Мануловы путешествия

— Вот поэтому я еще две недели назад предложил своим соратникам начать переговоры с вернувшимся Манулом, — слегка невпопад ответил Гаругх. — Кроме вас, никто бы так блестяще не смог воссоздать ситуацию трехвековой давности по одной только фразе об оппозиции к правящей династии.
— Раскун бы смог. — Не надо тянуть одеяло на себя, пусть противник боится нас всех!
— Может быть, — задумчиво ответил арестованный.
Хотя мне было приятно. Но не буду же ему говорить, что высказанные мной варианты характерны для любой земной монархии?
Настя сильно пихнула меня в бок, в ответ лишь дернул плечом, мол: «Не мешай — процесс пошел!»
— Вы понимаете, что ваши слова мы будем проверять? — спросил я, дав понять, что считаю наше сотрудничество свершимся фактом.
— Безусловно! — согласился Гаругх, — иначе перестал бы вас уважать.
Лоториня перешла от толчков к щипкам, пытаясь привлечь внимание — я продолжил игнорировать. Беседа шла к логическому завершению, меня все устраивало, чего ей еще надо?!
— Вот и славно! — подвел я итог переговорам. — С вашего позволения откланяюсь. Дела, понимаете ли. У офицеров госбезопасности, — кивнул в сторону стола, — есть к вам ряд вопросов. Будьте любезны, удовлетворите их любопытство. Ну что?! — это я уже не выдержал издевательств со стороны Насти и обернулся к лоторине. — Что случилось?
— Ты ничего не упустил? — яростно прошипела она мне на ухо.
— Что ты имеешь в виду?
— Он сказал, что вторжение завтра, олух! — Последнее слово, к счастью, девушка произнесла еще тише.
— !!!! — Сердце екнуло, сжалось и кольнуло болью.
— Господин Гаругх, — волевым усилием я заставил голос не дрожать, — фраза о том, что вторжение завтра — оборот речи, или так и есть на самом деле? Вам известна дата начала операции?
— Ну да, по плану Генштаба Вилянги завтра эскадра должна выйти в море. И завтра же вечером мы, хм, — он смущенно кашлянул, — все активные и законсервированные агенты начнут действовать.
Видя мое удивление, пояснил: «Подрыв мостов, диверсии на складах боеприпасов и вооружения, саботаж на военных заводах — обычные мероприятия в тылу противника перед началом войны».
На стене за спиной Гаругха явственно проступала огненная надпись: «Мене, текел, фарес»2. Я моргнул глазами — пламенеющих букв на шершавых камнях не было, но их присутствие ощущалось в самом воздухе подвала.
— Началось, — прошептал внутренний голос. — Куда метнуться: к Традорну — узнать насколько мы готовы к войне, или к Ролане — «порадовать» известием и начать утешать?
— К Главкому, — твердо решил я. — Оборона сейчас важнее нервов императрицы.
Внешне постарался ничем не выдать душевного смятения, но внутри все мелко подрагивало и тряслось.
— Господа офицеры, — обратился я к чекистам, — Берите с собой нашего, хм, гостя и бегом к Раскуну в координационный центр — беседу продолжите там. Нельзя терять ни минуты! Забудьте пока все ваши вопросы, главное сейчас — имена и адреса агентов. Надо предотвратить волну терактов по стране. У меня все. Исполняйте! Да, не забудьте развязать господина Гаругха, — полковник подчеркнуто благодарно кивнул.
— Настя, а мы с тобой к Традорну. Пора узнать насколько мы готовы к войне.
— Ага, — кивнула Настя. — Ты еще забыл спросить о системе связи с разведцентром.
— Тьфу! И точно! — чертыхнулся я. — Господин Гаругх, меня очень интересует — как вы связываетесь с вашим начальством. Курьеры на кораблях или как? Может, прикупили летучек у местного населения и гоняете донесения по воздуху?
— Нет, — усмехнулся полковник, — Мы, как вы говорите, «прикупили» несколько комплектов колдовского радио у ваших полицейских.
— И здесь оборотни в погонах! — горестно воскликнул внутренний голос.
Мы уже подошли к лестнице, когда меня окликнул вилянгец:
— Господин Манул, у меня есть один вопрос!
— Ну?
— Вы говорили, что при обыске нашли у меня какие-то вещи, нехарактерные для торговца украшениями. Всю голову поломал, мысленно обшаривая комнаты. Так что же я упустил? Не поймите превратно — уязвили мою профессиональную гордость, вот и хочу знать, в чем прокололся.
 
