У чёрта на куличках (СИ)

Движимая упрямством, я припала глазом к щели, но в темноте сарая ничего толком не рассмотрела. Какие — то ящики, может, с ненужным хламом? Или Семеныч подпольный миллионер и прячет тут нажитое богатство? Как в «Двенадцати стульях»!
Хмыкнув, я оставила сарай в покое и направилась на лужайку, где паслись коровы. Животные равнодушно окинули меня глазами навыкате и продолжали жевать траву. Увидев, что кто-то встал рядом со мной, я обернулась.
Денис, опершись руками об изгородь, смотрел на коров, улыбаясь.
— Хочешь свежего молока, кошка?
— Скажи еще, что мне нужно подоить корову! — засмеялась я, приняв его предложение за шутку.
Но Дэн и не думал шутить. Ловко перепрыгнув через заборчик, он снял крынку, висевшую на гвозде, и деловито присел рядом с самой толстой черно — белой коровой. Она стояла смирно, сосредоточенно пережевывая свою жвачку, и позволила парню подоить себя, словно была с ним давно знакома.
У меня глаза на лоб, наверное, полезли от такого зрелища, потому что Денис, подмигнув мне, быстро покончил со своим занятием и поднес мне ведро, в котором плескалось вкусно пахнущее молоко.
— Держи, Лиса, учись, пока я добрый!
Интересный субъект, однако… Многогранная натура. Чем он, блин, по жизни занимается?
— Дэн, почему — то у меня такое чувство, будто ты бываешь тут гораздо чаще, чем говорил, — взяв из его рук ведро, я с наслаждением хлебнула парного молока. Затем поставила ведро на землю.
— Ты не ошиблась, дядя Паша это тот человек, о котором я тебе рассказывал. Он помог мне выбраться из того болота, в которое меня засосала однажды жизнь.
Я не совсем поняла, смысла его слов, но пояснения не потребовались. Утерев ладонью белые усы с моего лица, Дэн продолжал, протянув мне руку и приглашая пройтись.
— Когда мне было семнадцать, я сбежал из детдома. Хотел вкусить свободы, связался с плохой компанией и все больше падал вниз, на самое дно. Мы жили в заброшенных домах, воровали еду у торговцев на рынке и обкрадывали пассажиров маршруток, прикидываясь чьими-нибудь детьми.
— Какой ужас… И тебя не нашли, те, из детдома?
— Искали. Но мы были хитрее. Вообще беспризорники народ хитрый, их обвести вокруг пальца невозможно, а вот то, что они сделают это с любым горожанином, не подлежит сомнению. Когда нам наскучили «милые» забавы с мелким хулиганством, мы решили иметь настоящий, крупный куш. Один из мальчишек, самый старший, ему было тогда девятнадцать, разузнал, что якобы на одной из дач в элитном поселке хозяин хранит бешеные бабки. Мы залезли в его дом, обшарили каждый закоулок, но никакого сейфа или чего-то похожего не обнаружили. Пришлось сворачивать вечеринку, уносить ноги, так как за окнами светало. Перелезая через забор, кто — то из парней задел сигнализацию. Все успели смыться, а я замешкался, увидев, как из соседнего участка выскочил здоровенный мужик, у него в руках была двустволка. Я так и остался сидеть на заборе, боясь шелохнуться. Сосед оказался знаком с хозяином дачи, он не стал вызывать милицию, а позвонил ему и сдал меня так сказать с рук на руки. Вопреки, моим опасения, мужик не начал отчитывать меня за содеянное или грозиться посадить за решетку.
Я лишь округлила глаза, слушая его откровения.
— Он поинтересовался, давно ли я промышляю воровством, а потом отвел меня в дом, накормил и предложил пожить у него. За те четыре года, что я находился при нем, моя жизнь круто поменялась. Когда-то у него был сын моего возраста, его зарезали при разборке на зоне. Как ты догадалась, мой благодетель проникся ко мне симпатией и почитал за собственного сына. Он оплатил мое образование, купил квартиру в Москве и я по гроб буду благодарен ему за это. А я стал его правой рукой во всех делах, естественно, негласно.
Услышанное поразило меня настолько, что я замерла на месте, крепко стиснув руку Дениса.
— Семеныч… Он ведь никакой не егерь?
Молчание Дениса совсем не пришлось мне по вкусу, но только я раскрыла рот, чтобы спросить еще раз, он улыбнулся:
— Считай дядю Пашу просто хорошим человеком. Пойдем, приберешь в доме, а мы с ним попытаемся вытащить мою машину.
