди, — вновь послышался голос Сергея.
Встала, подошла к прозрачной стене.
И почему? Кроме шикарного вида на огни города абсолютно ничего не вижу. Хотя, возможно, я не туда смотрю. Отодвинув тюль, приблизилась к стеклу вплотную.
— Ну ни хрена себе! — громко вырвалось у меня, причем это я еще сдержалась. На языке вертелось иное ругательство, похожее по звучанию и значению, но матерное.
Ругнулась я, потому как из гостиной Коваржа были видны кухни соседей несколькими этажами ниже, в частности моя тоже прекрасно просматривалась. Собственно, по своей я эту особенность и заметила, в ней единственной сейчас горел свет. На праздник собиралась впопыхах и свет не потушила. Да, видна была не вся кухня, в основном только правая сторона и та часть, что ближе к окну, но больше и не требуется. Именно на кухне и именно у окна люблю каждый день подолгу зависать с чашкой кофе. Причем я это часто делаю в одном лишь нижнем белье или ночной сорочке, что еще хуже, потому как она больше демонстрирует, чем тело скрывает. Хорошо еще, что изредка надеваю пижаму с медведями.
Отошла от окна, подбоченилась и теперь уже глазами более пристрастно изучаю гостиную. Если сейчас наткнусь на бинокль, подзорную трубу или еще что-нибудь в том же духе, новогодняя ночь для начальника закончится тяжелым и неподлежащим лечению увечьем. Скорей всего, я его чик и кастрирую. К счастью для Коваржа, ничего такого я не нашла. Ладно, не трону я его колокола и кочерыжку. Пока что не трону…
Ждала начальника, скрестив на груди руки и барабаня ступней по длинному ворсу ковра, опять же белого.… Вот мне вообще не понятно, зачем в доме держать столько марких вещей? А еще любопытно, как Коваржу удается поддерживать ну просто идеальный порядок, ведь квартира выглядит так, как будто перед нашим приходом ее сразу пять трудолюбивых Золушек без устали и до блеска натирали всю ночь.
Сначала в гостиную заехала сервировочная тележка, удивительно, но даже такая вещь имеется в доме Сергея, на ней чуть покачивались две пары чашек и блюдца, еще молочник, сахарница и тарелка, на которой аккуратно и красиво, как для витрины, были выложены эклеры с мятного цвета начинкой. Фисташковые эклеры — мои обожаемые. И откуда Коварж об этом узнал? Хотя известно откуда. У него же окно расположено мега удачно.
Сглотнула, но не из-за эклеров, а из-за того, что Сергей переоделся и вроде бы ничего провокационного не надел… подумаешь, серая футболка и такого же цвета свободного кроя штаны. Но блин как это все эффектно подчеркивало фигуру Коваржа, оставалось лишь пускать слюнки…
Тряхнула головой, собралась, я начальника и по пояс раздетого видела, ничего, в обморок не упала и сейчас выстою. По крайней мере, постараюсь уж точно.
— Подглядывать, значит, любим, да? — не без претензии поинтересовалась я.
— Почему сразу подглядывать? — настолько искренне возмутился Сергей, что желание кастрировать его тут же вернулось. — Правильнее будет сказать — изучал и много полезного, между прочим, выяснил. Например, ты кофеманьяк. Перед тем как утром отправиться на работу, три кружки вливаешь в себя, а иногда и четыре. А вот в рот перед уходом кладешь лишь конфету, в лучшем случае бутерброд. Кстати, давно хотел сказать, ты безобразно питаешься. Дома сама ничего не готовишь, а лишь приносишь контейнеры с готовой едой из супермаркета. Алена, тебе двадцать пять, купи наконец себе кастрюлю и учись кашеварить.