Лукоморье. Трилогия

– Э, братан. Да ты в этой глухомани от жизни отстал,– спокойно ответил Илья, с удовольствием отхлебывая из кувшина.– Самым продвинутым методом лечу. Китайская медицина. Иглоукалывание называется. Панацея от всех бед.
– Ты мне что, панацею туда засунул? – Центральная голова нырнула под хвост.
– Тащи ее оттуда,– загомонили Правая и Левая.
– Поздно,– успокоил их капитан,– теперь пока сама не рассосется…
– Дурацкий метод,– категорично заявила Левая.
– Зато эффективный,– возразил Илья.
– Непонятно только, как он работает.– Правая вопросительно уставилась на невозмутимого «доктора».
– Понимаешь, Горыныч,– с самым серьезным видом пустился в объяснения капитан,– вот, предположим, голова у тебя болит…
– Какая? – потребовала уточнения левая голова.
– Не важно,– отмахнулся Илья.– Так вот, китайцы в таких случаях берут иголку и втыкают ее себе в мягкое место.
– А нам куда? – Правая голова осмотрела свою бронированную шкуру.– У нас мягких мест нет.
– Ну а ваша подруга что сейчас изучает?
Правая и Левая посмотрели на Центральную, упорно ищущую панацею.
– Ну хорошо,– согласилась Правая,– укололи, а дальше что?
– А дальше, как и задумано. Головная боль проходит.
– Почему? – не поняла Правая.
– Я думаю, потому что в другом месте больнее,– дошло до Левой.
– Ну уж нетушки,– возмутилась Правая,– так не пойдет, у Центральной постоянно башка трещит, а мы страдать должны?
– С чего это она у нее трещит? – заинтересовался Илья.
– Так она у нас Центральная,– ехидно пояснила Левая.
– Вот и приходится иногда ее… одергивать,– дополнила Правая,– чтоб не зазнавалась шибко.
– Понятно, все как у людей. Тогда могу предложить французский метод.– Илья откровенно развлекался.– Старая добрая гильотина.
– И что, тоже полегчает? – Центральной надоело изучать бомболюк, и она вынырнула наружу.
– Стопроцентно.
– Это как?
Илья выразительно провел себе ребром ладони по шее:
– Болеть будет нечему.
– Китайская медицина мне больше нравится,– мрачно сказала Центральная.
– Это с какой стороны посмотреть,– хмыкнула Левая, переглянувшись с Правой.
– Стоп! – вмешался Илья, нутром почуяв назревающий скандал. Он был в принципе не против, прекрасно понимая, что дракон сюда прибыл не просто так, а, скорее всего, по его душу, но ему жалко было вымирающий вид.– Вы о цели своего визита не забыли? Чем, так сказать, обязан?
Капитан почему-то был абсолютно уверен, что задурит простодушному Горынычу голову, да и крест… Крест!!! То, что уже давно спокойно приняло его подсознание, только сейчас обрело конкретные словесные формы. У него есть свой Меч Без Имени! «Звоночек» никуда не делся. Просто он трансформировался, переместился в крест. Опасность – крест горячий. Чем больше опасность, тем горячее. Илья торопливо сунул руку за пазуху. «Звоночек» был едва теплый.
– Ну и?..
– Да мы… это… биться с тобой прилетели,– смущенно выдавила из себя Центральная.– А может, ты не Иван?
– Иван,– разочаровал ее Илья, засучивая рукава.– Ох и жаль мне вас, ребята. Сказали б хоть, что умеете, чтоб сразу я вас не до смерти… Сами понимаете… уж больно вы симпатичные. Обидно…
Головы сбились в кучку, о чем-то усиленно шушукаясь. После небольшой заминки Правая и Левая вытолкнули Центральную вперед.
– Из драконьего племени мы,– отрапортовала Центральная.– Силушкой не обижены, огнем плеваться можем, ну и в магии кое-что смыслим.
– И это все? – сделал круглые глаза капитан.
– Все,– стушевалась Центральная.
– Нда-а-ас, не густо. Ну, выбирайте, с чего начнем?
Головы опять организовали кружок. Спорили они долго и азартно, постепенно повышая голоса. До Ильи стали доноситься отдельные фразы:
– …не вздумай! Отколь нам знать, сколько у него гильотин энтих али еще чего позаковыристей в запасе…
– Огонь!
– Лучше магией. Супротив нашей только Кощей да Яга выстоять могут.
Наконец головы пришли к консенсусу.
– Мы тут посовещались,– деловито сообщила Центральная,– и я решила: будем кто кого перемагичит.
– Добро,– усмехнулся капитан.– Что бы вам такое попроще… Ну, скажем, для начала… достаньте с неба звездочку.
 
