Держи меня крепче (СИ)
Открываю дверцу и разглядываю содержимое. Интересно, он сам покупает продукты или об этом заботиться его мама? Сыр, колбаса, яйца, пачка творога и пакет молока. В пластиковом контейнере овощи и несколько фруктов.
Не знаю, когда именно вернётся Максим, но, наверное, он тоже голоден. Надо же как-то его отблагодарить, поэтому я решаю приготовить завтрак. Не понравится — выбросит.
Достаю творог, яйца и молоко, замешиваю массу на сырники. Нахожу, хоть и не с первого раза, сковороду. Не сразу разбираюсь, как включить плиту — она тут с наворотами.
Через полчаса завтрак готов, а Ларинцев так ещё и не вернулся. Замечаю, что мои волосы пахнут отвратительно. Клубный запах въелся в них намертво, и даже собранные в хвост, они источают жуткий запах.
Надеюсь, Максим не посчитает наглостью, если я приму душ. Всё равно ещё неизвестно, сколько мне тут сидеть. Наверное, у него своё понятие «скоро».
Забираюсь в душевую кабину, почему-то ощущая себя героиней из сказки «Маша и медведи». Куча кнопок вызывает растерянность. Как бы чего не сломать. Но, наверное, мне везёт, и я нажимаю ту, что нужно, быстро разобравшись, как регулировать температуру воды. Чуть выше в небольшой нише нахожу бутылки с шампунем и гелем для душа. Запах приятный — свежий, немного резкий. Мужской. Я ощущала его от Максима на репетиции. Скорее всего он ещё пользуется туалетной водой, но аромат схож.
Выбравшись, заворачиваюсь в большое полотенце, улавливая от него лёгкий, уже знакомый, аромат. И почему-то смущаюсь. Знаю, что не совсем гигиенично, но запах клуба вызывает тошноту, и мне нужно было избавиться от него поскорее. Ну что уже. Я спала на его постельном белье, в его футболке, так что полотенце просто ещё один плюс ко всему.
Вытираю волосы, распускаю их по плечам, чтобы скорее просохли, забрасываю в стиральную машину полотенце и футболку, в которой спала. И едва выхожу из ванной, понимаю, что в квартире не одна. Ладони моментально становятся влажными. Мне почему-то становится стыдно, что я вот так в наглую злоупотребляю его гостеприимством.
Но когда я захожу в гостиную, откуда слышен шум, то натыкаюсь совсем не на Ларинцева. Посреди комнаты стоит наш вчерашний знакомый Роман и удивлённо смотрит на меня.
— Привет, — здороваюсь первой. Может, парни вместе снимают квартиру, и он тоже тут живёт?
— Э… Привет, мышка.
— Мышка?
— Ну, вчера ты мне такой показалась.
— А сегодня уже не кажусь?
Роман замялся, криво усмехнувшись.
— Ну если я отвечу, ты можешь обидеться.
— На что ты намекаешь?
— Не на что, мышка, забудь, окей? Просто я не ожидал тебя тут увидеть, если честно. Ну с утра точно.
— Я и сама не ожидала, если уж честно. Ты не знаешь, где Максим?
Роман пожал плечами и развалился на кресле.
— Откуда мне знать, это ты с ним ночь провела. В отличие, кстати, от твоей динамо-подруги.
Вот такой жирный намёк заставил щёки вспыхнуть румянцем. Ну и наглый же тип. И что значит, динамо-подружки? А где же Юлька подевалась тогда вчера, если не была с этим напыщенным индюком?
— Я просто здесь ночевала, понятно тебе?
— Ага. Детка, у Макса никто просто так не ночует. Знаешь, тут вообще никто никогда не ночует, обычно все после дела отправляются восвояси. Так что гордись, что Максимка тебя чпокнул и не выставил, как обычно это делает.
А вот тут я уже начала задыхаться от злости. Просто ошарашена была такой наглостью и фамильярностью. Ну что за тип такой наглый? Вчера вон какой обходительный был, улыбался, коктейли покупал.
— Я здесь просто гостья! Потому что ты утащил Юльку, а у неё были ключи.
— Ага, мышка, ты ещё скажи, что Макс тебя просто привёл сюда и оставил за закрытой дверью.
— Вообще-то так и было. Мы танцуем вместе, и он меня выручил. Не в клубе же мне было ночевать. И вообще, где Богатырёва? Ты что с ней сделал?
— По-твоему, данный факт для Макса должен являться причиной? Если ты его партнёрша, то уж во всём, чего уж тут. А Юльку твою вчера оттаскал за уши какой-то чувак, назвавшийся старшим братом, дал по заднице и увёз на мерине, когда мы как раз собирались прокатиться к набережной. Так что я, в отличие от Макса, очень даже выспался. Кстати, чем это так классно пахнет? Ты завтрак приготовила?
