Агент Кэт

– Суки!!! Суки!!! Не-е-е-е-е-ет!!! Отпустите, суки, это приказ!!! Не-е-е-ет!!! Медведь за бортом!!! Поднимите его немедленно, суки-и-и-и-и-и-и рва-а-а-а-ааные-е-е-е!!! Медведь за борто-о-о-о-о-омм!!!
– Он мёртв! Он мёртв, Борис! Успокойся, Борис! Приди в себя, босс! Толстого уже не вернуть! Медведь мёртв!
Слова Кубинца достигают Бориса.
Стискивают сердце ледяными клещами.
Торговец оружием обмякает. Бессильно опускается на колени.
Вместе с питомцем умерла его связь с далёкой Родиной. С бескрайними лесами и полями. С соловьиными трелями и желудёвыми падями. С далёкой и волшебной страной – увы, навсегда утраченной. Разбитое сердце морехода осталось на пристани туманного балтийского порта. Вместе с силуэтами рыболовецких сейнеров. Вместе с образом милой, милой, бесконечно милой Надюши.
Судьба вырвала Бориса из объятий любимой женщины. Разрушила тихую и счастливую жизнь рыбака. Бросила его навстречу терниям и жерновам. Но только сейчас прервалась нить, связывающая Бориса с прошлым. С другой жизнью. С другим миром.
Несколько лет назад торговец оружием добыл необычный товар. Очередную чудовищную разработку оборонных НИИ из закрытого города «ЖМУДЬ-13». Двухмесячного тактического десантного медведя.
Русские учёные нашли останки древнего супер-хищника в сибирской вечной мерзлоте. Скопировали его ДНК – и воскресили гигантских ископаемых монстров. Военные запустили программу по увеличению интеллектуального и физического потенциала кошмарных созданий. Во время «Баянгольского Конфликта» – эти яростные твари наводили ужас на китайских боевиков в Синьцзян-Уйгурских горах. Главным козырем «живого оружия» была способность тактических медведей впадать в тактическую спячку. Это снимало проблемы с содержанием и позволяло десантировать хищников во время военных операций.
Китайцы и индусы предлагали хорошие деньги за секретную русскую биотехнологию. Но Борис привязался к медвежонку. Он таскал питомца за собой по всему миру, даже когда тот превратился в трёхтонное чудовище. Из всей команды русского торговца оружием – лишь чуткий к движениям человеческой души Гвидо Феларатти понимал эту связь.
Медведь был для Бориса другом и проводником.
Проводником к заповеднику в собственном сердце.
– Они убили моего медведя… нее-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-еет!!!
Вопль Бориса разносится над Лагуной Ла Пальмой. Стоя на коленях в луже крови, он запрокидывает лицо к небу, рыдая, матерясь, и проклиная всё на свете. Он сделал то, что должно. Уплатил цену за жизнь экипажа и собственную голову.
Принес в жертву единственного друга – и это разорвало на части его русскую душу.

=================================
В двенадцати милях от яхты Бориса
Капитанский мостик подводной лодки проекта «Фантом» королевских ВМС Великобритании
=================================

Подводная лодка затаилась на перископной глубине. Ждёт. Наблюдает. Фиксирует инфракрасными визорами пламя выстрелов и едва различимую суету на палубе «Надежды». Капитан Монтгомери не отрывается от монитора визуального наблюдения. На тёмно-зелёном поле вспыхивают и гаснут белые пятна.
Старый морской волк не подаёт виду – но его грызёт странное, сумеречное, тяжелое чувство. Тревога за исход миссии и судьбу бойцов смешивается с интуитивным ощущением опасности. Просоленный британец твёрдо знает – русский делец не сможет одержать верх над боевыми пловцами, элитой Специальной Лодочной Службы. Это совершенно исключено. Это единственное, в чём можно не сомневаться.
Но гадкое, тёмное чувство не покидает капитана. В самом сердце лагуны, над лабиринтом кораллового леса – держит оборону не кто-нибудь, а чёртов Борис. С этим парнем нельзя быть в чём-то уверенным на сто процентов. Нельзя расслабляться, пока голова мерзавца не окажется в холодильнике.
Наконец, мельтешение ярких пятен прекращается. Картинка на мониторе застывает. Раздаётся радостный голос первого помощника.
– Сэр, пост визуального наблюдения подтверждает завершение огневого контакта!
– Отлично. Ждём сигнал.
– Так точно, сэр!
Монтгомери смахивает со лба холодный пот. Яхта зачищена. Всё кончилось. Его люди вот-вот дадут световой сигнал. Секунда идёт за секундой – но красные сигнальные ракеты так и не взлетают над чёртовой «Надеждой».
Тишину на мостике нарушает шипение интеркома.
– Сэр, пост гидроаккустики, лейтенант Мак-Карти! Разрешите доложить, сэр! Они прогревают двигатели! Секунду… есть звук винтов! Сэр, яхта двигается! Идёт самым малым ходом!
– В каком смысле – двигается!? Какого чёрта!!? Что там происходит!!?
– Сэр, от команды пловцов до сих пор нет сигнала, сэр! Разрешите выйти из режима радиомолчания, сэр! Разрешите сеанс связи с майором Доусоном, сэр!!?
– Отставить. Держим полную маскировку.
Зелёный экран перед Монтгомери вспыхивает на долю секунды. В небе над яхтой вырастает тонкий росчерк. Он выдыхает. Облегчённо вытирает лоб. И в следующую секунду чувствует, как в глотке растёт холодный ком. Он перестаёт понимать, что здесь происходит. Это не сигнальная ракета.
Это тепловой след от реактивной струи!
– Сэр, запуск лёгкой противокорабельной ракеты! Тепловые сигнатуры опознаны. Второе или третье поколение. Общая масса не более трёх сотен фунтов. Контакт через девять секунд!
– Восемь! Семь! Шесть!
– Сэр, контакт с поверхностью в одной морской миле от «Фантома». Нулевая угроза, сэр!
– Пять! Четыре! Три!
Первый помощник ведёт отсчёт. За эти секунды – сотни мыслей проносятся в голове капитана Монтгомери. Он чувствует абсурдность происходящего. Похоже, Борис сумел его отыскать. Но как? Ладно, это несущественно. Главный вопрос – что происходит? Зачем он запустил ракету перед тем, как получить пулю в лоб? Что это? Бессмысленный, отчаянный акт мести? Но ведь «Фантом» притаился на шноркельной глубине. Даже если залп лёгких ракет ударит прямо над лодкой – в этом нет никакого смысла. Его посудину достанет лишь противолодочная торпеда, вакуумная мина или чёртов ядерный заряд!
Монтгомери пытается анализировать ситуацию. Но ему попросту не с чем работать. В голове пульсируют вопросы, на которых нет ответа. Что задумал проклятый хитрожопый русский? Борис избавляется от улик? Что-то прячет? Оставляет послание? Теребит американские радары? И почему, чёрт возьми, группа захвата до сих пор не сигнализировала о завершении миссии!!?
– Два!
– Внимание, приготовится, возможна ударная волна!
– Один!
– Подтверждаю контакт с поверхностью!
***
Ничего не происходит.
Нет удара. Нет вибрации. Никаких следов далёкого взрыва. Нет сообщения с поста гидролокации. Вопрошающий взгляд капитана встречается с таким-же растерянным взглядом первого помощника. Где-то в радиусе морской мили от лодки – в воду просто-напросто шлёпнулась трехсотфунтовая железка? Что это было!?