– Че? – дружно выдохнули головы.
– Да они на такой высоте приколочены…
– Сколько раз пытались долететь…
– Чуть не задохлись…
– Ох, как у вас здесь все запущено,– скорбно покачал головой Илья.– У нас этому сызмальства учат.
– Неужто можешь? – выдохнула Правая.
– Невероятно,– замотала головой Центральная.
– Брешет,– уверенно заявила Левая.
– Я брешу? – возмутился Илья.– Спорим, достану?
– Спорим!
– На что?
– А на что хочешь! – азартно выдала Левая.
– Продуешь – поступаешь в мою команду и слушаешь как отца родного. И иначе как папой не называешь. Согласна?
– Идет!
– Ладно.– Илья приподнялся и поднял руки кверху: – Зажмурьтесь, дурачье.
– Зачем? – подозрительно спросила Левая.
– Вы в этих вопросах, оказывается, такие слабаки, что первый этап заклинания вам лучше не видеть.
– Почему? – боязливо спросили Правая и Центральная.
– Ослепнете на всю жизнь.
– А как же… – открыла было пасть Левая, но Илья ее бесцеремонно прервал:
– По моей команде на счет «три» глазки откроете, и любуйтесь на здоровье. Согласны?
Головы робко переглянулись.
– О вас же забочусь. Ну… пеняйте на себя.
Горыныч торопливо зажмурился. Илья не спеша достал гранату, выдернул чеку и что есть силы швырнул ее вверх.
– Раз, два, три,– продекламировал он уже изнутри терема.
Горыныч послушно открыл глаза…
  
9
 
Вой дракона, подкрепленный иллюминацией, переполошил обитателей поляны.
– Ой, что это? Ой, кто это? – наперебой запищали Парашка и Малашка, слетая с дерева. Они с разбега взметнулись на медведицу и пристроились у нее на загривке, трясясь от страха. Загалдели гусаки, куры, утки. Челядь Василисы сгрудилась у ее ног, обратив свои взоры на родной посад.
– То нареченный мой и воевода с нечистью бьются,– торжественно сказала Василиса.– Чую, Змея Горыныча Кощей на них наслал. Молитесь, слуги мои верные, чтоб не одолела нечисть поганая защитников наших.
– А Чебурашка? – робко спросила Малашка.
– Думаю, и Чебурашка в стороне не остался,– вздохнула Василиса.– Эх! И в такой момент ты меня предало,– упрекнула она зеркальце.– Хоть одним глазком глянуть, что там творится!
– Вряд ли тебе это понравится,– буркнуло зеркальце.– Спи спокойно. Иван твой такой пройдоха стал, что его теперь никакая нечисть не проймет. А показывать я вам больше ничего не буду. Бойкот у меня, ясно?
– Ясно,– вздохнула медведица и вновь устремила свой взор в сторону посада, где, по всей видимости, продолжался бой. Вой Горыныча затих, но чудовище было еще живо. Небо периодически озарялось всполохами его пламени, а затем начали стрелять. Выстрелы Василиса слышала впервые…
Чебурашка, подброшенный оглушительным ревом Горыныча, подскочил со своего ложа, на котором благополучно проспал все этапы борьбы с трехглавым змием, и схватился за голову, ощупывая набухающую шишку. К счастью, та дощечка крыльца, в которую он вмазался на этот раз, была прибита гораздо лучше предыдущей, благодаря чему прораб и избежал судьбы дракона, испуганно воющего у порога. Поправив здоровье медовухой из тайных запасов (какой же домовой НЗ не имеет), он осторожно выглянул наружу.
– Ну… не плачь, не плачь,– успокаивал Илья Горыныча,– поправим тебе зрение. Будешь как новенький. Ты уж прости меня, силенок не рассчитал. Надо было б звездочку поменьше выбрать… погорячился. Ты глазки-то закрой, я поколдую…
 
– Не надо! – шарахнулся Горыныч в сторону.
– Не робей, зрение возвращать буду. Или ты еще сомневаешься в моих силах?
– Нет, папа,– дружно сказали головы и покорно закрыли невидящие глаза.
Илья забормотал что-то неразборчивое, мысленно отсчитывая секунды. Он прекрасно знал, как долго длится шок от переизбытка фотонов на сетчатке у человека. В данный момент, правда, он имел дело с драконом, но…