Инквизитор поневоле (СИ)

На металл оно, конечно, почти не подействовало, а вот деревянная рукоять в руках гнома рассыпалась трухой, а вместе с ней осыпались гнилыми нитками штаны, открывая взору обвислые яйца с крохотными писюнами, и, неожиданно, бороды, обнажая голые и какие-то совсем несерьёзные, с носом-картошкой, гномьи лица.
— А вы что, не гномы? — чувствуя себя глупо, спросил я. На живую материю проклятье не действовало. Будь бороды частью их тел, они бы не пострадали, и это означало, что те были искусственными вдоль и поперёк.
Схватившись за гладкие подбородки, оба коротышки синхронно взревели, наливаясь кровью, и, тряся мудями, бросились на меня врукопашную.
Вскочив на ноги, я пнул первого в необъятное пузо, откидывая назад, а второму, не успевая рубануть палашом, двинул прямо в табло латной перчаткой. Ну как двинул, ткнул свободной рукой, если быть более точным. Но и этого хватило.
Я уже говорил, что с тыльной стороны на перчаточке были приклёпаны конические выступы из хладного железа? В общем, эффект вышел знатный. Заорав, гном схватился за лицо, на котором шипы оставили глубокие дымящиеся раны, давая мне время размахнуться, а затем мой палаш, свистнув в воздухе, до половины прорубил череп коротышки, остановившись у переносицы. Всё, этот не жилец.
Упёршись ногой в его голову, я с усилием выдернул клинок и посмотрел на поднимающегося с пола второго.
Длинный скользящий выпад — и яйца гнома, с глухим стуком упав на пол, покатились в сторону, а голос новоиспечённого кастрата приобрёл отчётливые нотки драматического сопрано.
Добить его больших проблем уже не составило.
Обернувшись, я взглянул на Вигира, что остановившимся взглядом рассматривал трупы, и с тревогой заметил, как глаза его знакомо холодеют. Тряхнул за плечо, заставляя переключиться на себя.
— Ты как?
— Нормально, — ответил он, чуть виновато улыбнувшись и вновь становясь прежним чуть легкомысленным пареньком.
— Может, на улице подождёшь?
— Нет. Тебе может понадобиться помощь, — мигом заупрямился Вигир, и я, мысленно вздохнув, махнул рукой.
— Ладно, иди, но в драку без нужды не лезь.
Перешагнув остывающие тела, мы двинулись в глубину находящегося в дальнем конце подвала прохода. Того, что вёл к зданию инквизиции.
Ход был низковат, хоть и достаточно широк. В очередной раз стукнувшись о неровный камень потолка, я тихо прошипел смесь всех известных мне ругательств и пригнулся ещё ниже. Строили гномы явно в расчёте лишь на себя. Гады.
Путь вышел не слишком долгим. Впереди мелькнуло светлое пятно, и приготовив оружие, я аккуратно выглянул в рукотворную пещеру, где тройка новых противников колдовала над странным устройством, что располагалось на небольшом постаменте прямо по центру.
Бомба, а это могла быть только она, в первом приближении напоминала металлический шар с симметричными наростами по корпусу, от которых к отдельно стоящему цилиндру и прямоугольному блоку рядом с ним шли проводки.
Один из коротышек как раз воткнул последний провод в гнездо на наросте и что-то довольно сообщил своим товарищам. После чего они уже дружно, отойдя чуть в сторону, залопотали на каком-то своём языке. Более удачного момента и придумать было нельзя, поэтому, выскочив из прохода, я в три длинных прыжка настиг их, обрушивая вихрь ударов, остервенело полосуя отточенным клинком опешивших и не готовых к такому врагов. Их тела не были защищены бронёй, а руки не держали никакого оружия, и буквально через десяток секунд всё было кончено, а я, тяжело дыша, с окровавленным клинком в руках застыл над истекающими кровью из множества рубленых ран телами.
Неужели всё? Неужели мы победили?
Но тут вдруг вскрикнул Вигир за спиной, и обернувшись, я с холодком, волной пробежавшим по телу, увидел, что четвёртый, непонятно как оставшийся незамеченным мною гном с перекошенным от ярости лицом уже тянет руку к рубильнику бомбы. Остановить его, достать хоть как-то у меня не было ни единой возможности. А что последует за поворотом рубильника, которого уже касались короткие толстые пальцы, я понимал слишком хорошо.
