Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове (СИ)

— Ты бы лучше подсказала, как нам быть с Хлоей, чтобы больше не заставать меня со спущенными штанами?
— А с чего ты взял, что она этого хочет? Вдруг без штанов ты ей больше нравишься?
Хлоя молниеносно выдернула свою руку из моих ладоней и активно зажестикулировала.
— Нет, нет! Лучше нам разрешить эту ситуацию, я не хочу, чтобы такое повторилось!
Меф посмотрела на меня с сожалением и как-то безнадёжно начала:
— Ах, Хис! Неужели ты действительно заклинатель духов? Бедный, бедный твой учитель. Не завидую я ему. Чем же он так разгневал судьбу, что получил в жесточайшее наказание такого бездарного, тупого ученика! Как же тяжело ему было, он, наверное, столько сил потратил впустую, но так и не смог ничему научить этого глупца-мальца…
Пока Меф разворачивала свою животрепещущую мысль, я догадался, куда она клонит. Пытаясь выровнять ситуацию, я бесцеремонно прервал её и выпалил:
— Мы ведь можем мысленно общаться здесь? Значит, теперь, когда нет барьера между миром Хлои и нашим, она может предупреждать меня о своих действиях, чтобы избежать неловких моментов.
Меф вытерла притворную слезу.
— Ах, я вижу, не всё потеряно, есть луч надежды. Небеса, спасибо! — её рыжие ресницы восторженно захлопали, обращённые к облакам. Я криво улыбнулся. В моей голове вообще не укладывалось, как такая милая, нежная, озорная внешность может уживаться со вздорным, склочным и порой очень пошлым характером. Ведьма из сказок, не иначе, она напоминала красивую конфету с неожиданной начинкой. Интересно, чем же всё-таки занималась Меф, кем была? Ведь пока она ни разу не сказала про себя ни слова. Просто появилась и сразу вжилась в нашу маленькую компанию.
«Ведьма», — откликнулось во мне. Я невольно покачал головой, отгоняя подобные мысли. Человек давно потерял возможность пользоваться чистой магией, подчиняя себе стихии и тому подобное. Только в сказаниях сохранились рассказы о магах и волшебницах, что могли сотрясать землю и выращивать леса за секунды. Учитель показывал мне очень старые книги, где давно умершие люди описывали страшную битву магов. После этой битвы подул странный ветер, сметая и разрушая всё на своём пути, он буйствовал неделю. Вследствие этого мир стал другим, люди потеряли волшебный дар. Видимо, маги древнего провинились, и у них отняли возможность колдовать, оставляя всё тем, кому магия принадлежит по праву. Сейчас лишь заклинатели несут в себе крупицу таланта, и эта крупица помогает приобщиться к чистой магии, что живёт в духах или волшебных существах — дриадах, гарпиях, грифонах.
Я усмехнулся своим мыслям и посмотрел на Меф. Её серебряные глаза, о таких я не знал и не слышал ничего. Ни у одной из ныне живущих рас нет таких глаз. Карие, синие, почти чёрные или же серо-зелёные, как в моей семье, вариантов было много. Над этой тайной обязательно надо задуматься… но позже. Бушующие чувства успокоились, и живот угнетённо напомнил, что он пуст, как ведро с дырой.
Приготовленная еда окутала нас ароматом и теперь манила, атакуя со всех сторон. Не в силах совладать с этим, мы начали трапезу. Рыбка была отличной. Прожарившись в меру, она хрустела корочкой и радовала нежным белым мясом. Костей, на удивление, не было, только хребет. Я ел и дивился, в очередной раз осознавая, что не понимаю — откуда Меф взяла такую рыбу? Уж точно не из этого мелкого ручья.
Я украдкой глянул на девушку. Она ела, не торопясь, смакуя, обгладывала хвостики и кидала остатки огненному попрошайке, что давно тянул к ней свои ручки. Я видел, с каким удовольствием она проверяет и накладывает кашу. Как будто готовка, да и сама трапеза, для неё что-то невероятно приятное. Словно разнеженная кошка, она выглядела доброй и красивой. Даже лёгкая улыбка, просто улыбка, а не ухмылка и не оскал, как обычно, появилась на её лице. Лёгким движение руки она убрала непослушную прядь рыжих волос. Такая хозяйственная. Ещё секунда, и внутри всё сжалось, серебряные глаза вцепились в меня, будто я увидел лишнего. Быстро выкинув кость, я протянул миску.
