Царский сплетник. Трилогия

— Ап… ап…
Васька вместе с Жучком выпали из-за двери в горницу, и оба дружно начали хвататься лапами за сердце.
— Так через какие земли лучше сваливать-то? — спустил ноги на пол царский сплетник.
— Васька, не верь! Врет он все! — простонал оборотень, — Не заряжен он был.
— Точно не заряжен? — Баюн с трудом поднялся на лапы.
— Вообще-то порохом от него пахло…
Васька вновь обессиленно плюхнулся на пол.
— …сгоревшим…
Ту они оба вскочили на лапы и очень «ласково» посмотрели на царского сплетника, но тот почему-то не испугался.
— А вот будете, гады, в следующий раз знать, как меня разыгрывать! Я вас еще и не так приколю! Никакая валерьянка потом не поможет! Кстати, Васенька, я ведь как записочку увидел, сразу понял, чьи это проделки, и сдал тебя державному по полной программе. Пояснил, кто на него покушение готовил. Он твой почерк тоже опознал и еще добавил, что наверняка с Жучком вместе подлянку готовили. Пообещал шкуру с обоих спустить.
— Виталий, Виталий, — засуетился кот, — а замять это ело никак нельзя?
— Можно. Но стоит это вам будет как минимум двое суток бессонных ночей. Если одно дело не сделаете, то побреет вас налысо, и пойдете оба по этапу.
— Чё делать надо? — подался вперед оборотень.
— Пока просто завяньте. Я добрый, отмажу. Мне только спокойно подумать надо. Часа три-четыре не тревожить.
— Кстати, где Янка?
За травками пошла, — подобострастно доложил Жучок.
— Это хорошо. Так вот, чтоб к ее приходу обед был готов, дом вылизан, двор подметен, а от порога до моей спальни путь усеян лепестками роз.
— Зачем? — не понял оборотень.
— Дурак! — треснул его по затылку Васька. — Чтоб Янка сама к нему по запаху пришла, и конец нашим мучениям! Она с ним лучше нас с тобой разберется…
— Брысь отсюда!
Дробный топоток четырех лап сообщил ему, что приказание выполнено. Виталий откинулся на подушку и начал прокручивать в голове варианты предстоящего дела. Однако после дикой пьянки накануне думалось плохо, а вот спалось очень даже хорошо. Глаза юноши сами собой закрылись, и он мгновенно погрузился в здоровый похмельный сон.
Разбудил его осторожный шепот со стороны коридора.
— Он что, все еще думает? — Это был явно голос Жучка.
— Да какое думает! Спит он, сволочь! Чё, не слышишь, как сопит?
— Да вроде и не сопит уже. Точно, думает! Ушел в себя и…
— …не вернулся. Вот было б здорово! — мечтательно вздохнул кот, — Все проблемы долой!
— Да ты что, совсем опух? Ему еще нас от царя-батюшки отмазывать.
— Правильно мыслишь, Жучара, — протяжно зевнул Виталик, потер кулаками глаза и спустил ноги на пол. — Чего там у вас?
— Тут тебе кузнец какую-то хрень на телеге привез, — сунул нос в дверь Васька, — пускать?
— Пускай. Пусть он эту хрень в сарай тащит.
— А остальных тоже пускать? — фыркнул волк, появляясь рядом с Васькой, — Там еще целая толпа урок собралась. Такие же синюшные, как и ты. Так я их запускаю?
— С ума сошел? — испугался царский сплетник. — Не хватало еще, чтоб их Янка увидела. Она, кстати, здесь?
— Нет, еще не пришла.
— И то слава богу. Так, вы свои морды там тоже не светите. Сейчас я спущусь и сам со всеми разберусь.
Виталий потряс головой, прогоняя сон, еще раз сладко зевнул, потянулся, поднялся с кровати и пошел разбираться. Надо сказать, разбираться было с кем. Около подворья Янки Вдовицы скопилась довольно приличная толпа. Ванька Левша притащил с собой всех своих работников, которые опасливо косились на маявшихся с дикого бодуна пиратов, стараясь при этом держаться поближе к телегам, нагруженным столбами с приколоченными к ним щитами, и отдельной телеге, на которой был установлен пресс. Успокаивало их лишь присутствие сотника Федота, лениво постукивавшего рукоятью кнута по голенищу сапога. Увидев Виталия, стрелец сделал приветственный жест.
— Принимай своих орлов. Все здесь. В целости и сохранности. Одна просьба. Похмеляться им не давай. А то еще одной такой ночи Великореченск не переживет.
— Все будет тип-топ, — успокоил его царский сплетник, — Ты, главное, своим стрельцам прикажи их не задирать. И мы до завтрашнего утра надо будет сделать ряд работ…
 