Сам собой, не задумываясь, я вскинул руку с кольцом вверх, и пещеру тут же накрыло щитом порядка, инквизиторской магией, что так выручила нас в подземелье.
Вот только то, что рвануло в центра рукотворного зала, было совсем не простой взрывчаткой, потому что вспухший шар огня, поглотив активировавшего бомбу гнома, рывком увеличился в размерах, просто раздавливая в стороны гнущуюся и истончающуюся плёнку поля и неумолимо приближаясь ко мне.
Я мгновенно взмок, а кольцо ощутимо нагрелось, выдавая свой максимум. Но этого было мало. Я выставил руки вперёд в тщетной попытке хоть как-то сдержать приближающуюся ко мне волну огня усилием воли. Тщетно.
Бросив один-единственный взгляд на так и застывшего у прохода аватара, с отчаянием, хоть и понимая, что это уже не спасёт — не от такого взрыва, — всё равно прокричал:
— Уходи!
А в следующий миг огненный вал дошёл до меня, лизнув ладони в броневых перчатках, и я заорал от боли, когда металл тех мгновенно вскипел. Отдёрнув руки назад, содрал их вместе с прикипевшей к ним кожей, и отступил ещё на шаг, прижимаясь к стене пещеры, перед надвигающейся бушующей стихией.
И вдруг я почувствовал, как меня окутывает словно тёплым одеялом такая знакомая сила. Магия проклятий. Снова увидел Вигира, однако в этот раз он стоял почти вплотную к плёнке щита, и в глазах его вновь струилась тьма, а из рук бил мощный поток сырой силы, обволакивающей всё вокруг.
А затем он что-то сделал, и серая пелена сгустилась, буквально сдавила в своих объятьях шар огня, заполнивший почти всю пещеру, заставляя тот потускнеть и ослабить натиск. Но не остановить.
Впрочем, это дало мне возможность по стеночке проползти к проходу и встать позади аватара. Я хотел помочь, но не знал как, всё, что мог, это стоять, сжимая кулаки, да надеяться, что мы сможем как-то пережить происходящее, что у Вигира хватит резерва и сил. Но тут щит божественной воли лопнул, и тьма, покрывавшая шар огня, вскипела. Все еще удерживаемая пожирающим огонь проклятием, стихия местами пробивала пелену, выстреливая протуберанцами, прожигавшими в мгновенно испаряющемся камне огромные глубокие каверны.
А затем очередной пробой накрыл нас.
Я выжил только благодаря теневому покрову, пропустившему смертоносное пламя сквозь моё ставшее неосязаемым тело. Но то я. Вигир или не знал, или не умел подобного, а может, просто не сработал рефлекс, как у меня. Единственное, что он успел, это окутаться тьмою как облаком.
Я зажмурился, а когда открыл глаза, вываливаясь из покрова с насухо выдоенным резервом, то увидел обожжённое, в лохмотьях истлевших одежд, тело аватара, продолжавшее, однако, стоять и ещё больше накачивать силой шар тьмы перед собой, и тот становился всё темнее, постепенно задавливая яростный блеск огня внутри.
Внезапно будто включили звук, и я услышал рвущий лёгкие нечеловеческий полухрип-полувой, который издавал парень покрытыми спёкшейся и трескающейся от крика коркой губами.
А затем шар тьмы сжался и с хлопком исчез, словно и не было здесь бущующего пламени, словно не боролись мы с вырвавшейся на волю неукротимой стихией.
Он всё-таки смог. Додавил, сожрал своей силой всю заложенную в бомбе мощь, не дав ей прорваться дальше этой пещеры. А затем, когда поток силы, хлещущий из его ладоней, иссяк, Вигир покачнулся и начал заваливаться назад.
Подставив руки, не обращая внимания на свои собственные ужалившие болью ладони, я подхватил его тело, показавшееся невесомым, не давая упасть. Замер, держа на весу потерявшего сознание от боли парня, чей рот так и застыл в немом крике на запрокинутом назад лице.
Не знаю, сколько бы я простоял так, с ним на руках, но тут из одной из пробитых всплеском огня каверн выпрыгнуло несколько инквизиторов в гибкой кольчужной броне — я их узнал по разлившемуся в пространстве антимагическому полю. Похоже, отверстие вело в одно из находящихся под управлением подземелий. В том, что такие существуют, я, даже не зная о них, не сомневался.