Проходимец по контракту
— Веди себя естественно, — сказала она в напутствие. — Будь самим собой: глазей по сторонам, задавай вопросы. Пусть думают, что ты турист, — таких на Дороге тоже хватает, будь уверен. Главное, нигде не задерживайся: скорость доставки — важнейшее условие. И будь осторожен, ногу не перегружай… — Потом она чмокнула меня в щеку и быстренько ретировалась, оставив меня переваривать полученную информацию.
Все было, на первый взгляд, просто. Если не считать, что я не ощущал себя полноценным Проходимцем и не представлял, как проберусь в нужный мир без посторонней помощи. Плюс — меня волновало то, что моя нога чувствовала себя не так великолепно, как я перед Илоной изображал, и откровенно побаливала, когда я пользовался педалью высоты…
Так, а что это там?
Я постепенно сбросил скорость, увидев впереди нечто вроде небольшого автобазара: автопоезда, автобусы, легковые автомобили самых разнообразных расцветок и форм сгрудились на Дороге и ее обочинах. Да, все-таки на довольно оживленном участке Дороги поселился пан Стах: проехать дальше было просто невозможно. Я остановил «метлу» у крайних машин и снял шлем. Какой-то рыжий парень, сидящий на длинном капоте облупленной развалюхи, напоминающей гибрид трактора «Беларусь» с «Линкольном» шестидесятых годов, лениво повернул голову ко мне, не прекращая сосредоточенно двигать челюстями.
— День добрый, что за пробка? — вежливо поинтересовался я, не зная куда деть снятый шлем.
Парень смерил меня взглядом от кроссовок на ногах до довольно-таки объемной ярко-красной куртки, абсолютно игнорируя мое лицо. Эту куртку меня заставила надеть Илона, так как, по ее словам, в мире, куда я должен был доставить груз, было очень холодно. Теперь я понимал, что именно эта куртка была причиной невыразимо кислой мины появившейся на веснушчатой физиономии парня.
— Не пускают в Проезд, — сцедил он через пухлую губу, откусил солидный кусок от какого-то серого свертка, что держал в правой руке, и отвернулся, видимо посчитав, что осчастливил меня достаточной информацией.
Впрочем, когда я снова оседлал «метлу» и повел ее в обход «трактора», он проводил меня пристальным взглядом и даже жевать перестал, что говорило о его немалой заинтересованности.
Мне пришлось дать хороший крюк по какому-то полю, чтобы обогнуть скопище машин и добраться до шлагбаума, перекрывающего Дорогу. Оставалось только надеяться на то, что примятые силовым полем «метлы» ростки снова поднимутся и все-таки принесут урожай. И желательно, чтобы хозяева поля не узнали, что это я тут прокатился. По крайней мере я надеялся, что это не они стояли у шлагбаума непоколебимым утесом, о который разбивались волны возмущения целой толпы водителей. Центром этого утеса, состоящего из мрачных здоровенных мужиков с какими-то стволами в руках, был пузатый человечек небольшого роста. Суетливым переевшим бакланом он голосил в ответ на шум народных волн, но уважения у них, похоже, не вызывал, и только присутствие пушек в руках мрачных охранников сдерживало возникновение пены монтировок на прибое шоферского негодования.
— Я же объясняю: нельзя туда, там чрезвычайной опасности ситуация! — голосил толстопузый баклан. — Подвижка льдов, понимаете? Лавины, понимаете? Буран ужасной силы! — Прибой ревел ему в ответ, заставляя повышать резкость горловых птичьих криков. — Вот через сутки уляжется все, проверим сохранность Дороги и — милости просим!
Вот сутки меня совсем не устраивали: Илона подчеркивала, что важна именно быстрота доставки посылки, и мне очень не хотелось ее подводить.
— Какая сохранность Дороги, гнида?! — выкрикнул из толпы длинный тощий парень, вызвав у меня ассоциацию с Саньком. — Все знают, что Дороге все нипочем: хоть война, хоть землетрясение! Небось пошлину за проезд хотите повысить!
Водительский прибой согласно зашумел:
— Верно!
— Вы нас пустите, а мы там сами разберемся, что там за буран и лавины!
— Да по какому праву вы тут вообще распоряжаетесь?!
Я, остановив «метлу», снял шлем, затем сполз, морщась от боли в ноге, с сиденья, расстегнул свою злосчастную куртку и подошел к седому плотному мужику, сидящему на широкой подножке до боли знакомой мне кабины «КамАЗа». Мужик неторопливо попыхивал сигареткой, словно ему и дела не было до бушующих рядом стихий.