— Каких? — простонал Семен. Приняли пираты на грудь перед этим так много, что четыре часа в холодном порубе не сфокусировали их до конца.
— Очень нужных и важных. И махать вам на этот раз придется не саблями, а лопатами.
— Что? — дружно ахнули пираты.
— Что слышали! — сердито рыкнул на них Виталий, — И радуйтесь, что не кровью, а потом придется искупать свою вину.
— Да какую вину-то? — опешил Семен.
— Страшную! Виталий б вы, гады, как я сегодня утром перед царем-батюшкой краснел и оправдывался! Полтора часа дворец брали! Срамота! Да на такую примитивную операцию по всем нормативам отводится не больше десяти минут! Ну теперь держитесь у меня! Гонять буду до седьмого пота!
— А вот теперь я не понял, — насторожился Федот, — так этой ночью вы с разрешения царя-батюшки?..
— А ты что думал? — «искренне» удивился Виталий, — Мы запросто так по пьяной лавочке город на абордаж брали? Учения это были, учения! По личному поручению Государя Всея Руси на штурм шли. Это была проверка боевой и политической подготовки. Экзамен, кстати, не выдержал никто: ни вы, ни мы. Вы город позорно сдали, а мои орлы, подлецы этакие, в нормативы не уложились. Так что теперь держитесь. Всем достанется. Ну вам за утерю бдительности и нерасторопность царь-батюшка лично ввалит, ждите оргвыводов, а со своими орлами я разберусь лично.
«Ну вот, просьбу царя-батюшки выполнил. С меня теперь взятки гладки. Я — обычный мелкий исполнитель гениальных планов державного», — удовлетворенно хмыкнул Виталий.
— Так, чернила, бумаги купил? — повернулся он к Ивану.
— Все купил, барин.
Виталий распахнул ворота.
— Все, кроме столбов, тащи со своими работягами в сарай и двигай потом отдыхать. До утра свободен.
Телега въехала во двор. Подручные кузнеца сгрузили с нее пресс, установили на указанное царским сплетником в сарае место, Ванька Левша выложил закупленную на базаре бумагу, чернила и изготовленное им клише на стол и поспешил удалиться, пока добрый барин не загрузил его еще какой работой.
— Теперь с вами разберемся, — окинул пиратов хмурым взглядом Виталий, — Вы город хорошо знаете?
— Да не так чтобы, — настороженно откликнулась его команда.
— Мы недавно здесь, — отдельно пояснил Семен.
— Понятно. — Юноша задумчиво посмотрел на сотника, с любопытством наблюдавшего за действиями царского сплетника, — А что, Федот, не хочешь подсобить нам в одном деле государственной важности?
— Отчего ж не подсобить? Подсоблю. Что делать надо?
— Вот этим столбам применение найти, — кивнул Виталий на телеги, — Надо их на самых людных местах Великореченска в землю вкопать. На площадях, базарах, около рестораций и кабаков. Если я тебе на эти работы своих орлов выделю, до вечера управитесь?
— Управимся, — степенно кивнул Федот, — А зачем все это, не скажешь?
— Народ тут, как мне объяснили, поголовно грамотный. Вот пусть почитают, что на этих столбах будет расклеено.
— Бумагу на них хочешь повесить? — сообразил Федот.
— Ага.
— Бумага, знаешь ли, нынче в цене.
— Знаю.
— В момент скрадут.
— И что же делать? — растерялся Виталий.
— Есть выход. Заплатил ты неплохо. Так что мои ребята отработают. Приставлю к каждому столбу по стрельцу, и все дела.
— Спасибо, друг! Да, теперь насчет лопат, — полез юноша за деньгами в карман, но сотник отрицательным жестом его остановил:
— Найдем лопаты. Денежки прибереги на другой случай.
 
— Добро, — кивнул Виталий и повернулся к пиратам, — А вы, как работы закончите, двигайте прямиком обратно, сюда, для получения следующего задания. И не дай вам бог приложиться к бутылке! В ближайшие сутки вы мне нужны трезвые! И если я к вечеру учую от кого запах спиртного, отлучу от своей персоны тут же!