Владыка Тьмы

— Золотые это гут, зер гут! — с немецким акцентом проговорила я и, посмотрев на Слая и Хобха, перевела тему. — Сначала на рынок, поможем Хобху.
— Спасибо вам большое! — В глазах Хобха стояли слезы. — Я обязательно верну долг!
— Тихо! — я покачала пальцем у его носа. — Вернешь после окончания академии.
На рынке мы быстро закупили нужные вещи и отправили Хобха домой.
— А теперь давай отпразднуем твое поступление?
— Только за! — я радостно улыбнулась, а потом огорчила: — Нам запрещено покидать академию в первый год, так что заодно и решим, что тебе делать.
Праздновали скромно, сидя в номере. Правда, стол ломился от вкусняшек и венчало все это великолепие пыльная бутылка красного вина. Вино, кстати, было великолепным.
— Знаешь, — я отпила глоток вина. — Я подумала, что не стоит терять целый год.
Слай заинтересованно посмотрел на меня.
— Ты за этот год должен подготовить всех Темных к моему возвращению. Крайний срок возвращения — выпуск из академии.
— Я сделаю это. — Слай склонил голову.
— Постарайся распустить слухи про доспех.
— Хорошо.
— Но желательно начать эти слухи не раньше, чем месяца через два. А то я могу и не успеть.
— Понял.
— Со своей стороны я тоже попытаюсь перессорить эльфов друг с другом.
— Будь осторожнее, эльфы очень умны и проницательны…
— Тем хуже для них, — я поискала на столе, что я еще не попробовала. — Это что?
— Олиум, — Слай проследил за моим пальцем. — Вкус похож на клубнику, только немного горчит. Попробуй.
— Вкусно! — я прожевала ягодку. — Интересно, а чем нас будут в академии кормить…
— Чии, а зачем ты помогла этому пареньку?
— Понимаешь, мне нужен кто-нибудь, кто сможет в нужный момент прикрыть спину, — я посмотрела на потолок. — Боюсь, что с эльфами у меня отношения не очень сложатся. Да и потом, думаю, ему будет сложнее нанести по мне удар… В крайнем случае, он расскажет тебе, что со мной случилось.
Утром мы снова стояли у ворот академии. Утро было хмурым и сырым, серые облака затянули небо, закрыв солнце. Дул холодный, порывистый ветер, вздымая полы плаща, в который я куталась.
Как только раздался перезвон колокольчиков, Слай обнял меня:
— Я все сделаю, как ты просила. Ровно через год я буду ждать тебя у ворот, — он нагнулся и поцеловал меня. — Береги себя…
Отдав Слаю плащ, я сделала несколько быстрых шагов и прошла через открытые ворота. Светлая память моему тёмному прошлому… Ворота с глухим стуком захлопнулись за моей спиной.
  
