Вороны Чернобога (СИ)

- Скажу честно, - насмешливо ответил ей Данияр. - Не знаю, что нас может ожидать в посёлке, но дачный участок Мрака защищён от проникновения в него любой нечисти или нежити. - И обратился к парнишке-ворону: - Митя, теперь, когда ты рассказал нам основную историю, попробуй вспомнить все детали, связанные с тем вороном, которого ты видел в Нави. Что-то меня зацепило в твоём рассказе, но что…
- Подожди-подожди! - вдруг заторопилась явно чем-то удивлённая Карина.- Данияр, ты так говоришь о Нави, будто это отдельная… страна? Земля? Но ведь это был всего лишь сон! А ты говоришь о Нави так, словно она существует!
- Навь не страна. Навь - это мир. У него свои законы и своя жизнь.
- Но почему…
- Карина, ты приняла на веру сны Мити, в которых он видел наш город. Придётся принять и виденную им Навь. Виденную наяву. Ведь это место отличается даже от леса, в котором за ним гонялись упыри!
- Да, но и упыри в первом сне гонялись за ним по лесу, а он-то в лес не ходил!
- Леса не было, - подтвердил Данияр. - Был лесопарк, в котором прятался один из упырей. Во сне Митя видел именно лесопарк. Митя, что с тобой?
- Щас, - пробормотал парнишка-ворон, уставившись в боковое окно. И нервно сглотнул: - Щас.
- Что с ним? - удивилась Карина.
Но юный ворон продолжал бормотать:
- То есть… Если я в следующий раз напьюсь, а вы меня не вытащите… Или вас рядом не будет… Я останусь там навсегда? Со всеми этими скелетинами и змеюгами? - И намертво замолчал, хлопая не сосредоточенными ни на чём глазами.
- Дошло, - спокойно констатировал Данияр.
После недолгого ошарашенного молчания спросил Александр Михайлович:
- Данияр, а… там выжить можно?
- Если успеешь набраться опыта, - отозвался тот. - Но это будет не жизнь, а вечное соревнование, кто кого успеет сожрать первым. Или подмять под себя, чтобы сделать своим рабом или, помягче, прислугой.
- Откуда ты это знаешь?
- Мрак пару раз посылал меня туда. Он умеет делать это и без спаивания.
- Зачем?! - с ужасом спросила Карина.
- Чтобы я знал, что Навь - это такая же реальность, как, скажем, далёкий от нас Берлин. Или Лондон. Мы же в них тоже не бывали, но в их существование верим, - несколько насмешливо сказал Данияр.
- И ты уходил туда, как Митя?
- Нет, я уходил полностью, так как был в сознании, в отличие от него.
В машине притихли, хотя Руся, поглядывавшая на всех исподтишка, догадалась, что спрашивать хочется всем же и много. Данияр же вспомнил, что ехать осталось недолго, и снова попросил:
- Митя, расскажи ещё раз.
- Да ничего я там рассказывать не могу больше! - с досадой ответил парнишка-ворон. - Всё уже рассказал! Просто я с перепугу много чего не увидел и не запомнил.
- Ладно, последний раз спрошу - и больше не буду беспокоить. Тот ворон, к которому скелет пошёл, он далеко от тебя был?
- Да нет, не очень. Как около дома. Расстояние между двумя подъездами.
- Понял, - сказал Данияр и замолчал намертво. А Руся втихаря покосилась на него: нашёл то, что его зацепило, пока Митя впервые рассказывал про своё попадание в Навь? Чего молчит? Мог бы и сказать…
Впрочем, уже подъезжали к дачам, хлопотливо рассыпавшимся по нескольким холмам, и тут спохватился Александр Михайлович.
- Данияр, а здесь есть, где поставить машину? Или можно будет загнать её на участок Мрака?
- Нет, участок у него точно не под машину, - покачал головой ворон. - Мы оставим её возле дома правления товариществом. - И улыбнулся. - Там обычно две-три машины стоят всю ночь. Поставить надо будет рядом, а потом, когда выйдем, я положу в машину оберег, отводящий глаз. Машину просто никто не заметит до утра. И даже далее.
- Покажешь, как это делать? - азартно поднял голову Митя.
- Нет, не покажу. Сначала научитесь делать такие обереги, а потом - покажу.
- А почему не сразу? - спросил неугомонный парнишка-ворон.