— Давно с Земли? — спросил я его.
Шофер охватил меня неторопливым взглядом прозрачных глаз, достал пачку сигарет.
— Кури.
— Спасибо, не курю. У нас в регионе курить — заводам помогать дымить.
Мужик кивнул, убрал пачку обратно во внутренний карман замасленной джинсовой куртки.
— Не пропустят? — спросил я его через пару минут созерцания все той же картины: волны ревут, баклан голосит, утес неприступен.
— Эти-то? — Мужик пожал покатыми плечами. — Нет. Даже силы тратить не стоит. Эта банда давно здешний Проезд контролирует, когда нужно — перекроет, когда нужно — разрешит… — Мужик снова окинул меня взглядом, перевел глаза на «метлу». — А ты… тоже с Земли, что ли? Непохож.
Я развел руками.
— А я и не претендую. Лучше скажи, можно как-то обойти этих… — я ткнул пальцем в сторону утеса, — гаишников? А то орут, орут, а до дела не доходит…
— А ты не из Братства?
Я промолчал, не зная как лучше ответить.
Мужик кивнул своим мыслям, потом нагнулся вперед.
— Смотри, — его толстый крючковатый палец с монументальным ногтем завис в направлении шлагбаума. — Видишь заборы вдоль Дороги? Где-то за пару сотен метров от шлагбаума начинается Проезд. Вот только вон на том внедорожнике, за шлагбаумом, стоит пулемет, вон он — тряпкой прикрыт, и всякий, кто туда сунется, — получит порцию свинца. А водилам что? Добраться и доставить груз в срок нужно, но важнее — себя и транспорт сохранить. Так что если ты умный, то попробуй туда прорваться, а мы тут все на это посмотрим и даже выпьем потом за твой упокой. Ясно?
Мне все было ясно. Я отошел назад к «метле» и достал из кармана что-то вроде небольшого диска с кнопками — врученную мне Илоной рацию. Нажал нужные кнопки.
Илона отозвалась практически сразу, словно сидела перед рацией и ждала.
— Что у тебя?
Я описал настоящую ситуацию и услышал какое-то сдавленное слово в ответ. Надеюсь, это было не очень грубое местное ругательство.
— Слушай, ничего не делай, хорошо? — Илона явно волновалась, от чего в ее голосе появились металлические нотки. — Я постараюсь как можно быстрее подъехать. Может, авторитет отца…
Я пошевелил мозгами.
— Другого Проезда в тот мир… «Севемыр» нет?
— Сивей-ми-ир. Проезды есть, только тебе придется делать такую петлю по промежуточным мирам, что и за месяц не обернешься. Потому-то через этот Проезд столько транспорта и идет, что удобный маршрут.
Я помолчал секунд пятнадцать.
— Срок горит, да?
— Не то слово, — выдохнула Илона. Создавалось впечатление, что она куда-то бежит, скорее всего: спешила в гараж за машиной. — Ума не приложу, с какой стати эти придурки перекрыли Проезд? Если только… они не пытаются помешать доставке нашей посылки, не зная кто именно ее повезет.
— Илон, это действительно так важно?
— Ты это к чему? — подозрительно спросила она, и я услышал в динамике рации, как она захлопнула дверцу машины, в которую села. — Подожди, Алексей… не вздумай что-то делать, слышишь?!
— Оператор, наверное, плохой, — сказал я, обращаясь в пространство, и выключил рацию. — Связь никуда не годится, типа нашего «Лайфа»! Эх, мотоцикла-заморская, теперь нужно что-то делать, пока еще дурость меня захлестывает!
Я застегнул курточку, проверив кобуру с «Гюрзой» под мышкой. Уселся поудобнее на «метлу», надел шлем. Седой мужик с внимательным интересом наблюдал за мной от своего «КамАЗа».
— Ну, Господи, благослови! — пробормотал я в шлем, делая широкую дугу по несчастным посевам.
Еще раньше я заметил довольно-таки покатую корму одной массивной колымаги весьма оригинальных обводов и теперь, разгоняя «метлу» до умопомрачительной скорости, сосредоточился именно на ней, позволив себе только раз обернуться и посмотреть на буквально плещущую из-под днища землю пополам с зеленью. «Простите меня, хозяева, я вам весь свой гонорар после отдам за ущерб!»