Его единственная (СИ)
— Я тут подумала, Дима, — пролепетала она. — Мама никогда ничего сама не покупает. Считает зазорным для себя. Где бы она этот ботокс взяла? А Настя моя работает косметологом. Я ей деньги давала на обучение. Уж она-то точно знает, где купить подобные инъекции.
— Сейчас проверим эту сволочь, — проскрежетал, еле сдерживаясь, Блинников. — Может, связь и с Лесовым вылезет. Они ведь оба из Маральска.
— Может быть, — пожала плечами Юля. — Я никогда не интересовалась окружением сестры. Понятия не имею, с кем она живет и с кем дружит…
— Предоставь это мне, — ощерился Блинников и тут же позвонил бывшему однополчанину в Следственный комитет. — Только хрен редьки не слаще, — пробурчал он. — Мать или сестра… какая разница?
— Ну, не скажи, — улыбнулась через силу Юлька. — С мамой мы хоть как-то общаемся, а с Настей — чужие люди. Я ей интересна, только когда нужны деньги…
— Вот и захотела все прибрать, — отмахнулся Крепс и, взяв телефон, набрал в поисковике Гугла необычный запрос. «Средняя школа г. Маральска…». И получив ответ, открыл закладку «Картинки». Без труда нашел на первой попавшейся фотке Анастасию Фомину с длинными белыми волосами, а чуть ниже, рядом с фотографией школьного двора и глобуса, приметил маленькую щуплую фигурку с чубчиком. «Марат Лесовой».
— Они в одном классе учились, а мы прошляпили, — прорычал он и на всех парах двинул в кабинет Кирсанова.
Сергей Юрьевич, мрачный и задумчивый, чаевничал вместе с сестрой. Наверное, в такие моменты и нужен близкий человек, способный разложить по полочкам законы жизни и смерти.
— После смерти душа отходит в мир вечности, — тихим голосом вещала Пелагея. — И наша задача — отмаливать грехи умершего в течение сорока дней. Он сам уже за себя и слова сказать не может. И только наши мольбы слышны господу…
— Вот и молись, — огрызнулся Кирсанов и хмуро глянул на Блинникова. — Я что подумал, Крепс… Лучше дома останемся. Вон, и погода портится, да и ментам мешать ни к чему. Я уже недавно позвонил Сиротину, он уже задрал своих бойцов. Весь комитет делом Янычей занимается. А Влад к нам сейчас приедет.
— Да ну? — изумленно уточнил Крепс, прекрасно зная, что Сиротин дослужился в МВД до больших погон.
— Ну да, — хмыкнул Кирсанов. — Весь наш старый состав подтягивается постепенно. Кто Мишку Павлова знал и воевал с нами. Асисяй с базы едет, по дороге Гоголя с Ларкой захватит. Еще Глебов с Васиным приедут. Мужики звонят, спрашивают. А у нас тут детский праздник, твою мать… — недовольно всплеснул руками генерал и, как нашкодивший мальчишка, покосился на сестру.
— Сережа, — протянула Пелагея, — ну что за привычка сквернословить?
— Алена, — отмахнулся Бек. — Старую макаку новым фокусам не выучить… А вот если бы ты вместо меня посидела с Маргаритой…
— Мне только в радость, — кивнула сестра Кирсанову. — Вместе с Ларочкой справимся. И это же ненадолго. Только тебя Александра заругает. Ты хоть ей сам скажи, что люди приедут, — укоризненно бросила она. — А то обидится…
— Да ладно, — раздраженно отмахнулся Кирсанов. — Продукты все привезут. Готовить ей ничего не надо. Здесь сядем. Вон, стол письменный клеенкой накроем…
— Кого ты тут принимать собрался, Сережа? — послышалось от двери. Блинников обернулся на голос и увидел грозу всех генералов. Александра с ребенком на руках сейчас напомнила ему Аниту Гарибальди, воинственную жену Джузеппе. Вот только коня и револьвера не хватало.
— Мы с мужиками здесь поминки устроим, — заявил Кирсанов сердито. — Вам не помешаем, Александра Андреевна. А малышку поручим моим сестрам. Я договорился. От них в любом случае пользы больше, чем от меня.
— Хорошо, — кивнула Александра. — Я хотела перенести мероприятие на завтра, но артисты уже выехали, да и дети расстроятся… Мы сейчас с Юлей зал украсим. Она будет распутывать гирлянды, а я вешать. Поэтому вот тебе Маргарита, — заявила она, перекладывая в руки Кирсанова малышку. Затем опалила мужа грозным взглядом, развернулась и ушла.