Его объяснение меня не слишком удовлетворило, но пришлось поверить на слово. Марфа, та самая, о которой упомянул накануне Семеныч, оказалась неразговорчивой женщиной средних лет. По ее повадкам я решила, что она коренная деревенская жительница.
Весь день мы провели вдвоем, я подмела в избе и полила цветы в кадках, а она постирала мой костюм и приготовила ужин. Мужчины возвратились поздно, когда уже стемнело. Джип Дэна притаранили на внедорожнике дяди Паши (увидев который, я снова пришла в удивление). «Чероки», конечно, представлял собой жалкое зрелище, но Дэн только усмехнулся, обмолвившись, что это не проблема.
Поужинав, мы разошлись по комнатам, ибо как заметил Денис, утром ему нужно было вставать рано, чтобы отправляться в город и решить мои дела. Не очень — то хорошие, со вздохом подумала я, проснувшись от того, что кто-то настойчиво тормошил меня за ногу. Открыв глаза, я в ужасе подпрыгнула на кровати и заорала не своим голосом.
На моей постели сидел какой-то уродливый карлик, глядя на меня круглыми глазками — пуговками. От моего крика он тоже напугался, отпрянул, едва не скатившись на пол. Придя в себя от изумления, я с опаской попятилась, прикрываясь одеялом.
— Ты кто?! Какого черта тут делаешь?!
«Карлик» деловито снял с лица жуткую маску и укоризненно глянул на меня смеющимися голубыми глазами.
— Я Антошка, а ты кто? Ты что так кричала, это же просто маска! — в подтверждение слов мальчишка (которому на вид было лет семь, очень симпатичный, белокурый) показал мне резиновую чудовищную физиономию.
— А я Лиса. Как ты меня напугал! — возмутилась я, нервно рассмеявшись.
— Дед Паша запретил мне сюда заходить сегодня, я подумал, что тут у него оружие спрятано. А ты гостишь у него?
— Вроде того… — улыбнулась я мальчишке, и тут же опомнилась, — чего спрятано?!
— Антон, ну и где ты, нам уезжать пора! Живо в машину!
Недовольный голос из-за двери заставил Антона соскочить с кровати и ринуться к двери. Там он обернулся, подмигнул мне и натянул свою маску на лицо.
— Пока, Лиса, меня папа зовет!
Упав на подушки, я выпустила воздух из легких и захохотала, как ненормальная. Когда на пороге появился Дэн, я все еще смеялась.
— А, вижу, наш архаровец уже побывал тут? Ты как, жива, кошка? От твоего вопля все коровы разбежались по двору!
— Боже… Кто это был? — с трудом выговаривая слова, спросила я, вылезая из теплой постели.
— Да приезжали к Семенычу знакомые. Алис, мне ехать надо, ты скажи, что тебе из вещей привезти, я куплю.
Я недоуменно оглянулась на него, попутно натягивая джинсы и посчитав, что стесняться уже лишнее. Все мои прелести он смог еще вчера в бане рассмотреть.
— Купишь? Дэн, ты что, не надо! — запротестовала я, — лучше позвони Светке, объясни ей коротко, где я, пускай она заскочит ко мне на квартиру и привезет мою одежду. И деньги, она знает, где они лежат.
— А если эта твоя Светка не поверит мне?
— Она может, — вздохнула я, обдумывая, как убедить подругу в том, что я жива и невредима, — а давай я ей послание напишу на своем мобильном, ты ей передашь.
— Напиши на листе, она же твой почерк узнает. Мобильный пока не свети, засечь могут на локаторе.
Он сунул мне свою записную книжку и ручку. Быстренько описав суть проблемы, я отдала свернутую записку Дэну и мы вышли во двор. Семеныч стоял у калитки, глядя на тропу, по которой уносилась синяя иномарка. Денис посмотрел на меня.
— Я вернусь дня через два, самое крайнее, через три. Жди свою подругу сегодня к вечеру, постараюсь связаться с ней и убедить навестить тебя.
— А как она дорогу-то найдет? — заволновалась я, помятуя о нашем приключении.
— Есть у меня надежный паренек, отвезет он ее. Ну, все, до скорого, кошка!
Я кивнула, мыслями уносясь туда, где Светка, наверное, с ума сходит, гадая, куда я пропала. Блин, еще папеньке надо бы позвонить, не то он с меня шкуру спустит!