- Свои обереги я никому не доверяю.
Пока ехали краем дачного посёлка, Руся сунулась носом к окну. В прошлую, утреннюю, поездку она не очень всматривалась в это место. Мельком она вспомнила, что посёлок очень старый, а потому домишки-будки и сараюшки перемежались с добротными постройками из кирпича, а кое-где торчали двухэтажные дома - настоящие коттеджи.
Обещанное Данияром правление размещалось в двухэтажном деревянном доме. Руся видела его утром. Слева от крылечка и правда стояли три машины, причём с краю оставалось место ещё для двух. Александр Михайлович остановил машину на одном из них, впритык к ближайшей, как скомандовал Данияр, и все вышли, как-то машинально стараясь вести себя тише: приехали тут! На чужое место свою машину поставили!
Руся улыбнулась: вся их компания словно шайка напроказивших подростков!
С громадным интересом ждали, что такого колдовского сотворит ворон, чтобы их машину никто не заметил. Больше всех был разочарован Митя: Данияр положил под “дворники” чужой и “своей” машины по камешку-голышу и что-то прошептал сначала в одну сторону. Потом - в другую.
- И всё? - обескураженно сказал парнишка-ворон.
- Всё, - спокойно подтвердил Данияр.
- Но мы видим! - настаивала Карина.
- Вы вороны, - напомнил Данияр. - А у меня расчёт на обычных людей.
Сразу за правлением, за здание которого повёл Данияр компанию, нашлось две дороги: одна асфальтированная, двум машинам еле-еле разойтись; другая, справа, - узкая тропа, слегка присыпанная битым кирпичом. Пока ещё светло. Но трава у заборов уже темнела в сумеречных тенях.
Данияр почему-то замедлил шаг, не успев свернуть на тропку, хотя по его движению было понятно, что он намеревался свернуть именно направо. Невольно замерли и остальные, машинально оглядываясь. Удивлённая Руся подошла к Данияру взяться за его руку. Он быстро глянул на девушку, но ничего не сказал, снова застыв на месте. И вот тут-то она сообразила, что не оглядываться надо, а прислушиваться.
В посёлке тяжелела странная тишина.
Нет, звуки-то раздавались, но как-то маловато для августовского вечера на дачах. В основном пересвистывались птицы - и то редко. Руся ожидала услышать позвякивание вёдер, глухой стук лопаты о землю на грядках, негромкий говор, смех и переклик соседей по участкам, звонкий собачий лай сразу в нескольких местах - то есть ожидала услышать всё то, что слышала утром. Светло же ещё, пусть солнце и оседает в кустах и деревьях. А тут… Шелестела трава и кусты из-за небольшого ветра. Перешёптывались листья на деревьях. И ни одного человеческого голоса. Собачий лай слышался, но так, словно собак заперли в домиках.
Где-то недалеко взвыл мотор мотоцикла. Но не воинственно, как утром, а словно в панике. Рокот быстро удалился и пропал.
Ничего не говоря, Данияр медленно, насторожённо вертя головой по сторонам, зашагал к тропке - за ним Руся, будто забытая им, но всё ещё ведомая за руку. Оглянувшись на первом же повороте, убедилась, что Александр Михайлович тревожно погоняет молодых воронов впереди себя, замыкая процессию.
Не сделав и десятка шагов, Данияр обернулся.
- Обереги на всех?
Вороны только переглянулись и закивали.
А ещё через пять минут осторожного хода по тропке, которая по краям уже чернела из-за закрытых кустарником заборов, встревожилась и Руся. Почему она не видит нечистиков? Ну ладно - духи светлого дня. Им сейчас уже что-то вроде как спать пора. Но где нечистики? Эти-то, насколько она сообразила, могут действовать и днём, и ночью! Куда они подевались? Хотя это всего лишь тропка… Не всегда им тут гулять…
В незаметную калитку первой прошмыгнула Руся, как человек, который уже знает, куда идти. Следом за ней Данияр пропустил остальных, а затем тщательно закрыл калитку и вошёл в домик. Митя уже сидел на кровати, где только что лежала гитара, и пытался тренькать на ней, крепко зажимая струны и удивляясь, какие они тугие. Аккорды, которые он пытался озвучить, у него не получались. Александр Михайлович посмотрел и негромко, но пренебрежительно сказал: