Плохой парень

— Мы? Поможем друг другу? Вы бредите? С чего бы вдруг? — спросил Бэнкс.
Фанторп вернулся на свое место, бережно обхватив стакан. На лице его играла самодовольная усмешка.
— Мне кажется, это очевидно, — заметил он.
Уинсом бросила настороженный взгляд на Бэнкса.
— Ну давайте, — сказал Бэнкс. — Просветите меня.
Фанторп небрежно развалился в кресле:
— Мы оба знаем, что Маккриди слинял не один, а с вашей дочерью Трейси. Она меня абсолютно не интересует, зато очень интересует юный Джафф. Он, как уже было сказано, задолжал мне кое-что, и я хочу это вернуть.
— То есть услуга за услугу, так я понимаю?
— Что-то в этом роде. Я могу гарантировать безопасность вашей дочери, Бэнкс, конечно, если девочка не пострадает еще до того, как Киаран с Дарреном их найдут. А вот вы? Вы можете ей это обеспечить, со всеми своими департаментами, согласованиями и отчетами, а? Можете?
— Продолжайте, — сухо бросил Бэнкс.
Фанторп подался вперед:
— Я думаю, вам это будет интересно. Предлагаю очень простую вещь. Дайте мне самому найти Джаффа и Трейси. Когда я найду их, она ваша. В целости и сохранности. Повторяю, у меня тоже есть дочери. Поверьте, я понимаю, каково вам.
— Да ни черта вы не понимаете! И не говорите мне, что вас хоть на одно мгновение взволновала судьба моей дочери. Плевали вы на нее. Вам нужно одно — и дальше зашибать свои грязные деньги.
— Ну я ж не виноват, что это приносит хорошую прибыль.
— Да, прибыль, на чужом горе.
— Люди получают что хотят.
— Наркотики?
— На это можно взглянуть по-разному, но вы-то сами, вы — будете утверждать, что осчастливили в этой жизни кучу народу? Сколько человек вы упекли в тюрьму за сущую ерунду, измордовав их перед тем до полусмерти? А потом этих перепуганных малолеток насиловали в тюремной душевой отпетые бандиты, приставив им к горлу заточку. Сколько их на вашем счету, а? Нет, приятель, про вас не скажешь, что вы несете людям свет и радость, так что засуньте себе свои проповеди в известное место. Я вам даю шанс. Шанс спасти жизнь своей дочери. И не стоит этим швыряться. Я два раза не предлагаю.
Бэнкс почувствовал, что готов дать слабину. Фермер не просто искушал, он и вправду мог выполнить свои обещания; его усилия имели куда больше шансов на успех, чем любая полицейская операция. Достаточно вспомнить о том, что случилось с Патриком Дойлом. И тогда Трейси вернулась бы к нему, а Джафф… а Джафф — никто, пустое место. Кому он нужен?
Но, прими Бэнкс предложение Фанторпа, тот получит возможность и впредь держать его на коротком поводке. Дело не ограничится спасением Трейси. Возникнут новые требования, сначала небольшие — инсайдерская информация, мелкая мзда, мелкая взятка, вежливая просьба закрыть на что-то глаза и минимальная плата за крошечную услугу. А потом, спустя недолгое время, Бэнкс начнет играть в гольф с Фанторпом и уже не сможет прямо смотреть на свое отражение в зеркале. Кроме того, здесь сидит Уинсом — мерило и компас его совести, свидетель всего и вся. Она никогда не поддастся и ни за что не солжет, как бы нагло ни давил на них Фермер.
— Ну а Джафф? — сказал Бэнкс. — Что с ним будет?
Фанторп равнодушно отвернулся к окну:
— Вам-то что? Не вижу, чего вам беспокоиться. У меня нет причин расправляться с ним. Все, что мне нужно, это вернуть свои деньги. Конечно, никак нельзя поручиться, что Киаран с Дарреном не возьмутся его проучить. Но знаете, проступок Джаффа может очень навредить нам всем. Врать не стану, это нельзя оставлять безнаказанным, а Киаран не всегда знает, где уместно подвести черту.
— Я понял, — сказал Бэнкс. — Понял. Они убьют его. Или доставят туда, где вам будет удобно его убить.
Фанторп рассмеялся:
— Да ладно вам, не дурите. Я и мухи не обижу. И потом, все не так радикально. — Он глотнул из стакана и продолжал: — Ну, может, чуток полежит в больнице, чтобы оправиться, а затем, как говорится, снова в седло. Так, немного получит по рукам. Назовем это… ну… легким порицанием. Которое вполне можно расценить как минимально адекватное возмездие. Учитывая тот факт, что он ранил вашу коллегу… Кто-то должен поработать козлом отпущения, так пусть это будет Джафф. А ваша дочь…
 
И прежде чем Уинсом успела произнести хоть слово, Бэнкс поднял руку, упредив останавливающей ладонью дальнейшие измышления Фермера.
— Нет, — спокойно сказал он. — Нет. Для общей пользы дела вам не стоит развивать свою мысль.
— Ну что ж, понятно. Тема болезненная. Как скажете. Я просто подумал, вдруг вы решитесь принять мои предложения — вот и все. А нет так нет, но тогда я за безопасность вашей дочери отвечать никак не могу.
И вот тут бы уже вроде пришла пора заорать, что, если хоть один волосок упадет с головы Трейси, он, Бэнкс, с Фанторпа шкуру спустит и сожрать ее заставит, но Бэнкс не стал даром колебать воздух. Он был уверен, что они с Фанторпом и без того отлично друг друга поняли.
А потому сказал:
— Такие, как вы, не могут позволить, чтобы у них что-то украли. Вам нужно подтверждать свою власть. Так вперед. Доказывайте свою силу. Джафф должен быть наказан — долго, медленно и мучительно? Давайте. Все должны об этом узнать? Узнать, кто, как и почему был избит, покалечен или вовсе убит? Чтоб всем остальным было неповадно? И тогда ваше жалкое воинство, узнав о мучениях Джаффа, плотнее сомкнет ряды во имя и на пользу вашу? Пока другой Джафф-удалец не решит, что пора надрать вам задницу? Я в этом участвовать не готов.
— О чем мы говорим? В чем проблема? Это все пустые словеса. Вас что, беспокоит судьба Джаффа Маккриди? И это после того, что он сделал с вашей дочерью и вашей коллегой? Да бога ради, Бэнкс, вы должны желать ему только сме…
— Я же сказал, мы не будем развивать эту тему, — оборвал его на полуслове Бэнкс.
Фанторп печально вздохнул:
— Как хотите. — Он покорно развел руками. — Хотя не пора ли вам очнуться и без розовых очков взглянуть на то, что происходит? На то, с чем вы реально имеете дело?
Фанторп раскраснелся — от негодования и многих стаканов виски. Бэнксу хотелось ему врезать. Всадить кулак со всей силы прямо в рожу и увидеть, как брызнет кровища.
— Ну предположим, я на ваш план согласился, — сказал он. — И что же я тогда должен делать? — Бэнкс спиной чувствовал, что Уинсом изумленно разинула рот, но никак на это не отреагировал. Скоро она разберется что к чему.
— Да ничего! В том-то и прелесть. — Серые глазки Фанторпа радостно заблестели. — Вам не надо делать ни-че-го, ровным счетом. Предоставьте все мне.
— Точнее, Киарану и Даррену?
— Вы же прекрасно понимаете, у них преимущество во времени. А я спорить готов, что мои контакты круче ваших и я узнаю, куда направляется Джафф с вашей дочерью, гораздо раньше, чем вы.
— Может быть, и так, — согласился Бэнкс. — А отчего бы вам не поделиться этой информацией со мной? И тогда все будет честно и по закону. И все счастливы. Киарану с Дарреном не предъявят обвинения и не приговорят потом к пожизненному — ведь они не совершат убийства, — а вы и вовсе останетесь чисты?
Фанторп покачал головой:
— Нет, вы все-таки не хотите меня услышать, ну никак. При таком раскладе мое добро попадет в карман к копам, а я окажусь вовлечен в юридическую волокиту на ближайшие двадцать лет. Так не пойдет.
— Да у вас там прямо целое состояние, судя по всему. Килограммчика два кокаина? В таком случае мы уж, конечно, от вас не отвяжемся.
— Вас совершенно не касается, что там. Ваша забота, чтобы Киаран с Дарреном не тронули Трейси. Вот на этом и сосредоточьтесь.
У Бэнкса по спине пробежал холодок, и его опять охватило страстное желание все-таки врезать Фанторпу.
 
— Что вы хотите этим сказать? — злобно осведомился он, прекрасно понимая смысл угрозы.
Даже не глядя на Уинсом, он ощущал и ее горячее сочувствие, и готовность удержать его, если он вдруг сорвется. Она была спокойна и максимально собранна. Но он не собирался давать волю чувствам.