Башня Близнецов 2 (СИ)
Станок визжал, снимая костяную стружку. Тонкие нервные пальцы огладили заготовку, выискивая мельчайшие неровности. Ещё один проход и, пожалуй, хватит.
Шоки Хеталь коснулся кнопки выключения с изображённой на ней ладонью в круге. Ладошка погасла, станок закрутился тише и остановился. Полезная вещица. Всё-таки не зря мы законтачили с Домом Искусников, подумал Шоки, покручивая барашки тисков. Хотя в высокой политике это называется "наладили взаимовыгодное сотрудничество". Костяная пластинка вывалилась, и он подхватил её, внимательно изучил, промерил штангенциркулем. Бесскверна.
Заготовка представляла собой тонкую прямоугольную пластину размером с ладонь, с одной стороны которой было выбрано резцами прямоугольное же углубление. Получилось что-то вроде алхимической кюветы — прямоугольной чаши с плоским дном, предназначенной для вымачивания листов пергамента, только крохотной.
Теперь зелье, которым надо наполнить углубление…
Шоки взял кисточку и аккуратно смазал дно заготовки мгновенным лаком. Начертил несколько рун, творя заклинания, снова залакировал. Потянулся к Холодному Горну и достал небольшую колбу. Тяжёлая чёрная жидкость колыхалась за алхимическим стеклом, собственная улыбающаяся рожа гротескно исказилась. Шоки с усилием отвёл взгляд. Ядрёное зелье получилось!..
Он надел противогаз, щекотнул магией духов, вселённых в ребристую трубку воздуховода. Духи зашевелились, подавая чистый воздух — в маске противогаза словно ветер подул. Ну, помогай мне, Дарнай!..
Шоки вынул пробку из колбы, наклонил…
В этот момент раздался звук, похожий на звон цепи, брошенной на каменный пол. Шоки невольно вздрогнул, рука дёрнулась, едва не плеснув на стол. Стиснув зубы, парень налил в заготовку жидкости. Она растеклась по выемке тонкой плёнкой.
— Вот так, — прошептал Шоки невесомо. Теперь подождать, пока остынет, и залакировать…
Звук повторился, к нему добавился мерзкий скрежет. Кто-то жаждет с ним пообщаться. Шоки подошёл к зеркалу на стене, намереваясь высказать звонившему всё, что он про него думает.
— Какого храя… — слова застряли в горле. Из тёмной пластины на Шоки глянули холодные бесцветные глаза. — Высокий?.. Приветствую вас.
Шоки обозначил поклон, едва не влепился лбом противогаза в зеркало и только сейчас догадался содрать маску, которая, собственно, и помешала ему вовремя разглядеть собеседника.
Человек — нет, нечеловек, — по ту сторону зеркала изогнул тонкие губы в подобии улыбки.
— Приветствуешь, вот как? Не больно-то ты приветлив, — донеслось от поверхности зеркала.
— Извините, древний. Я… тут… — Шоки беспомощно оглянулся на стол и развёл руками, махнув противогазом.
— Что, опять? Ну, валяй, хвастайся, — сказал собеседник. — И выключи духов.
— Пока рано, — Шоки приободрился, погасил магию, и духи в противогазе уснули. Старик в свои… сколько там ему веков? — по-прежнему любопытен и жаден до жизни… если его существование можно так назвать. Стоит его заинтересовать и втык будет чисто символический. — Я закончу и покажу вам. Хотелось бы услышать совет…
А ещё древний падок на лесть.
— Совет от меня, вот как? — Тхарами усмехнулся. Лысый, с тонким хищным лицом, на котором, казалось, жили одни глаза — глубокие озёра Тьмы. — Современная молодёжь обычно предпочитает обходиться без мудрости старших. И уж ты этим никогда не отличался.
Шоки дёрнул плечами.
— Предпочитаю не отвлекать старших по пустякам. Но сейчас особый случай. Практика, вы понимаете.
Тхарами кивнул.
— Я как раз по этому поводу и связался с тобой. Что ж, закончишь — приходи и приноси свою поделушку. Побеседуем насчёт практики…
Зеркало погасло и снова показывало знакомую комнату. Шоки выдохнул, смахнул пот со лба, глядя на своё отражение. Темноволосый, светлокожий, тёмноглазый — долгие века пути семьи Хеталь пролегали вдали от света, что наложило отпечаток на облик принадлежащих к этому клану. Высокий и стройный Шоки нравился девушкам, его примечали учителя, и он легко сходился с людьми даже не своего Дома.
