Дорога к дому (СИ)

– То есть, – от потрясения Безымянный даже не сразу нашелся что сказать, – ты бывший храмовник? Рыцарь?
– Я? Нет, – Ви`ател чуть улыбнулся и отрицательно покачал головой. – Я принадлежу к третьему поколению и был рожден уже в лабораториях людьми, не прошедшими ещё даже первичной трансформации. Обычными людьми! В сущности, если говорить совсем откровенно, – меланхолично заключил техник, – большинство из нас на данной степени развития нашего сообщества мало чем отличается от остальных представителей людских рас.
– За исключением того, что вы не люди, – холодно возразил Безымянный.
Ви`ател сухо улыбнулся.
– Мы люди в куда большей степени, чем вы полагаете. Больше, чем, к примеру, ваши драгоценные симбиоты.
– Они не мои. Да и при чем здесь симбиоты? – недоуменно пожал плечами человек. – Они же обычные коны! Ничем от других не отличаются. Их тела точно такие же, как и у всех прочих, и они не стремятся превратить себя в механических монстров…
– Конечно, нет, – улыбка техника медленно превращалась из отрешенной в ехидную, на лице появилось презрительно-озлобленное выражение. – Ведь они уже являются монстрами. Или, по-вашему, растворение, слияние собственного разума, собственного "я" в плоти симба является чем-то иным? Вы, коны, видите только внешнее, воспринимаете это надругательство над жизнью как обычных, вам подобных людей только потому, что эти твари похожи на вас: выглядят как вы, ходят, как вы, говорят, как вы… Но они не люди в душе своей!
Последние слова Ви`ател выкрикнул с непередаваемой злостью. Он вскочил на ноги и заметался, будто загнанный в клетку хищник, зверь, заключенный в темницу, чьи прутья – кровоточащая ненавистью и обидой душа. Четыре шага вперед, четыре шага назад, стремительно, яростно, бесцельно. Безымянный с удивлением наблюдал за торопливыми, сумбурными движениями спутника, недоумевая: что, собственно, явилось причиной этой вспышки гнева?
– Впрочем, всё это совершенно не важно, – остановившись и успокоившись так же внезапно, как и разозлившись, проговорил вдруг Ви`ател. – На данный момент важна лишь та миссия, что привела вас к нам. И то испытание, что ожидает вас!
Глава 11: Глаза зверя.
 Тайный враг опасней открытого недруга. Яд на клинке – смертоносней самого клинка. 
Кодекс 11896. Подлинное название, как и авторство – не установлено.
Обернувшись, техник под удивленно-настороженным взглядом человека, стремительно направился к нагромождению камней, подле которого происходил их разговор. Возле самого крупного валуна он остановился и принялся внимательно его изучать, заходя то с одной стороны – то с другой. Чувствовалось, что Ви`ател не вполне уверен в своих действиях.
– Прошу прощения, – спустя некоторое время проговорил он, обращаясь к своему спутнику. – Я не привык использовать этот вход в лабораторию, но…
Он оборвал сам себя на полуслове, сосредоточившись на чем-то невидимом человеку.
– Возможно, я могу помочь? – Безымянный не горел таким уж сильным желанием подсоблять этому странному существу, но и топтание на одном месте ему порядком наскучило, да и апатия техника – сменяющаяся дикими и яростными приступами гнева, – отнюдь не добавляла ему внутреннего спокойствия. Может, если Ви`ател окажется в стенах родной лаборатории, он хоть чуть-чуть расслабится, а сам Безымянный перестанет чувствовать себя пироманом, жонглирующим огненными шарами в оружейной.
– Не стоит, – Ви`ател просунул руку в небольшую щель, образованную двумя привалившимися друг к другу макушками валунами, и принялся упорно нащупывать нечто понятное лишь ему, в самой глубине провала. – Вы всё равно не знаете, что… Ага! Вот оно!
