Снова почувствуй
– Ты ведь даже не знаешь, с кем я вообще его знакомлю, – укоризненно сказала мне подруга.
Я выгнула бровь:
– Грейс. Мэдисон. Эверли.
У Исаака вырвался какой-то сдавленный звук.
Я с вызовом взирала на этих двоих.
– Только попробуй ей ответить, – рыкнула Доун.
– Но она права.
– У меня на такие вещи срабатывает седьмое чувство. – Я отправила в рот еще лапши.
– Разве это обычно не шестое чувство?
– Не спрашивай, – буркнула Доун. Она положила подбородок на свои маленькие ладошки. – Что я сделала не так?
– Ничего, – сказала я, после того как проглотила. Затем указала вилкой на Исаака. – Ты просто слишком милый.
– Не слушай ее. Женщина твоей мечты где-то там и ждет только тебя, – вклинилась Доун, однако Исаак ее проигнорировал и вместо этого чуть подвинулся на стуле в мою сторону.
– Значит, я должен вести себя как грубиян, чтобы пойти на свидание? – спросил он.
Вести себя как грубиян. Мысленно я опять закатила глаза. Только Исааку в голову могла прийти идея выразиться так, чтобы избежать слова «мудак».
Я оценивающе повела плечами.
– Зависит от того, чего именно ты добиваешься.
Он прикусил нижнюю губу.
– Честно говоря, мне уже все равно. Сходить хотя бы на одно свидание будет уже настоящим прогрессом. – Его щеки, между тем, густо покраснели, но он пристально смотрел на меня.
– Тогда тебе срочно надо стать более уверенным в себе, – откликнулась я. – И, возможно, кое-что изменить во внешнем виде.
– А что не так с моим внешним видом? – спросил он с искренним интересом в голосе.
Я пожала плечами:
– На самом деле ничего. Если кому-то нравится твой ботанический, суперправильный стиль. В смысле, у тебя же прическа волосок к волоску. Определенно есть девушки, которым это кажется сексуальным, но большинство из них это наверняка в первый момент слегка смущает.
– Хм. – Исаак опустил глаза на свою рубашку и рассеянно потеребил пальцами бабочку на воротнике. Сегодня она была бирюзовая.
– За месяц я могла бы превратить тебя в плохого парня, на которого будут вешаться все девчонки, – легкомысленно заявила я.
– Думаешь? – ответил он.
Я кивнула.
– Вполне уверена, да. Я имею в виду, основными требованиями ты уже обладаешь.
У него на лице расцвела улыбка.
И тут во мне что-то щелкнуло.
Перед глазами возникла картинка. Нет, две. На одной Исаак будет таким, каким выглядел сейчас, – в очках, с бабочкой и тщательно уложенной прической. А вторая, черно-белая, показывала совершенно другого Исаака – Исаака с взлохмаченными волосами, который казался расслабленным и уверенным в себе и в обнимку с девушкой. Или двумя.
До и после.
Трансформация Исаака Гранта.
Идеальная тема для моей итоговой работы.
– Почему вы так смотрите друг на друга? – вмешалась Доун.
– Предлагаю тебе сделку, – начала я.
– Слушаю.
Я подалась вперед, опираясь локтями на колени и глядя ему прямо в глаза.
– Я сделаю из тебя плохого парня и помогу устроить свидание с любой девушкой по твоему выбору. А взамен сниму все на фотокамеру и превращу в свой итоговый проект.
Он некоторое время сосредоточенно изучал мое лицо, словно искал скрытые мотивы.
– Ты это серьезно? – спросил он наконец.
– Исаак, тебе не нужно ни под кого меняться, только чтобы… – Краем глаза мне было видно, как Доун изобразила руками странные движения, но сама я не могла оторвать взгляд от зелено-карих глаз Исаака.
– А что, если я хочу измениться? – тихо проговорил Исаак.
Вопрос был адресован Доун… однако ответила на него я.
– Я бы сказала, что тогда мы договорились.
И протянула ему руку. Мгновение спустя он согласился. Мне вспомнилось, что еще меньше недели назад мы пожимали друг другу руки и от нервов его кожа была холодной и липкой. Теперь же она ощущалась приятно теплой, и я быстро погладила ее большим пальцем.
В глазах у Исаака что-то вспыхнуло.
Мы с тобой так повеселимся, Исаак Теодор.
Доун издала мученический стон:
– О господи, что же я натворила.
Глава 6– Не пялься на меня. Просто притворись, что меня тут нет, – сосредоточенно произнесла я. Потом сделала шаг к Исааку и присела перед ним. Вообще-то, для этих снимков мне не помешал бы ассистент, который помог бы со светом и следил, чтобы в очках Исаака ничего не отражалось. Но сойдет и так.
По крайней мере, пока Исаак будет держать под контролем свое волнение.
– Ты меня нервируешь, – ответил он, и его взгляд опять дернулся ко мне – прямо в объектив.
– Смотри на свой монитор, – велела я.
Он вздохнул, но сделал так, как я сказала.
Идея этой фотосессии заключалась в том, чтобы показать Исаака таким, каким он был до трансформации – застенчивым, неуклюжим, напряженным. Но кадры должны казаться естественными и повседневными. Как случайное фото. И не должны кричать: «Я-так-волнуюсь-потому-что-Сойер-меня-фотографирует-На-помощь!»
Я вновь нажала кнопку спуска затвора. Исаак вздрогнул.
– О’кей, так у нас ничего не получится, – проворчала я. Опустив камеру, обогнула письменный стол и подошла к нему.
Исаак чуть со стула не упал от испуга, когда сегодня во второй половине дня я заявилась к нему на работу и направила на него камеру. Его начальник опять смотрел какой-то фильм в отделе телевизоров и не заметил, как я прокралась мимо него в мастерскую. Мне хотелось именно удивить Исаака, не предупредив, что я приду. Если бы он заранее переживал из-за этого несколько часов подряд, то сейчас, наверное, был бы еще более скованным. Хоть я и сомневалась, что такое в принципе возможно.
Но, видимо, он просто до сих пор в шоке от того, что я действительно серьезно отнеслась к нашей сделке.
– Надо было мне тебя предупредить. Я вообще не фотогеничный, – пробормотал он.
– Это не так, – произнесла я и перегнулась через него, чтобы включить компьютер. – Есть что-нибудь, что тебе нужно сделать на этом компьютере?
Исаак беспомощно пожал плечами.
Я осмотрелась в комнате. Потом шагнула к окну и попробовала чуть больше раздвинуть висящие перед ним тяжелые коричневые занавески. На меня полетело облако пыли, и я закашлялась.
– Я тут целую вечность уже не убирался. Извини. – Исаак подошел ко мне и полностью раздвинул шторы.