Хорошо, что сейчас его никто не видит… Зеркало отражало взопревшего перепуганного парня, в котором сейчас трудно было узнать всеобщего любимца и баламута.
— Храй мне в душу, поспокойнее надо быть, — дал Шоки дельный совет своему отражению. Выдохнул, сбрасывая эмоции, и вернулся к столу. Надо доделать зеркальце.
— Убирайся!
— Это становится неоригинальным!
— Сгинь, исчезни!
— Такие экзорцизмы на меня не действуют!..
Две девушки кружили по гравийной дорожке. Мечи звенели, проносились в пядях от их тел, срубали побеги тёмных растений.
Вейтлинь пятилась. Она довольно легко противостояла теневой, потому что её стиль был повторением её собственного, но это странно раздражало и сбивало с толку.
— Раз уж по твоей милости я застряла здесь, почему бы тебе просто не оставить меня в покое?!.
— Я не могу!.. Ты провела меня через Ритуал Молчания, но я хочу знать, о чём мне запретили говорить! Что это за место, и кто ты такая?!.
Теневая остановилась. Вейтлинь, поколебавшись, опустила меч.
— Ответ на оба вопроса — ты, — холодно бросила теневая девушка.
— То есть?
— Я - это ты. И это место — тоже ты. Это всё, и я в том числе, внутри тебя.
— Ты хочешь сказать, что таково мое представление о моём внутреннем мире? — переспросила Вейтлинь. — Но это место выглядит слишком реальным и слишком магическим!..
— Одно другому не мешает, — сообщила близняшка. — С чего ты взяла, что твой внутренний мир менее реален, чем внешний?
Вспоминай!.. — взревела она, Вейтлинь испуганно отскочила, несмотря на то, что теневая отшвырнула клинок, мгновенно пропавший. — Ты глотнула Тьмы — раз!..
Она загнула один палец.
— Второй пункт — пыталась сбежать, не смогла!
Упорядочила Тьму внутри себя и стала ждать, пока тебя вытащат — три!
И, в-четвёртых, тебя спасли!
А упорядоченное внутри тебя так и осталось — тьма, обретшая строй, завершённость и логичность. Уже твоя собственная Тьма. И в этой Тьме сохранилась частичка тебя — я!.. — близняшка загнула оставшийся большой палец, покрутила кулаком перед лицом Вейтлинь…
И ударила её в подбородок.
Вейтлинь подлетела
и грохнулась с кровати.
— Да что же это такое, — пробормотала, встрёпывая головой. — Ещё не хватало, чтобы подобное пробуждение тоже вошло в традицию.
Значит, вот оно как. Никогда о подобном не слышала… впрочем, мало ли о чём я не слышала.
Это следует обдумать. Вейтлинь принялась бродить по своим покоям, зевала. Всё как в прошлый раз, уснуть больше не получится. Если бы понимать толком, как именно ей удаётся спускаться в Манор Тени, можно было попробовать взять его осадой, попробовать разгадать магию. Но знание о проникновении туда возникало лишь на тонкой грани между сном и бодрствованием. Нынче Вейтлинь в третий раз попыталась проникнуть туда…
— …И всё-таки добилась ответа, — сказала сама себе. — Уже что-то.
Значит, кусочек меня, запертый там, внизу… Как-то жутко, если задуматься. Эй, а откуда вообще взялись эти слова — Манор Тени? Близняшка вроде не говорила…
Знания и умения, возникающие сами по себе… это может быть как полезным, так и опасным. Но магнусу не скажешь, вообще никому нельзя пожаловаться, испросить совета, Молчание держит крепко…
Она вышла из своих покоев и отправилась бродить по Башне. Может быть, полностью перейти на ночное бодрствование? С её "темностью" самый подходящий режим суток. Магнус встаёт рано, ложится поздно, так что учиться можно вечером и ночью, тогда и с Варишей не придётся пересекаться.
Забредя в боевой зал, она взяла меч-лепесток, скованный недавно. Чистый, безо всякой магии, он тем не менее был грозным оружием, и Вейтлинь с его помощью уже перевела в хлам несколько учебных автоматов.
Она вызвала пару антропоморфных соперников и билась с ними до самого утра. Вейтлинь уже постепенно осваивалась с непривычным оружием и с нетерпением ожидала момента, когда Тьярми скуёт ей настоящее боевое "пёрышко".