Сомбра. Кровь предателя

Что ж, выбора она мне не оставила. Задерживаться не хотелось, но сейчас в поместье герцога ехать было поздно - придется отложить до утра. Ну, а с рассветом неразговорчивая сомбра отправится домой.
- Порс! - повернувшись к повозчику, я махнул рукой. - Пока едем в город. Девушку я беру с собой.
Ехать вдвоем на лошади было неудобно, но отпускать девчонку обратно в повозку я не хотел - не смотря на покорный вид, похоже, спокойно сидеть на месте она не умела. Не ровен час, снова попытается что-нибудь учудить. Разговаривать тоже больше не пытался. Зачем, если все равно эта история закончится единственно правильным образом? Я верну ее герцогу, и отряд двинется дальше. Жаль только придется задержаться в Айсвилле чуть дольше, чем было запланировано.
Но намерение молчать всю дорогу пошатнулось почти сразу же, как только я посадил девушку впереди себя и тонкая спина коснулась моей груди. Как бы не храбрилась маленькая сомбра, и как бы не метала взглядом молнии, тело ее выдавало. Заключенное между моих рук оно тряслось будто в лихорадке.
Поначалу я решил не обращать на это внимание, но она не прекращала дрожать, и через пару минут выдержка мне изменила:
- Не бойтесь, вас никто не съест. Переночуем на постоялом дворе, а завтра вернетесь домой.
Лица девушки я не видел, но голос был холоден:
- Позволите пересесть в повозку?
Усмехнувшись ее настойчивости, я, тем не менее, покачал головой: - Нет.
- Боитесь, что сбегу? - она полуобернулась и поглядела на меня исподлобья. В черных глазах плескался вызов. - Вы верхом, так что догнать будет проще простого.
- Так и есть. Но вы полны сюрпризов, мисс Айпель. Не хочу рисковать.
Такое обращение, кажется, ее смутило. Во всяком случаем взглядом меня больше не жгли. Теперь я видел только темную макушку. Черные глаза обратились к плотной стене деревьев, протянувшейся вдоль всего тракта, но трястись, будто на морозе, моя спутница не перестала. Неосознанно мне хотелось прижать ее к себе, чтобы отогреть или поддержать, как маленького ребенка, которому требовалась защита. Но она не была ребенком, а я - ее защитником.
Натянув поводья, я оглянулся на повозчика, неспешно следующего за нами.
- Порс, достань плед.
Через минуту, несмотря на теплый день, маленькая беглянка, на удивление благосклонно принявшая мою идею, закуталась по самые уши в старый клетчатый плед и стала похожа на пухлый ворох из одеял, но и трястись, слава богам, перестала.
Когда мы приехали на постоялый двор, мне пришлось решать еще одну задачку. Куда поселить беглянку, чтобы она не сбежала? И как сделать так, чтобы ее видели как можно меньше людей?
Самым очевидным вариантом было привести девушку в свою комнату. Самому следить за ней до утра, а как только поднимется солнце вести к герцогу. Так я и поступил. Но для надежности решил помочь шустрой сомбре уснуть покрепче.
Как только она вошла в комнату, сразу забилась в единственное кресло и больше оттуда не выбиралась, глядя на меня волчонком.
- Где ваше зелье?
Мелькнувший в ее глазах страх напомнил мне, что этот хищник пока еще беззубый. Девушке едва исполнилось восемнадцать, и скрывать эмоции она не научилась. Попытки были, но получалось откровенно плохо.
Нехотя покопавшись в кармане платья, она достала бутылек с рубиновой жидкостью и поставила на стол рядом с собой.
- Выпейте каплю, и я заберу его.
Тряхнув головой и снова насупившись, девушка тем не менее молча сделала, как я сказал. После чего я забрал бутылек себе. Надеюсь, без него она бежать не рискнет. А завтра вместе с беглянкой передам зелье герцогу. Пусть сам решает, что делать. Меня это не касается.
Но, несмотря на решение не думать об этом, мысли сами лезли в голову.
За весь вечер девчонка не проронила ни слова, кроме вынужденной просьбы показать, где здесь туалет. А мне отчего-то хотелось услышать хоть что-нибудь. Почему она даже не пыталась объяснить, зачем залезла в тележку? Почему ни о чем не просила? Вне дома Анси ее ждала незавидная участь, так зачем бежать? Даже если бы Порс ее не поймал, зелье рано или поздно закончилось бы, а печать на ее руке не исчезнет никогда. Так зачем юной девушке выбирать жизнь в постоянной опасности взамен теплого и сытного дома?
Когда в комнату постучали, она с тревогой поглядела на дверь, но это был всего лишь братишка повозчика, прибывший по моей просьбе. Передав мне то, что нужно, он ушел, а я закрыл дверь на ключ и подошел к сомбре.
- Пейте.
Недоверчиво покачав головой, она уставилась на большую бутылку в моих руках.
- Что это?
- Снотворное, - не стал скрывать я. - Не собираюсь дежурить возле вас всю ночь. А сомкни я на секунду глаза, утром, думаю, вас будет уже не сыскать.
Удивленно моргнув, девушка без раздумий мотнула головой.
- Нет.
- Не будете пить, придется привязать к кровати, - я пожал плечами и поставил бутыль на стол, давая ей возможность выбрать.
Скрестив руки на груди, пытливо посмотрел на сомбру. В ответ, конечно же, получил полный бешенства взгляд. Темные брови девушки сошлись на переносице, а челюсть напряженно сжалась. И хотя она злилась, нужно было выбирать. Одно или второе, третьего не дано.
Если девушка пригубит хоть глоток, этого хватит с лихвой. На ее цыплячий вес там лошадиная доза сонной травы. Даже я бы упал как подкошенный. Поэтому, если согласиться, будет лучше. И проще. Желания воплощать свою угрозу с привязыванием у меня не было.
Посверлив меня черными глазами около минуты, она перевела взгляд на стол и внезапно вздрогнула, будто что-то услышала, хотя в комнате была тишина. Я обеспокоенно обернулся, но ничего не заметил.
- Что случилось?
Поглядев куда-то выше моей головы, она снова нахмурилась, а потом решительно кивнула.
- Я передумала.
Поднявшись, сделала несколько шагов к столу, откупорила бутылку и поморщилась от запаха. Но тянуть или юлить не стала - запрокинула голову и щедро хлебнула вонючую субстанцию. Мне даже не по себе стало. Но вместе с этим я облегченно выдохнул. Дело сделано. К тому же, учитывая, сколько было выпито, вероятнее всего она не очнется до самого дома Анси.
- Достаточно? - с силой опустив бутылку на стол, девушка вздернула нос и, как бы трудно это ни было при ее росте, посмотрела на меня свысока.
- Вполне.
Больше ничего не сказав, она забралась обратно в кресло и отвернулась, положив голову на подтянутые к груди коленки.
- Идите на кровать, там будет удобней. Я посплю в кресле.
Упрямица даже не шелохнулась.
- Мне вас перенести?
Расчет был на то, что сомбра очевидно не выносила чужих прикосновений.