Очень плохой босс (СИ)
Он привалился плечом к стене, сунул руки в карманы, выжидающе глядя в пролёт.
И правда, вскоре показалась знакомая светлая макушка, а там и вся Ксюша.
Поднимаясь, она рылась в сумочке. Наконец извлекла связку ключей, подняла на него глаза, и, звякнув, ключи упали на каменный пол.
Крамер наклонился, поднял, протянул ей.
— Илья? — выдохнула она. Заморгала, поджала губы, как будто сейчас заплачет.
— Прогуливаешь работу? — улыбнувшись, шутливо спросил он, решив отвлечь её первым, что пришло на ум. — Не успела стать директором, а уже злоупотребляешь положением. Нехорошо, Ксения Андреевна. Надо заняться вашим перевоспитанием и прямо сейчас.
Он подошёл к ней сзади, пока она возилась с замком, прижался, обнял, вдохнул пьянящий запах.
— Я всё знаю, — скорбно сказала она.
— Что ты знаешь? — спросил её в макушку.
Она вывернулась, посмотрела строго.
— Всё.
Отомкнула наконец дверь, зашла в квартиру. Илья подался следом. Как она ни уклонялась — всё равно обнял со спины и уже не дал убрать руки, не выпустил из объятий.
— Можно к тебе в гости? — спросил на ухо и тотчас безошибочно уловил лёгкую дрожь. Не удержался и поцеловал изгиб шеи.
— А где же твоя невеста? — крепилась Ксюша, хотя от строгого тона уже мало что осталось. И не отталкивала его больше, даже не пыталась.
— Моя невеста? — полушёпотом переспросил он, не прекращая покрывать тонкую шею поцелуями.
Хотел её отвлечь, а завёлся сам. С ней всегда так — просто невозможно быть вблизи и сохранять спокойствие и трезвый ум. Вот и сейчас сердце забилось учащённо, пах налился жаром и тяжестью.
— Здесь она… — выдохнул Илья хрипло, целуя всё нетерпеливее.
— Что? — развернулась Ксюша, оказавшись с ним лицом к лицу. — Я серьёзно!
Он нехотя прервался — шумно выдохнул, пытаясь прийти в чувство.
— Ксюша, я тоже серьёзно, — произнёс рвано, всё ещё тяжело дыша. — Более чем. Ты прости, что не говорил этого раньше. Просто как-то не задумывался. А сегодня понял, что хочу быть всегда с тобой. Даже нет, не так. Я не могу без тебя. И не хочу. Я так тебя люблю… Выходи за меня?
— А как же невеста? — округлила глаза Ксюша так, что он не удержался от улыбки.
До чего же она забавная, его девочка. И когда сердится, и когда удивляется. Ему безумно нравилось даже просто на неё смотреть. А сейчас у неё такая буря эмоций за секунду пронеслась во взгляде: от напускной строгости и замешательства до надежды и пылкой радости.
— Нет никакой невесты… Ну, кроме тебя, надеюсь. Так ты выйдешь за меня?
Ксюша оттаяла и больше не могла удержать цветущую улыбку, но тем не менее решила всё-таки выяснить вопрос до конца.
— А та женщина, в приёмной? Лена?
— С Леной мы встречались, но расстались ещё до отъезда сюда. Всё давно кончено. Нет никакой Лены. Есть только ты.
— Но ты же с ней куда-то поехал…?
— Я просто отвёз её в аэропорт. Сегодня она возвращается в Москву. Так ты ответишь на мой вопрос? Я уже забеспокоился даже…
— Ну… — она озорно улыбнулась. — Ну ладно, так и быть. Выйду.
И залилась смехом. Илья притянул её к себе. Снова повторил:
— Люблю тебя…
И почему раньше молчал? А тут вдруг как прорвало. Хотелось повторять и повторять, какая она любимая, какая красивая, какая хорошая, самая лучшая…
— И я тебя, — услышал наконец в ответ. Нашёл её губы, впился. Потом подхватил на руки Ксюшу, гибкую, податливую, отзывчивую, и отнёс в спальню…
Уснули оба лишь под утро и, конечно, проспали.
— Да уж, перевоспитал так перевоспитал, — собираясь второпях, подкалывала его Ксюша. — Дурной пример подаёте, товарищ директор.
— И не говори, — улыбнулся он. — А может, возьмём отгул сегодня, а? Погуляем по городу, в ювелирный зайдём, колечко примерим?
Ксюша на миг задумалась.
— Да ты у нас безответственный, оказывается! Злоупотребляешь положением… Но ты мне такой нравишься ещё больше.
— Значит, гуляем?
— Гуляем!
***
А спустя три месяца красивую табличку на двери кабинета коммерческого директора пришлось снова менять. Теперь на ней было выбито «Крамер Ксения Андреевна».