Война эльфов (СИ)

Полдня мучений закончились очередным бегом (любимое упражнение инструктора), после которого на траву упали все. К тому моменту Томас уже и думать толком не мог, он мечтал об отдыхе. А потом случилось бревно.
  
Глава 10
 
В сознание Томас пришел рывком. Для него прошла доля секунды, и еще недавно он падал на землю после удара о бревно. Еще не осознавая сколько времени прошло и где он, молодой человек резко поднял руки в попытке прикрыть голову. Боль в сломанной руке его отрезвила, и он огляделся.
Кто-то оттащил его недалеко от ненавистного бревна и прислонил к дереву.
— Забота как она есть, — усмехнулся Томас и принялся аккуратно осматривать руку. Рукава формы были длинными, и все скрывали, поэтому осмотр закончился через несколько секунд выводо, что форму надо снимать. Движения могли причинить боль, так что Томас некоторое время сидел и не двигался, наслаждаясь непредвиденным отдыхом.
Спустя минут десять Томас решал что будет лучше: снять форму, осмотреть руку и оказать себе первую помощь, или же аккуратно ее придерживая добраться до лагеря. В каждом из вариантов были свои плюсы и минусы (начиная с того, что молодой человек не умел оказывать первую помощь при переломах), но выбор ему было сделать не суждено — вдалеке он увидел несколько человек в форме лекарей и нескольких солдат с носилками рядом с ними.
Метров за сто до Томаса лекари остановились, подняли из травы тело солдата и аккуратно поместили его на носилки. Томас увидел свечение целительских заклинаний.
— Значит живой, — сделал вывод он. — На труп энергию тратить никто не будет.
Несколько минут ожидания, и целители подошли к нему. Два молодых парня похожие друг на друга не только формой, но и лицом.
— На что жалуемся? — спросил первый, и Томас тут же решил про себя называть его Первым, пока не узнает имя.
— Да вот, что-то аппетит последнее время пропал, — не выдержал Томас. — Заболел, может?
— Юмор это хорошо, — подал голос второй. — Без юмора выжить можно, а вот с ума не сойти сложнее. Что болит?
— Руку сломал, — Томас сделал маленький кивок головой в сторону руки. — И голова болит после удара.
Первый достал специальные изогнутые ножницы и аккуратно вспорол рукав формы.
— У меня не так много комплектов формы, чтобы так ее резать, — на всякий случай уточнил Томас.
— Выдадим бумагу, с ней и испорченным комплектом к интенданту, он знает что делать. — Не отрываясь от процесса «вскрытия» рукава ответил Первый.
Переломы Томас видел, но одно дело со стороны, и совсем другое, когда ты это не только видишь у себя, но и испытываешь весь букет ощущений.
— Обезболь, — скомандовал Первый своему напарнику. — Потом я совмещу, и начинай лечить. Солдат, посмотри сюда.
Томас повернулся к нему и последнее что он увидел это вспышку. Когда тело молодого человека обмякло и он глубоко задышал, Первый приподнял его сломанную руку, сформировал несколько заклинаний и обратился ко Второму.
— По моей команде… Давай!
Второй раз Томас пришел в себя недалеко от расположения своей группы разведчиков, когда его носилки опустили на землю. Рукав формы отсутствовал, и он рассмотрел свою руку. Выглядела она как обычно, и он попробовал пара раз ей взмахнуть.
— Не надо, — остановил его один из солдат. — Сказали не напрягать два дня.
Томас благоразумно последовал словам целителей, и решил не напрягать руку два дня. И на тренировки эти не ходить. О чем он и решил сообщить командиру отряда. Пока молодой человек искал лейтенанта его пыл несколько поутих, но намерение избавиться от тренировок никуда не делось. Он в достаточно хорошей форме, а терпеть эти издевательство нет смысла. Особенно если учесть, что надолго он здесь не задержится.
Лейтенанта Саймона молодой человек нашел на поляне. Тот в полном одиночестве разжигал костер для приготовления еды.
— Лейтенант, — обратился Томас к нему. — Что это за… упражнения такие?
