Талисман любви

— Она очень ответственный и старательный человек и много помогает сэру Говарду. Она мне не подруга, но это не значит, что ты имеешь право унижать ее.
— Подумаешь!.. — воскликнула Ребекка, но он резко оборвал ее:
— Когда ты раздражена, твой голос звучит слишком резко.
Остаток пути они проехали в молчании, и когда машина подъехала к дому ее родителей, Ребекка, не говоря ни слова и не оглядываясь, хлопнула дверцей и зашагала по тропинке. На пороге она все же обернулась и прокричала:
— Надеюсь, сегодня у тебя будет полно этих чертовых пациентов и столько же проблем!
Вернувшись домой, Джина пришла к выводу, что в целом пикник удался, а Уолт с Ребеккой оправдали ее надежды. Девушку удивляло только то, с каким спокойствием отнесся к этому Конрад. Похоже, он был абсолютно уверен в своей невесте.
Теперь Джина знала, что сделала все, что от нее зависело. Через неделю она уже будет в Шотландии и не сможет контролировать развитие событий. Несомненно, человек, чья невеста начинает чересчур интересоваться другим мужчиной, должен что-нибудь предпринять: либо разорвать с ней отношения, либо постараться сохранить их. Так что доктору придется что-то решать...
Джина выпила чаю, приняла душ и, повязав передник, принялась готовить ужин. Чуть позже ей нужно будет уже начинать собирать вещи для поездки.
Девушка снимала кожицу с молодого картофеля, когда раздался звонок в дверь.
На пороге стоял доктор Флетчер. Он держал на руках крохотного чумазого котенка.
  
6
 
Джина взглянула на маленькую пушистую мордочку и подняла глаза на гостя.
— Проходите на кухню, я сейчас принесу полотенце...
Флетчер опустил свою ношу на махровую ткань:
— Прежде чем мы вымоем беднягу, я осмотрю его. Он сидел на обочине дороги. У вас есть какое-нибудь мягкое мыло? И теплое молоко... Он весь просто кожа да кости.
Котенок терпеливо молчал в течение всей процедуры осмотра. Доктор действовал очень аккуратно. Наконец он провозгласил:
— Насколько я вижу, ничего не сломано. Давайте накормим его.
Уже через несколько минут котенок был сыт, и Конрад принялся осторожно расчесывать его пыльную, свалявшуюся шерстку. Вскоре, чистый и сытый, бедолага заснул.
— Коробка! — воскликнула Джина. — У меня есть как раз то, что ему нужно.
Она достала пеструю шляпную картонку, достаточно глубокую и просторную, чтобы стать надежным домиком для зверька, постелила на дно газету и старый шерстяной шарф и вернулась на кухню.
— Я думала, вы дежурите в клинике. — Девушка взглянула на спокойное лицо Конрада. — Если вам нужно ехать за Ребеккой, то можете не волноваться, я позабочусь о котенке.
— Я ехал за вами.
— За мной?! — изумленно произнесла Джина.
— Уже слишком поздно что-то менять. Я предупредил Анни, что задерживаюсь, но мне удалось расправиться с делами в клинике быстрее, чем я предполагал. Поэтому я подумал, что мы могли бы вместе поужинать.
— Вы и я? Но почему? Кроме того, я не могу оставить его одного. — Джина ласково погладила котенка по шерстке.
— Вы серьезно? Тогда мы можем взять коробку с собой.
— Я не это имела в виду. — Джина замялась. — Просто вы удивили меня своим приглашением. Простите, но я не могу пойти с вами. Если хотите — оставайтесь, я приготовлю ужин. К тому же тогда вы сможете убедиться, что с котенком все в порядке.
— Спасибо. Надеюсь, я не нарушил ваших планов?
— Конечно нет. В гостиной, в буфете, стоит бутылка вина. Откройте ее, пожалуйста. Вы любите бараньи отбивные?
— Очень. А где у вас штопор?
Джина крикнула ему из кухни:
— Не могли бы вы потом почистить горошек? С котенком все в порядке? — С миской в руке она вошла в гостиную. — Налейте пока нам вина, я скоро вернусь.
Конрад лущил горох и размышлял. Похоже, Джина не очень удивилась его приходу. Во всяком случае, она встретила его как старого друга, что, учитывая их прежние взаимоотношения, несколько странно... Выполнив поручения, он принес миску на кухню и спросил, чем еще помочь.
 