— Кто тут что сказал про завтрак? — сзади звякает дверь, и в квартиру входит Максим.
Свежий и улыбчивый, словно не он вчера пил почти до утра. Он сбрасывает кроссовки, снимает куртку, оставшись в джинсах и лёгкой толстовке.
— Извини, Нина, не хотел тебя будить. Мама позвонила, срочно пришлось уехать.
— Привет. Ничего страшного.
Я смотрю на Максима. Он спокоен, а у меня в голове всплывает вчерашнее «Закрой его, пожалуйста». И я не выдерживаю его взгляд, опускаю глаза, боковым зрением замечая, как внимательно наблюдает за нами друг Максима.
— Так что на счёт завтрака, ребята? Вы тут с темы не спрыгивайте, — встревает Роман.
Максим мельком смотрит на друга и взъерошивает пятернёй волосы на макушке.
— Там в сковороде на кухне сырники, если вы, конечно, такое едите. А я пойду уже. Спасибо тебе, Максим.
Теперь-то я знаю, где Юльку искать. Её старший брат Боря наверняка увёз её к себе и хорошенько промыл мозги, чтобы не таскалась с такими типами, как этот Рома.
— Э нет, Пёрышко, голодной я тебя не отпущу.
— Нет-нет, правда, всё нормально, — сидеть за столом в компании этих двоих было бы ещё куда более странно, чем вообще вся сегодняшняя ночь. — Мне пора. Сегодня ещё вещи в общежитие перевозить.
Я быстренько натягиваю сапоги и куртку, машу парням рукой и ретируюсь. Всё это слишком странно и непривычно для меня. Я не остаюсь ночевать у малознакомых парней, не готовлю им завтрак и не принимаю в их квартире душ. Ну и, конечно, не ругаюсь с их друзьями.
Глава 17
— Мам, не волнуйся, всё хорошо, — успокоить её непросто, но я пытаюсь. — Не нужно приезжать, я сама справлюсь, правда. Тем более, мне помогут. Брат Юли — Борька, помнишь его? Он поможет с моими чемоданами и отвезёт на машине в общежитие.
Когда я утром вернулась к Богатырёвой, она встретила меня с красными, полными слёз глазами.
— Рудик, прости меня, — она всхлипнула и попыталась обнять, но я пресекла эту попытку. — Нинуль, пожалуйста, я так переживала!
— Ага, а потому бросила посреди ночи в клубе без ключей, — скинув сапоги, я прошла в гостиную и достала из-под стола свою дорожную сумку.
— Нин, ну правда, мне так жаль! Рома сказал, ты с Максом, и беспокоиться не о чём. А потом…
— Серьёзно? — я развернулась и упёрла руки в бока, настолько меня поразила её беспечность. — Что в твоём понимании с Максом? И почему ты решила послушать едва знакомого парня, а не потратить секунду и набрать мой номер?
— Знаю, Рудик, я такая дура! Этот Должанов мне всю голову заморочил, а потом ещё и Боря… Он меня к себе забрал и таких люлей навешал за то, что я с Ромой тусовалась, он знает его, оказывается. И слушать ничего не хотел, когда я говорила, что ты в клубе без ключей осталась, а телефон сел…
— Юль, хватит.
Я перебила подругу и стала засовывать вещи в сумку, потом пошла в ванную и собрала все свои пузырьки с косметикой, зубную щётку, мочалку. На кухне забрала кружку, пару тарелок, что привезла из дома. Юлька ходила за мной по всей квартире и шмыгала носом, пытаясь рассказать, как всё же уговорила Борьку поехать за мной в клуб уже почти в два часа ночи, но там знакомые им сказали, что Ларинцев ушёл с девушкой, по описанию совершенно не похожей на меня, и тогда Богатырёва стала паниковать и вроде как не спала всю ночь. В какой-то момент мне даже стало жаль её, захотелось обнять и простить, но потом я вспомнила своё чувство страха и безысходности, когда посреди ночи стояла под клубом и прикидывала, на какой лавочке мне прикорнуть на ночь. Или когда на дрожащих ногах входила в квартиру парня, которого знаю всего ничего, когда сильнее делала музыку в наушниках, чтобы не слышать стоны его подружки и не сгорать со стыда. Нет, однозначно, простить Юльку я пока была не готова. А потому молча собрала все свои вещи, упаковала чемодан, сумку с ноутом и учебниками и потащила всё это на выход.