— Гроза-а, — довольно хмыкнул ей вслед Бек и довольно уставился в улыбающееся дочкино личико. — Ритулька, солнышко, — запричитал он. — Принцесса моя маленькая…
Блинников добродушно глядел на враз повеселевшего Кирсанова. Поутих гнев, и печаль немного отошла на задний план, стоило Маргарите Сергеевне оказаться на руках отца.
— А кто слюники пускает? — проворковал грозный Бек и повернулся к сестре. — Алена, где ее салфетки?
И в эту самую минуту Дима Блинников в который раз осознал простую истину. Любому человеку, каким бы крутым он не был, нужен тыл. Дом и жена. Дети. Маленькая гукающая Маргарита, способная своей улыбкой растопить лед генеральского сердца. Нужны рядом верные люди.
«А всякий сброд типа Янычей и Люси надо гнать подальше. А еще эту Настю найти и за шкирку отвести в полицию. Хотя если Сиротин лично подключился, — хмыкнул про себя Блинников, — то уже сегодня всех найдут и арестуют. Если я без особого труда нашел связь между Лесовым и Юлькиной сестрой, то и менты найдут».
Дима Блинников, поморщившись, глянул в окно, где уже срывался снежок и поднимался ветер.
«Лучше дома, — пронеслось в голове. — Спокойнее, и семья под присмотром».
— Затоплю-ка я камин, батя, — пробурчал он, улыбаясь Маргарите и ее папане. Почувствовал, как в груди разливаются тепло и тихая радость. А по пути заглянул в гостиную, отданную сегодня детям на растерзание. Над небольшой самодельной сценой уже висели гирлянды из шаров в форме ромашек. А по бокам молоденькие девчонки устанавливали стойки с гигантскими шарами, внутри которых колыхались безумные конфетти.
Дима перевел взгляд на Юльку и обалдел даже.
«Наверное, и через пятьдесят лет моему сердцу всякий раз придется замирать, стоит мне увидеть эту женщину после разлуки. Пусть мы с ней виделись полчаса назад. Но я успел соскучиться», — подумал он, не таясь, разглядывая чуть печальное лицо любимой и высокую грудь, завлекающе обтянутую голубым шелком. Захотелось шагнуть к инвалидной коляске, вытянуть оттуда Юльку и встряхнуть хорошенько. А потом перекинуть через плечо и отнести в постель.
«Нам тоже нужна такая вот Маргарита», — мысленно фыркнул Блинников, но почувствовав, что дело близится к стояку, поспешил выйти.
— Он бы тебя сейчас уволок в спальню, — весело прошептала Александра, наклоняясь к подруге. — Я так рада, что вы вместе. Да и Димка стал другим человеком.
— Не знаю, — пожала плечами Юля. — Мне кажется, он такой же. Бесшабашный и преданный до мозга костей. На таких, наверное, как наши мужья, и земля держится, — пробормотала она чуть слышно и смахнула слезу.
— Сейчас еще человек десять таких вот надёжных к нам привалит, — фыркнула Александра. — Сегодня безумный день.
— Смерть всегда приходит неожиданно, — грустно обронила Юлька. — Даже в детский день рождения. Вот мы умудрились с тобой родить малышей в один день! — улыбнулась она подруге и, крепко сжав Санькину руку, прислонилась к плечу.
Александра лишь на мгновение обняла Юльку. Хотела сказать что-то, когда послышались радостные мальчишечьи голоса.
— Приехали! Приехали!
— Но это не Фиолетовая фея и клоун!
Санька выглянула в окно и заметила нескольких крепко сколоченных суровых мужиков в дорогих куртках и кашемировых пальто.
— Это к папе, сыночек. Его старые друзья… — объяснила Александра и, обернувшись к Юльке, добавила шепотом. — Я больше всего боялась, что Сережины товарищи и артисты на праздник приедут одновременно.
— Обошлось, — захихикала Юлька и, оглядев украшенное помещение, весело заявила. — Кажется, у нас все готово! До прихода гостей и артистов, — она покосилась на часы, — осталось полтора часа. Может, попьем чаю, Санечка?
— И заберем Маргариту у ее папаши. Боюсь, Кирсанову сегодня точно не до нас.
Стол в кабинете Бека накрыли без всяких затей. Шашлыки, курица-гриль, овощи и выпивка. Ели руками из одноразовой посуды. Вспоминали Мишку и какие-то истории. Поминали и говорили о жизни одновременно. Крепс смотрел на своих товарищей и понимал, что теперь предстоит встречаться только вот по таким поводам. Вспомнить о былом братстве в час беды и снова разбежаться по своим делам и углам.