Это восклицание техника ознаменовалось глухим, протяжным рокотом. Камни внезапно ожили, сдвинулись, заскользили в стороны, освобождая небольшую – три на три шага – округлую площадку, по земле прокатилась почти невесомая, неощутимая дрожь, подобная дальнему эху в тумане или же волнению тверди, побеспокоенной дальним оползнем. С куцых, обтрепанных деревьев снялись редкие птицы, растревоженные непривычным гулом, и с протяжными, сердитыми криками унеслись прочь.
 
– Прошу, – Ви`ател жестом пригласил Безымянного присоединиться к себе. – Это лифтовый транспортер, – глядя на приближающегося с опаской человека, пояснил он. – Постарайтесь не дергаться во время спуска. После активизации механизма периметр платформы будет оцеплен слабым силовым полем – так что падение вам не грозит. Но всё же лучше, если вы не станете двигаться, к сожалению, данная конструкция не является полностью стабильной…
Дьяволы и бесы! Ну вот зачем он это сказал? Безымянный с некоторым душевным напряжением вступил на площадку – странно, обычный клочок земли, ничем не отличающийся от той, что лежала за пределом каменного кольца, – и остановился рядом с техником.
Некоторое время не происходило ничего совершенно. Ви`ател стоял, опустив руки и не двигаясь, словно чего-то ждал или попросту не знал, что сделать, что предпринять, и эта скрытая нерешительность ещё больше смутила Безымянного. Что если Ви`ател ошибся, запустил неправильный код – или чего он там сделал, – и вместо спуска в недра земли была активирована цепная реакция самоуничтожения или еще чего-нибудь не менее неприятного? Человек понимал: его нервозность вызвана не реальными опасениями а, скорее, неким ощущением общей неправильности происходящего. Ну вот зачем он сунул свою глупую голову в это осиное гнездо? Лучше б… "Почему же техник ничего не делает? Застыл точно соляной столп, будь он неладен!" Но, как оказалось, никаких действий от Ви`атела и не требовалось.
"Земля" внезапно снова дрогнула – видимо, сработал некий внутренний механизм, или, возможно, программа временного ограничения. По краям площадки, очертив правильный круг, вспыхнул бледно-фиолетовый силовой экран, поднявшийся до уровня пояса. Сразу за ним земля словно раскололась, и платформа медленно заскользила вниз. В ноздри ударил запах влажной земли и ещё чего-то не столь узнаваемого. Через считанные мгновенья поверхность скрылась из виду, Безымянный, вскинув взгляд наверх, успел рассмотреть в постепенно меркнущем свете удаляющегося дня темнеющие и осклизшие стены туннеля, уносящиеся ввысь, а затем он опустил глаза и, поскольку больше ничего не оставалось, сосредоточился на своих чувствах. Ощущение было таким – словно ты падаешь, проваливаешься в бездонную пустоту, и даже призрачная опора для ног не спасала мятущийся рассудок от невольного погружения в это подобие сомнамбулического сна наяву. Узкая полоска света вверху внезапно исчезла, окунув глаза человека в первозданный мрак небытия, тьму – возможную лишь в глубине подземелья, отделенного от освещенного солнечными лучами земного мира миллионами тонн камня и грунта.
Чем ниже спутники опускались, тем стремительней становился полет платформы. Несуществующий ветер шумел со все возрастающей силой, закладывая уши, – давление нарастало, заставляя человека буквально вжиматься подошвами в земляной настил лифта. Время будто остановилось, замерло и истаяло, оставив по себе памятью лишь бесконечное падение в "ничто", в никуда, и, возможно, совсем скоро понятие "откуда" тоже утратит свой смысл, оставив опустошенный разум плавать во вне осознания самого себя…
Тихий, немелодичный свист. Безымянный даже вздрогнул от неожиданности и завертел головой, хотя прекрасно понимал разумом, что разглядеть Ви`атела не сможет. Человек решил, что его спутник спасает свой рассудок таким немудрящим способом. Он захотел было последовать примеру техника: внутренний дискомфорт достиг апогея и грозил в ближайшее время перевалить через край, где никакие самоувещевания и самовнушения не помогут, останется только слепая, неконтролируемая паника – но лифт, так же внезапно, как и начал своё движение, – остановился, замерев в пустоте.