Законы баланса (СИ)

— Дай подумать… — Эдвард обвел взглядом вывески. — Точно, Ацель! Я ведь ещё ни разу не угощал тебя пиццей!
— Звучит мило.
— Заодно расскажешь о своих умозаключениях по поводу дела.
— И не надейся, — лукаво улыбнулся пришелец. — Если я расскажу обо всем сейчас, ты не будешь восхищаться мною, когда я буду умничать, после впечатляющего раскрытия дела!
— Показушник!
— На войне все средства хороши! — повел рукой тот, дождавшись зелёного сигнала светофора.
Эдвард засеменил следом, так и не уловив смысла последней фразы.
Через несколько часов они доехали до места, где по словам сондэсианца совершится очередной грабеж. Это был один из перегруженных постройками проулков, от которого у студента бежали по телу мурашки: нож, приставленный к горлу, оставил в памяти глубокий след. Ну уж лучше глубокий след в памяти, чем глубокий порез на шее, как говорится!
Эдвард ничего не понимал. Ацель сделал его приманкой, и теперь он стоял, уткнувшись в смартфон и притворяясь простым прохожим, увлеченным долгожданным сообщением. И хоть юноша с любопытством листал меню на экране, коленки его дрожали. Чтобы преступник не узнал свою жертву, он спрятал длинные волосы за бейсболкой, а вместо спортивки укутался в чёрное пальто самопровозглашенного детектива.
Воришка явился точно по расписанию. Низкорослый человек подтянул капюшон, чтобы невзначай не засветить лицо и мягкими шажками побежал прямо в ловушку. Стоило ему достать нож, как из ниоткуда возник Ацель с победоносной ухмылкой:
— Бросай оружие!
Вор вздрогнул, явно не готовый к такому повороту событий.
— Отойди на десять метров, иначе я его убью, — процедила сквозь зубы девочка, плотнее прижимая к горлу Эдварда холодное оружие.
— И не подумаю.
Студент в панике побледнел — внезапное предательство от лучшего друга выбило его из колеи. Однако воришка медлила исполнять угрозу.
— Что? Ножик затупился? — смотрел на нее вполглаза пришелец, продолжая кощунственно лыбиться.
Девочка заругнулась и дернулась в сторону, но пришелец ловко её остановил, пригвоздив к стене высотного здания. Он стянул капюшон, выставляя на обозрение туго завязанные на затылке волосы цвета спелого каштана. Теперь воришка выглядела ещё более испуганной, чем Эдвард.
— На этом твои игры кончились, — сдвинул брови сондэсианец, на что девочка разразилась детским потоком слез.
— Простите, умоляю, простите! Не говорите моим родителям! — всхлипывала она, обтирая покрасневшее лицо руками.
Воришка призналась, что уже потратила награбленные деньги. Но одну вещь она все-таки вернула: золотое кольцо, что стащила вчерашним днем со сморщенного безымянного пальца старушки.
— Ненавижу избалованных детей! — прорычал Ацель, передавая кольцо на хранение Эдварду. — У тебя есть все: семья, дом, достаток, но тебе этого мало! Ты заскучала и додумалась поиграть в воровку!
— Вы правы, мои родители хорошо зарабатывают. Но они очень строги и почти не дают мне карманных денег. Я просто хотела удивить друзей!
— Не знаю, что там с друзьями, но нас ты удивила, — с сожалением вздохнул Эдвард.
— Как вы догадались, что я не планировала кого-либо убивать? — смиренно склонила голову девочка.
— Лезвие охотничьего ножа намеренно затуплено. Ты сделала это, чтобы случайно кого-нибудь не ранить. Я бы тоже так сделал на твоём месте, если бы моей целью было только запугать жертву. Поэтому ты и нападала на девушек, стариков и таких слабаков, как мой друг.
— Эй! — воскликнул юноша. — Обидно вообще-то!
Девочка слабо хихикнула:
— Вы мыслите, как настоящий преступник, сэр. Я даже не жалею, что проиграла. Вы меня неплохо развлекли игрой в детектива. А что насчёт других случаев? Вы не думали о том, что у меня имеются сообщники?
— Нет.
— Так самонадеянно?
— Ага.
— Не переживай, я тоже ничего не понимаю, — пожал плечами студент.
— Ты намеренно меняла внешность, используя вычурные парики. Когда ты брала на себя образ девушки, ты покрывала голову так, чтобы девичьи волосы первым делом бросались в глаза жертвы.
— А голос? — спросил Эдвард.
— Да, ещё ты использовала запись мужского голоса, когда притворялась мужчиной. Весьма умно!
Девочка ошеломленно открывала рот, точно рыба, выброшенная на берег.
— Но как ты догадался, что «Городской воришка» — один человек?
— Элементарно, Эдвард, — возгордился собою пришелец. — Все дело в запахе.
— А?
— Помнишь я говорил, что искал духи? Когда в эту среду ты вернулся после учёбы, я почувствовал от тебя странный запах.
— Кленовый сироп?
— Нет. Запах стойкого мужского одеколона, — опроверг предположение тот. — На следующий день в кофейне я наткнулся на старушку, которая болтала сама с собой о каком-то ограблении. Я заинтересовался. Когда я подошёл ближе, то почуял знакомый аромат мужских духов вперемешку с новым приторным запахом. Из газет я выведал о том, что в Станвелле орудует — как ты выразился — «банда». Описания подозреваемых разнились, но в одном они совпадали.
— Рост? — догадался юноша.
— Именно.
— Чтобы убедиться в своих выводах, я встретился с ещё одной жертвой «Городского воришки» — мисс Линдси. С момента её случая прошло какое-то время, но мне повезло, что она пришла в той же одежде, что и в день ограбления. Аромат одеколона все ещё держался на её блузке и дипломате. На этот раз запах походил на тот, что витал вокруг старухи в кофейне — отвратительно сладкий. Хотя среди этого жуткого букета ароматов я почувствовал и старый добрый мужской парфюм. Вывод — наш воришка использует два типа духов и редко стирает накидку, за которой прячет истинное лицо. Я обошел все магазины в Станвелле и нашел весьма недешевый бренд. Бродяга или бедняк не смог бы позволить себе такое.
— Вы точно не собака? — скривилась девочка, не переставая дивиться способностям детектива.
— А как ты определил место и время её сегодняшнего… набега? — задумался Эдвард.
— Все свидетели утверждали, что их обокрали при свете дня. Точнее — после полудня. Я изучил места преступлений на карте города и заметил некую последовательность. Воришка появлялась в пяти переулках Станвелла, хаотично меняя очередность.
— Верно. В эти часы моя няня занята на кухне. Но как вы тогда узнали, что я приду на охоту на Пайнроуд-стрит, а не на Гарбэйдж-стрит, например?
Девочка получала ненормальное удовольствие, выслушивая логичные суждения Ацеля.
— Все гениальное — просто: четыре переулка на этой неделе ты обошла. Остался последний — пятый. Среди выбранных тобою мест, Пайнроуд-стрит — единственное, на котором ещё не было грабежа, — пришелец торжественно поставил точку и эгоцентрично задрал подбородок.
— Господи, ты сейчас, должно быть, восхищаешься собой? — засмеялся Эдвард, покрываясь румянцем.
— А ты разве не восхищен мной?
Юноша отвернулся, продолжая задорно хихикать в кулак.
— Не игнорируй вопрос. Это очень важно! — Пришелец одним движением развернул студента к себе.
— «Важно» для кого? — не успокаивался тот.
— Для моего самолюбия.
— Я вам не мешаю? — напомнила о себе девочка.
Дело о «Городском воришке» было закрыто. Родителям сообщили о преступлениях дочери и прибегли к административному аресту. Семье пришлось нехило раскошелиться, чтобы избежать худших последствий. Обручальное кольцо старушке вернули, продлив, вероятно, ей жизнь хорошими новостями. Теперь она могла и дальше уповать на своего покойного мужа и кормить бродячих кошек. Прежде чем расстаться со своими благодетелями, женщина предусмотрительно взяла у них номер телефона «на всякий случай» и признательно заплатила за хорошо проделанную работу двадцать фунтов стерлингов.
— А как называется ваше детективное агентство? — поинтересовалась она, водрузив на нос очки и выудив из сумочки блокнотик с ручкой.
— «Чёрный ящер»! — воскликнул Эдвард, смутившись под взором недоумевающего товарища. — Да, наше детективное агентство называется «Чёрный ящер», и, ради всего святого, не спрашивайте почему.