10
 
Учитель Эондил смотрел на нас взглядом змеи, которая смотрит на мышей, правда, когда он переводил его на эльфов, в нем читалась прямо-таки отеческая забота.
— Неофиты! — Эондил, прокашлявшись, начал речь. — С прискорбием хочу сообщить, что ваш курс самый малочисленный. Поэтому вам выделили только две комнаты. Но, к сожалению, слишком поздно мы узнали, что среди вас девочка. Отдельную комнату мы выделить уже не можем.
Он с сожалением развел руками, делая вид, что ему очень жаль. Эльфы тихонько захихикали, Хобх слегка покраснел.
— Потише, — ласково проговорил Эондил. — Перед вами две комнаты, выбирайте себе любую. Устраивайтесь, а через час я хочу увидеть вас в Главном зале. Вы все поняли?
— Да, учитель! — хором произнесли мы.
Эондил немного постоял и ушел.
Жаль ему, сволочи остроухой! Поздно узнали… А когда имена переписывали, я ведь в платье была…
— Мы первые выбираем комнату, — мои мысли прервал надменный голос. Эльф с вызовом смотрел на нас.
— Пускай, — я громко зашептала на ухо Хобху. — У нас на севере примета есть, из двух одинаковых вещей эльф всегда выберет похуже…
— Нет, я передумал! — эльф аж вздрогнул, услышав мой шепот. — Выбирайте, а мы посмотрим.
Я пожала плечами и с разочарованным видом заглянула в обе комнаты. Потом с выражением глубокой задумчивости на лице немного потомила ушастых и, решившись, ткнула пальцем в одну из комнат:
— Эта будет наша…
— Ларринтель! Астрель!!! — Эльфы наперегонки кинулись прикладывать ладони к косяку выбранной мною комнаты. Проем двери слегка засветился и погас.
Вот и познакомились…
— Чиисами! Хобх! — мы тоже приложили ладони к косяку оставшейся комнаты. Проем засветился, меня обдало теплом, и свет исчез.
Я первая зашла в комнату. Внимательно осмотрелась — две кровати, между ними стол. За столом пара стульев. В изголовьях кроватей стоят тумбочки. Возле ног — шкафчики. Посреди потолка шарик светильника — он висел просто в воздухе. Сбоку от одного шкафчика еще какая-то дверь. Я заглянула туда — купальня и туалет одновременно. Ну хоть по коридору не надо бегать впотьмах, если что… Еще раз все осмотрев, уселась на кровать.
— Хобх, чего на пороге мнешься? Заходи!
Донельзя смущенный Хобх зашел в комнату и прикрыл за собой дверь.
— Эта кровать твоя, — я показала на свободную кровать. — Устраивайся.
— Хорошо, — еле слышно прошептал он, густо покраснев и уставившись в пол.
Ой-ей-ей! А чего это он такой смущенный? Неужели из-за меня?
Ну мне будет попроще. Теперь нужно устроиться и быстренько бежать в этот Главный зал… Я поднялась с кровати и распотрошила рюкзачок. Котелок на нижнюю полку шкафа, одежду на вешалку, тетради в тумбочку, всякую мелочевку по полочкам и по ящичкам… Вроде все. Хобх, кажется, тоже справился. Ну и хорошо. Время еще есть…
— Чиисами, тебя можно спросить? — Хобх с любопытством смотрел на меня.
— Чего?
— А почему ты выбрала ту комнату?
— Потому что мне понравилась эта, — я пожала плечами. — И зови меня просто — Чии.
— Хорошо, — кивнул Хобх. — Нам не пора?
Вот черт! Действительно, можем опоздать! Мы быстро вышли из комнаты и остановились — куда теперь идти? Где этот Главный зал?
— Ты не знаешь? — я посмотрела на Хобха. — Ясно…
Несколько секунд обдумывала пришедшую мне в голову мысль, а потом громко произнесла:
— Не помнишь, как учитель Эондил сказал? Первым пришедшим награда? Или…
Соседняя дверь с треском распахнулась, и из комнаты выскочили наши соседи. Бросив на нас взгляд, они побежали по коридору.
— За ними! — скомандовала я.
В Главный зал мы вошли степенным шагом. Ларринтель и Астрель уже стояли там. Зал был огромен, потолок терялся где-то вверху. Мы казались сами себе маленькими букашками. В одном конце зала был помост с длинным столом. За этим помостом огромное окно с витражом, изображающим какую-то сцену из жизни эльфийских магов. По бокам от витража две статуи на постаментах. Пока мы оглядывались, двери распахнулись, и в зал вошла троица эльфов, за ними семенил Эондил. Они поднялись на помост и уселись за стол. Мы замерли.
— Ларринтель, подойди, — ласково проговорил Эондил. — Ты первый пройдешь посвящение.
Ларринтель гордо посмотрел на нас и подошел к столу. Он положил руку на книгу, которая материализовалась перед ним.
— Клянусь Пресветлой Владычицей, что буду употреблять все свои знания во славу и пользе эльфийскому народу!
Книга ослепительно засияла, и перед Ларринтелем повис какой-то медальон.
— Твоя клятва принята, возьми медальон, — проговорил один из сидящих эльфов. — Отныне это твой знак!
— Благодарю, магистр! — Ларринтель одел медальон и, поклонившись, спустился к нам.
— Астрель, подойди, — опять повторил Эондил.
Все повторилось по накатанной. Клятва, свет, медальон. Вскоре он занял свое место. А вот с нами случилась заминка. Сидящие эльфы немного пошептались и пригласили Хобха.
— Хобх! Ты готов принести клятву на верность эльфийскому народу? — грозно спросил Эондил. — Этой клятве невозможно изменить. Иначе ты умрешь в страшных мучениях!
Тот только затравленно кивнул головой. Запинаясь, он произнес клятву, свет, медальон и слегка пришибленный Хобх спустился вниз.
Настала моя очередь. Скептически посмотрев, Эондил вызвал меня к столу: