Не забывай мою любовь
– Для меня вы всегда будете мисс Каролайн. – Он усмехнулся. – Хотя вы давно выросли… и уже замужем и вы – директор в этом вашем аукционном доме. – И в ту же секунду на его лице появился испуг. – Простите. Я не хотел упоминать о вашем браке. Нетактично с моей стороны.
Она пожала плечами и сделала вид, что слово «замужем» не обожгло ее болью. Они с Джеком не живут вместе уже пять лет, поэтому «брак» – это не про них, хотя официально это так.
Каро заговорила на другую тему:
– Пол, аукционный дом не мой. Я просто там работаю. – Сделав вдох, она перестала подбирать вилкой сладкие крошки на тарелке. – Отец оставил мне все, Пол. Все!
У Пола отвисла челюсть. Он уставился на нее и обмяк на стуле:
– Ну и ну…
Удивление Пола было ей понятно. Ее натянутые отношения с отцом – и это весьма мягкое определение – не были секретом.
Пол выпрямился:
– О, это хорошие новости, мисс Каролайн. Более чем хорошие. – Он улыбался и от волнения прижал руку к груди. – Мне нужно кое в чем вам признаться. Я припрятывал разные безделушки… ценные, но ничего такого, что ваш отец заметил бы. Я подумал… Ну, я подумал, что вам они понадобятся в дальнейшем.
Боже мой! Пол воровал у ее отца? Если бы он знал, что отец исключил Барбару из завещания, потому что считал ее виновной… Ох! А если Барбара узнала бы, что делал Пол…
Каро в ужасе закрыла глаза:
– Пол, ты угодил бы в тюрьму, узнай про это отец!
– Но ведь ничего страшного не произошло, правда? Я хочу сказать, что раз вы унаследовали состояние, то мне не нужно придумывать, каким образом… вернуть вам эти вещи. Они по закону ваши. – Улыбка исчезла с лица Пола. – Я вас расстроил?
С чего ей расстраиваться? Никогда никто ради нее не ставил под угрозу свое благополучие.
– Нет… просто я испугалась, что могло произойти, – соврала она.
– Вам больше не надо волноваться из-за всяких «что» и «если».
Может, и так, но тем не менее ей предстоит найти способ, как все уладить.
– Будет справедливо, если я поделюсь состоянием с Барбарой.
У Пола вырвался прерывистый вздох, и он задумчиво оглядел кухню:
– Вы продадите старый дом?
Зачем ей особняк в фешенебельном районе Мейфэр? Она понимала старого дворецкого – этот дом был домом Пола. Она вдруг вспомнила, что отец в завещании не упомянул его. Ну, это упущение она быстро исправит.
– Не знаю, Пол, но мы что-нибудь предпримем. Обещаю, ты не останешься без гроша в кармане. Ты, Барбара и я – мы семья.
Пол хмыкнул:
– Странная получается семья.
Она хотела возразить, но не стала и лишь кивнула. Все правда, так оно и есть.
– Вы переночуете, мисс Каро?
Господи, Пол расчувствовался, раз называет ее мисс Каро.
Она вымученно улыбнулась:
– Да, пожалуй, останусь на ночь. – В особняке на Мейфэр у нее была своя комната, хотя она снимала маленькую квартирку в южной части Лондона в Саутуорке.
– Надеюсь, что Барбара… что смогу с ней поговорить.
И успокоить мачеху – по крайней мере, относительно ее будущего материального положения.
– Миссис Филдинг не стала завтракать, – зловещим тоном произнес Пол на следующее утро, когда Каро наливала себе кофе.
Она тяжело вздохнула. Прошлым вечером Барбара отказалась разговаривать с ней. Каро пыталась успокоить мачеху через запертую дверь, но Барбара включила на полную громкость музыкальный центр с записями эстрадной музыки – той, что любил отец.
– Наверное, вас обрадует, что ночью она все же приготовила себе поесть.
Это уже кое-что.
– О, мисс Каролайн! Вам обязательно надо поесть до ухода на работу, – сказал дворецкий, когда она встала из-за стола.
– Пол, со мной все в порядке, не волнуйся. – Аппетит к ней вскоре вернется. – Сегодня утром я должна показать Фредди Соумсу очень необычную табакерку. – Она положила табакерку в отцовский сейф – теперь ее сейф – вчера перед чтением завещания. – После этого я буду свободна и постараюсь поговорить с Барбарой. – У Каро, как у директора «Верту» – отдела серебряных изделий и прикладного искусства аукционного дома Ричардсона, одного из ведущих в Лондоне, – не было определенного рабочего графика.
