Король, (не) бери меня в жены!

Магия, работавшая, как всегда, интуитивно, ответила легким покалыванием и дотронуться до ткани все-таки не позволила. Я скривился. Да, это был не яд, скорее, легкое дурманящее средство, после которого любая женщина немного симпатичнее обезьяны должна была вызывать у меня бурный восторг. Наверное, если б не знания из моего мира, я б ни за что не отличил едва-едва знакомые ароматы.
Но у меня когда-то все-таки была невеста. И когда она убегала от меня искать себе приключений и кавалера получше, от нее пахло примерно также. Правда, она едва-едва брызгала парфюм себе на шею, а не поливалась с ним с головы до ног, но умеренность никогда не была главной чертой местного дворянства.
Я в очередной раз сделал себе в мыслях пометку, что доверять никому, а уж тем более Пьеру здесь нельзя.
Но сейчас мне следовало выдержать еще один акт представления. Невинный цветок по имени Элиза Крейн наверняка уже ждал в саду...
Да, я не ошибся - она стояла именно у того куста, где я планировал ее увидеть. Не знаю, почему всех так тянуло к тому жасмину, наверное, ни леди Элизу, ни герцога Франко никогда в прошлом не кусали муравьи, что они так беззаботно взаимодействовали с благоухающим кустом. Элизе даже хватило ума сорвать веточку и крутить ее в руках. Безумно насыщенный аромат затопил практически всю аллею и ударил мне в нос, вызывая легкую тошноту и головокружение.
Я отогнал прочь все мысли о том, что можно было просто уйти и сообщить постфактум, что выбрал невесту. К четко продуманному плану поиска Грааля такой вариант не лепился совершенно. Потому мы церемонно поздоровались с Элизой, я предложил ей свой локоть, она, разумеется, оперлась о него, нисколечко не сомневаясь в том, что я рад ее видеть, и мы медленно зашагали вдоль аллеи.
- Как вы себя чувствуете после вчерашнего, леди Элиза? - поинтересовался я, пытаясь проявить хоть какой-то интерес к ее судьбе. - Надеюсь, яд не успел негативно повлиять на вас.
- Нет, Ваше Величество. Вы успели вовремя.
- Вовремя, - серьезно отметил я, - успела леди Маргарет. Именно благодаря ее стараниям все выжили. Хотя она рисковала, пытаясь нейтрализовать яд.
- Маргарет так сильна магически! - воскликнула леди Крейн. - Я потрясена ее невероятными умениями колдовать, и. И это действительно потрясающе. Но ее реакция была столь быстра. Ни я, ни Дориана не успели даже понять, что происходит, как она уже активировала то заклинание. И защитила нас! Это было очень благородно с ее стороны. Возможно, она детально изучала яды. Потому что как иначе объяснить то, что она сумела быстро распознать угрозу?
- Леди Маргарет спас ее жизненный опыт, - спокойно ответил я. - То, что она однажды уже сталкивалась с последствиями от этой отравы. Но я отдал чайник на экспертизу. Хм, на досмотр советнику Витольду, и он говорит, что маркиза не знала, с каким ядом имеет дело. Есть несколько заклинаний, способных полностью его нейтрализовать, и Маргарет в ее состоянии, если б знала, что делать, наверняка воспользовалась бы одним из них.
- Мне жаль, что она не знала.
- Да. Леди Виара явно держала и средство, и вообще план с отравлением в секрете. Или вы считаете ее невиновной?
Элиза поморщилась. Ей явно не хотелось развивать и дальше эту тему, но я все никак не отступался. Мне чудилось в этой нескладной, слишком бледной девушке что-то притворное, неестественное, но я никак не мог нащупать нужную ниточку - что именно здесь было не так? Вроде бы и вела она себя совершенно нормально, и слова старалась подбирать правильные, но все равно каждый раз результат выходил одинаковым, отвращение только усиливалось, раздражение - росло.
И кого она мне так сильно напоминала?
- Ваше Величество, вы не могли ошибиться, - твердо промолвила Элиза. - В вашем решении я не смею сомневаться. Если вы посчитали виновной Виару, то так и есть! Мне просто очень больно, что такое вообще произошло... Еще и на столь позднем этапе отбора...
- Вы можете об этом не беспокоиться. Просто готовьтесь к балу и наслаждайтесь временем, которое проводите во дворце.
Элиза остановилась.
- Да, я стараюсь. Но мне так трудно! - воскликнула она, поворачиваясь ко мне. - Я привыкла быть все время дома, под защитой матушки, и здесь, когда у меня нет ни одного близкого человека.
- Возможно, отбор вам в тягость?
- Только возможность находиться с вами, Ваше Величество, скрашивает для меня жуткие часы, - твердо промолвила Элиза. - И то, что вы сегодня пригласили меня на личную встречу - великая честь! Я так рада, что смогла хотя бы поговорить с вами лично.
- Мы еще не закончили наш разговор, - отметил я. - Скажите, Элиза. Если вы так всего боитесь, готовы ли вы действительно стать королевой?
Она вновь пошла пятнами - верный признак волнения.
- Ваше Величество, я понимаю, что вы ищите для себя сильную женщину, которая стала бы опорой, и, возможно, я не слишком подхожу для этой роли. Но я верна нашему государству и не когда не пошла бы против вашего слова. А главное, мне бы даже в голову не пришло перечить слову моего короля! Что хорошего в своеволии королевы?..
- Ничего, - усмехнулся я. - Если королева при этом глупа и слишком самовлюбленна. Но если таков король, то королева обязана быть своевольной. Ведь она клянется в верности мужу как женщина, а державе - как правительница.
- Эта логика более близка иным странам, не Земнолесью.
- Настало время перемен, - я легко пожал плечами. - Вполне возможно, однажды в нашей стране переменится восприятие всего, и того, чем являются король и королева, в том числе .
Мы на несколько минут умолкли, а потом я задал свой стандартный вопрос:
- Если б вам следовало принять какой-нибудь закон, какой бы это был закон?
- О, - Элиза сделала вид, что крайне заинтересовалась жасминовыми кустами. - Я бы посоветовалась с моим королем, чтобы мое решение не стало опрометчивым, и.
- Я не спросил «как» вы бы его принимали. Я спросил, что именно вы бы приняли, - покачал головой я. - Но я уже понял. Вы не готовы принимать самостоятельные решения, леди Элиза. Что ж. Возможно, это даже к лучшему.
Она улыбнулась, радуясь собственной покорности, но мне пришлось приложить усилия, чтобы не скривиться от отвращения.
    
Глава двадцать седьмая. Маргарет
Я не раз присутствовала на королевских балах - ровно до того момента, пока Риан не разорвал нашу помолвку, и меня лишили возможности присутствовать на этом параде тщеславия. Но у балов всегда было что-то общее - бесконечный поток дам и господ в сверкающих драгоценными камнями нарядах, излишняя помпезность, раздражавшая и меня, и моего отца. Маршал Алатэ любил повторять, что наряд одной из барышень мог прокормить несколько сотен солдат, и подобные попытки подчеркнуть собственное богатство лишь отдаляли элиту от простого народа, вбивали клин между жителями страны. Сам он был против настолько показательного поведения и выражал свое осуждение, не стесняясь чужих ушей.