— Блеф чистейшей воды, — крикнул я, не оборачиваясь. — Успокойтесь, господин полковник, мы ничего не нашли.
Нас провожал раскатистый смех Гаругха.
Глава 17
Мы быстро привыкаем к благам цивилизации. Проходит ничтожное время, и вот уже хитроумное устройство, казавшееся нам недостижимой роскошью, становится обыденным предметом обихода. Это я о сотовом телефоне. Сразу после слов Гаругха о том, что вторжение начнется завтра, моя лапа автоматически зашарила по несуществующим карманам в поисках трубки. Еще мелькнула мысль, что в подвале прием плохой. А здесь пока и обычного-то телефона нет. Самым быстрым, но несколько громоздким способом связи является колдовское радио. Сейчас лучше воспользоваться летучкой, чем искать мага-связиста.
Традорн, к счастью, оказался на месте. Мы с Настей ворвались к нему в кабинет, игнорируя робкие попытки адъютанта сначала доложить о нашем визите — положение Манула Ее Величества имело определенные преимущества. Главком, слегка ошарашенный столь бесцеремонным вторжением в святая святых министерства — его рабочий кабинет, тем не менее, справился с удивлением и вежливо предложил присесть.
Какое там! Шокирующая новость о завтрашнем дне не давала сидеть на месте. Проглатывая слова, с пятого на десятое я пересказал Традорну содержание беседы с Гаругхом. В отличие от меня, военный сразу вычленил важную информацию из сумбурного рассказа. Главком посуровел, нахмурил брови и, встав из-за стола, подошел к стратегической карте Норэлтира, задумался. Затем громогласно крикнул адъютанта из приемной.
Вбежал озабоченный офицер с блокнотом в руке и замер в ожидании. Раздумье Традорна длились считанные мгновения:
— Начальника штаба ко мне! Пусть захватит свежую сводку оперативной обстановки и начальника разведки, — помедлил и продолжил, — и вызови начальника тыла — с него доклад о ходе строительства оборонительного рубежа на южном побережье.
Адъютант опрометью бросился исполнять приказание. Главком опустился в кресло и зашарил в столе. После недолгих манипуляций извлек трубку, уже набитую табаком и быстро раскурил. Настя недовольно сморщила носик, но протестовать не стала. Девушка прекрасно понимала — не время учить мужчин хорошим манерам.
Вежливо дождавшись, пока Традорн плотно окутается клубами ароматного дыма, я ненавязчиво поинтересовался:
— Каковы наши шансы, если завтра эскадра выйдет в море? Хотя очень странно — утром наши разведчики доложили, что флот стоит на рейде, а пехота и танки и не делали попыток грузиться на десантные корабли. В чем дело?
И тут меня прошиб холодный пот! А что если мы, увлекшись наблюдением за северным побережьем Вилянги, ошиблись, и настоящий десант базировался где-нибудь в западной или восточной части страны? Я уже открыл рот, чтобы поделиться своим откровением с окружающими, но меня остановил внутренний голос:
— Окстись! Что за ерунду ты придумал? Согласен, наш противник — страна с многомиллионным населением и мощным военно-промышленным комплексом, но, думаю, даже ей не под силу провернуть такую операцию прикрытия. Наша разведка доложила четко — пехоты много, танки настоящие, боевые корабли мы самолично видели. Вспомни — план вторжения основан не только на отсутствии Манула Ее Величества и громадном численном превосходстве, но и на внезапности. Не усложняй — что-то нарушило планы противника. Никто не ждал наших отрядов глубинной разведки в Вилянге. Наша задача — выяснить, что это было и насколько отложена погрузка десанта на корабли.
 
Разумно мыслит, действительно, что-то зря я запаниковал. Вилянгцы уверены, что мы даже не подозреваем о существовании их континента (до моего возвращения так и было), и в этом случае нерационально отвлекать столько пехоты, танков и кораблей от основной задачи. Хорошо хоть не успел поделиться «умными» мыслями с Главкомом и Настей. Особенно с последней — если Традорн лишь удивленно хмыкнул бы, то лоториня не упустит шанса поиздеваться над ходом моих мыслей. Разбила бы в пух и прах, только не столь цивилизовано, как это сделал внутренний голос, не смотря его врожденную язвительность.