Лейтенант осмотрел его грязный внешний вид, задержал взгляд на отсутствующем рукаве и сделал соответствующие выводы.
— Тобой займется кто-нибудь из наших. Руку напрягать нельзя, я так понимаю?
— Нет, еще несколько дней.
— Тогда теория и минимум занятий, — закончил разговор тот. — Пол поможет получить новую форму. Сегодня на тебе форма и отдых, завтра в обед назначу тебе наставника.
Пол сам нашел молодого человека. Увидел, что хорошим настроением Томас похвастаться не может и особо не разговаривал. Сходили к дереву Томаса за вторым комплектом формы, потом Пол отвел его к душевым, а затем они молча направились к интенданту. Тот начал было тянуть время, и под разными предлогами не выдавать форму, как Томас не выдержал и наорал на него. После этого он кинул Полу, что они идут к командованию и развернулся к выходу.
До интенданта начало доходить, что он поступил неправильно. Не успели парни выйти из его коморки, как он догнал их с новым комплектом. Весь оставшийся день молодой человек провел в своей комнате. Мышцы ныли, голова болела, и он никуда не собирался выходить. Вечером раздался стук с приглашением на ужин.
Томас с трудом выбрался наружу, где его ждал Пол с котелком в руках.
— Я после первой этой… ходить неделю не мог, — сказал он и протянул котелок. — Принес вам…
Томас благодарно кивнул, наложил себе миску каши с мясом и принялся ее есть.
— Еще будете?
— Нет, спасибо, — с набитым ртом ответил Томас. — Я наемся.
— Тогда я того… пойду.
Пол ушел с котелком, а Томас принялся неспешно доедать. Благодаря сломанной руке у него есть несколько дней спокойствия, в течение которых надо решить вопрос с армией, и перевестись либо в другое место, либо на другую должность. Контакт отца умер, новый явно не горит желанием ему помогать, а отец возможно даже не подозревает о проблемах сына. Тома доел кашу, тяжело вздохнул, и отправился спать. Он пробыл в армии всего несколько дней, но здесь ему уже не нравилось.
Утро для Томаса началось ближе к полудню, когда он преодолевая боль в мышцах смог подняться и выйти из своего «дома». Спуск вниз в коридор и подъем наверх дались ему очень тяжело.
— Или меня не разбудили на завтрак, — сказал сам себе молодой человек рассматривая светлое небо с солнцем, находящимся почти в зените. — Или пытались будить, но это оказалось бесполезно.
Перед тем как отправится на встречу с отрядом, он вернулся в комнату, нашел свои вещи и достал два флакона, которые тут же выпил. В первом было зелье исцеления, что должно помочь его руке и мышцам, во втором укрепляющее, которое должно помочь всему организму.
— Или мне продали подделку, — ковылял Томас в сторону полянки и ворчал. — Или у меня других вариантов нет.
Чем ближе молодой человек подходил к месту встречи с отрядом, тем меньше хромал и кривился. Показывать слабость нельзя, и Томас собирался вести себя как обычно и терпеть боль.
Возле палатки обнаружился Пол, командир отряда лейтенант Саймон и коренастых бородатый разведчик.
— Доброе утро, — поздоровался бодрый Пол, словно не он вчера вместе с ним лежал на земле без сил. — Как самочувствие?
— Отлично, — кивнул Томас.
— Это Медведь, — указал на угрюмого мужчину командир отряда. — Он будет тебя тренировать.
— Медведь? — не поверил своим ушам Томас. Кто вообще назовет ребенка таким именем? Но вслух разумеется он ответил другое. — Томас, очень приятно.
Тот пробурчал что-то из-под бороды, кивнул командиру и ушел.
— Да, его зовут Медведь — продолжил командир разговор через некоторое время. — Это не имя, но обращайся к нему лучше только так. Занятия завтра утром, потом у нас рейд без тебя.
Томас обрадовался, что в рейд его не берут, но вида не подал.
— Сегодня чем заниматься?
— Да чем хочешь, — лейтенант посмотрел в сторону основного лагеря.
— И всегда тут так скучно? — осведомился Томас.