Она шла в кабинет отца, Пол трусил за ней.
– Позаботься о Барбаре, хорошо? – попросила она дворецкого.
– Как пожелаете.
– Да, я желаю. – Каро подавила усмешку. С тех пор как Пол увидел, что Барбара убирает в стенной шкаф портрет первой миссис Филдинг, он ее возненавидел.
Каро ввела комбинацию цифр в сейфе, дверца раскрылась и… Каро заморгала, прищурилась и провела рукой по пустому пространству.
Сердце дико заколотилось.
– Пол, скорее скажи, что у меня галлюцинация. – И почти выкрикнула: – Пожалуйста, скажи, что сейф не пустой!
Пол подошел и заглянул внутрь.
– О господи! – Он вцепился в дверцу сейфа. – Неужели нас обворовали?
На полу у ее ног что-то блестело. Каро нагнулась и подняла бриллиантовую сережку. Ее охватил ужас. На лице Пола отразилось то же самое.
– Барбара, – произнесла она.
– Миссис Филдинг, – одновременно с ней сказал Пол.
Каро прижала руку к груди, чтобы сердце не выскочило наружу.
– Выходит, она все-таки воровала драгоценности, – сказал Пол.
– Пол, она вправе их взять. Отец отдал мне мамины украшения, когда мне исполнился двадцать один год.
Пол в ответ фыркнул.
– Но мне абсолютно необходимо сейчас же найти эту табакерку.
Каро бегом поднялась в спальню Барбары. Пол не отставал.
– Барбара? – Каро постучала в дверь.
– Каро, пожалуйста, оставь меня в покое.
– Я на минуту. – Каро задыхалась от волнения. – Видишь ли, из сейфа пропала одна вещь.
– Украшения принадлежат мне!
– Да, я знаю. Но я не об украшениях.
Дверь слегка приоткрылась, и в щелке появилось лицо Барбары с покрасневшими от слез глазами. Каро стало ее жалко.
– Ты обвиняешь меня в том, что я что-то украла? Ты считаешь меня воровкой?
– Нет, что ты. – Каро подавила панику. – Барбара, те украшения принадлежат тебе… они меня не интересуют. Вчера я положила в сейф маленькую вещицу – это серебряная с эмалью табакерка вот такого размера. – Она развела ладони на три дюйма. – Через час я должна показать табакерку возможному покупателю.
– Не видела я ничего подобного и ничего не брала.
– Я не говорю и даже не предполагаю, что ты это сделала умышленно, но, возможно, случайно табакерка попала к тебе вместе с украшениями. – Каро скрестила пальцы за спиной. – Я очень на это надеюсь. Проверь, пожалуйста. Прошу тебя.
Барбара распахнула дверь и мелодраматичным жестом указала на кровать:
– Смотри сама. Вот то, что я взяла из сейфа.
Кровать выглядела так, будто на ней не спали.
Каро вошла в комнату. На покрывале лежали бриллиантовое колье, нитка жемчуга, кулон с сапфиром, серьги и брошки, но табакерки там не было.
– Ее здесь нет, – сказал Пол, он тоже нагнулся и внимательно рассматривал украшения.
– Если… если я не найду эту табакерку, то… лишусь работы, – выдавила Каро.
Она не представляет, как будет жить. Аукционная сфера для нее станет табу.
Каро взяла себя в руки.
Барбара вывалила содержимое своей сумочки на кровать и похлопала себя по бокам:
– Убедись – я не брала твою чертову табакерку! Хочешь обыскать всю комнату?
Каро едва не крикнула: «Да!»
Взгляд упал на маленькую фотографию в рамке, выпавшую из сумки Барбары, – это была фотография отца. У Каро сдавило грудь. Как он мог так обойтись с Барбарой?
– Барбара, ты совсем не спала?
У Барбары задрожала нижняя губа, и она махнула рукой на кушетку:
– Я не хотела спать в постели, где мы спали вместе…
Каро сжала ей руки:
– Он любил тебя.
– Я не верю. После вчерашнего…
– Я хочу разделить состояние пятьдесят на пятьдесят между тобой и мной.
– Это не то, чего хотел он.
– Он был дураком.
– Ты не должна так говорить о нем. – Барбара выдернула руки. – Если ты закончила…