Картофель уже варился. После пикника осталось немного выпечки, и Джина, завернув ее в фольгу, поставила разогреваться в духовку. В холодильнике есть сливки, прикинула она, так что потом можно будет приготовить кофе. Девушка взяла миску с горохом и попросила Флетчера:
— Накройте, пожалуйста, на стол. Ножи и вилки лежат в верхнем ящике буфета. Как там котенок?
— Все еще спит. Принести вам сюда вина?
— Спасибо. И свой бокал тоже захватите.
Как ни странно, Джина чувствовала себя совершенно естественно и разговаривала с гостем о всякой всячине, вроде рецептов приготовления картофеля. Вскоре они уже ужинали, болтая о том о сем. Дабы не испортить вечер, девушка старалась не упоминать о Ребекке. Что касается Конрада, то он в свойственной ему отстраненной манере обсуждал светские темы. Джина не знала, что и думать об этом неожиданном визите.
— Как поступим с малышом? — спросил доктор, наблюдая за котенком, опустошающим второе блюдце молока.
— Я могу взять его к себе, — ответила Джина, — но только через некоторое время. Я скоро уезжаю отдыхать.
— И что же это за место, куда вы не можете его взять? — шутливо поинтересовался Конрад.
— Шотландия. Боюсь, что по дороге он просто потеряется.
— Тогда, может, котенок до вашего возвращения поживет у меня? Уверен, что ни Чуи, ни Анни не будут против. Когда вы уезжаете?
— В следующую субботу. Я собиралась поехать туда на машине, но это заняло бы пару дней; поэтому я купила билет на поезд.
— Должно быть, очень приятно провести несколько недель в горах в это время года.
— Всего лишь две. Недалеко от Авимора у меня живут дядя с тетей. Их маленькая деревенька Брайтлейк расположена рядом с живописнейшим озером. Вокруг — тишина, а природа просто великолепна.
Конрад, стараясь не выказывать чрезмерной заинтересованности, перевел внимание девушки на котенка, который, видимо, только теперь почувствовал вкус к жизни и начал делать первые попытки самостоятельно умыться.
Они вместе вымыли посуду, и вскоре доктор, осторожно придерживая коробку, собрался уходить. На прощание он поблагодарил Джину за чудесный вечер.
— Не за что, — улыбнулась она. — Полагаю, когда мы в следующий раз увидимся, вы снова будете смотреть на меня, как будто этого вечера не было.
— Боже, неужели я способен на такое? — удивился Конрад. Вдруг он наклонился, поцеловал Джину в щеку и, прежде чем она успела перевести дыхание, уже растворился в темноте ночи.
— Вот я уж, точно, не способна, — пробормотала она, дотрагиваясь до своей щеки. — Похоже, он просто забыл, кто я такая.
Тем не менее этот поцелуй поставил приятную точку в конце вечера.
На следующий день Джина возвращалась вместе с Кристал с утренней церковной службы.
— Вчерашний пикник удался на славу, — сказала мачеха и усмехнулась. — Уолт был рад еще раз увидеться с Ребеккой Трэйвис. Должна заметить, они на удивление быстро подружились. Надеюсь, Конрад не слишком расстраивается? Он должен был это предусмотреть, не так ли, ведь Ребекка просто красавица. Кстати, я приглашена к Трэйвисам на ланч. А что ты делаешь сегодня?
— Буду готовиться к отпуску. На неделе у меня не останется для этого времени, а я планирую уехать рано утром в субботу. Путь предстоит неблизкий.
— Думаю, ты там просто умрешь от скуки. Однажды я ездила туда с твоим отцом. Вся эта статичность, горы и тому подобное... — Кристал поежилась. — На меня все это наводит тоску.
Еще немного поболтав, они распрощались, и миссис Ламберт с улыбкой пожелала падчерице:
 
— Счастливого тебе путешествия, дорогая. Надеюсь, хоть в этом Богом забытом месте тебе удастся встретить достойного мужчину.
Во вторник, как раз перед приходом первых пациентов, в клинике появился доктор Флетчер. Сэр Говард уехал на весь день в госпиталь и оставил для партнера сообщение с просьбой перезвонить ему после четырех часов. Передать записку должна была Джина, которая испытывала некоторую неловкость перед предстоящей встречей с доктором. Она пыталась убедить себя, что это глупо, но поприветствовала его весьма сдержанно и смущенно потупила глаза, когда он остановился около ее стола.