— Очень вкусно, можно каши?! — отчеканил и отвёл взгляд.
Сбоку раздалось оживлённое сопение, мне показало, что даже причмокивание. Хлоя, облокотившись на ладони, завороженно смотрела, как мы едим. Я грустно потупился, знал, как она хочет попробовать, а точнее, ощутить вкус еды. Но духи не могут есть человеческую пищу. Они питаются верой, чем больше им доверяют и уважают, тем сильнее становятся духи. В таком случае, если у духа договор с заклинателем, то сила первого поддерживается верой второго. Учитель говорил, что человеческая еда может уничтожить сущность духа. Дух может захотеть стать человеком, и тогда он обернёт свою силу против тех, кто в него верит. Погубит себя и людей. Так что все эти подношения в виде самых лакомых кусочков на самом деле нешуточное испытание, если не пытка.
Из размышлений меня вывела ложка, уже второй раз возвращающаяся ко рту пустой. Пора было заканчивать завтрак и браться за дело. Меф, по-видимому, посчитала так же.
— Итак, вчера я пообещала, что помогу тебе. И знаешь, как мы поступим? — ткнула в меня пальцем девушка. — Не-е-е-ет, не знаешь! А мы поднимем твои боевые способности на новый уровень. Но для начала тебе надо вернуть своё тело в тонус. На ближайшие дни это первостепенная задача.
Итак, началась череда занятий и упражнений, целью которых было вернуть мне прежнюю подвижность. Не обошлось без помощи Хлои, она договорилась с деревьями, и у нас появились «турник», небольшая гряда с препятствиями и целая тропа вокруг лагеря для бега. Меф выступила в роли моего учителя, она показывала всевозможные упражнения, заставляя меня как можно точнее их повторять. Поначалу мне это давалось тяжело — ноги не хотели бежать, руки подтягиваться, спина вообще не сгибалась. Однако насмешливый взгляд «ведьмы», — как я про себя назвал Меф, — давал нешуточный стимул, и я старался, как мог.
На второй день всё болело и ныло, но после разминки дела пошли лучше. Тело потихоньку вспоминало, кому оно принадлежит и что умеет. К вечеру я уже смог пяток раз оббежать наш лагерь и с десяток подтянуться. Приседания давались всё легче, так же, как и пресс. За хорошие результаты меня вознаградили сытным ужином из маленького кабанчика. Меня всё так же не переставало удивлять, как Меф добывает еду. На все мои вопросы она лишь загадочно улыбалась и отвечала, мол, она прирождённая охотница, и дичь сама идёт к ней в руки.
Тем временем дичь становилась всё интересней и разнообразней. Хлоя решила научиться готовить, хотя делать пищу вкусной, не пробуя её, явно очень сложно. Теперь они вместе с Меф кашеварили, а я усердно занимался.
К вечеру четвёртого дня я, наконец-то, стал чувствовать себя как прежде. Ко мне вернулись гибкость и ловкость. Я чувствовал каждый мускул, как он упруг и полон сил. Энергия бурлила во мне, готовая вырваться в любую секунду. Я как будто заново родился, и эти ощущения мне явно нравились. Воодушевлённый победой над своим телом, я впервые за всё время вытащил меч из ножен. Клинок радостно блеснул в моих руках. Я облегчённо вздохнул.
«Наконец-то всё в норме. А то уже испугался остаться калекой деревянным».
Чуть слышно хрустнула ветка. Меф тенью вышла из кустов. Я знал, что она специально выдала себя, чтобы не пугать меня. В прошлый раз я чуть заикой не остался, когда она свистнула у меня над ухом. Я кивнул ей в знак приветствия. «Ведьма» вернулась с очередной охоты. В этот раз она несла за лапы пару кур и что-то ещё, продолговатое, замотанное в серую ткань. Увидев меня с мечом, довольно ухмыльнулась. В глазах у неё заблестел недобрый огонёк.
— Ну что, готов приступить к следующему этапу тренировок?
Я крутанул меч в руке и сделал быстрый выпад вперёд.
— Готов, как никогда!
— Смотри не поранься, — кольнула «ведьма», но я начал привыкать к её шуткам.
Хлоя подбежала забрать кур на ощипку, девушки углубились в готовку. А я двинул на вечернюю пробежку. Никогда ещё я не чувствовал себя настолько воодушевлённым и взволнованным. Будто передо мной вот-вот откроется что-то новое. Улыбка расползлась по моему лицу, я радостно бежал по лесной тропе.