Золотая лихорадка

– Или стуканул кто из работяг, или он тебя на понт берет, – поразмыслив, сделал вывод Филатов. – Одно ясно: теперь они с тебя не слезут. Уехать сможешь?
– Так вот я и хочу уехать, но выпустят ли? Дело в том, что Потехин, по слухам, местными бандитами командует. Помоги, Юра!
– Для того и приехал. Подожди, я переоденусь.
В боковушке Филатов снял рабочую одежду, натянул теплую кожаную куртку и вернулся в горницу. Вероника стояла у стола, на котором Филатов с удивлением увидел тяжелый пистолет.
– Это от Степана осталось, – пояснила она. – Говорил, мощное оружие. Забирай.
– Да, «стечкин» гораздо мощнее «вальтера» будет, – сказал Филатов, проверяя грозный двадцатизарядный пистолет, бьющий на сто пятьдесят метров. – Хорошая пушка. Жаль, Степана не спасла... Ну, дай бог, тебя спасти поможет. Как едем?
– Меня сюда на машине Степанов друг привез. Он и в город отвезет, а дальше придется на автобусе до Магадана. К сестре поеду, что ж делать...
– Деньги-то есть? А то могу помочь, у меня сумма немалая с собой.
– Понимаешь, Степина заначка спрятана... там, где и остальное. У меня только до Москвы добраться...
Филатов молча достал из тайника, устроенного за печью, толстую пачку банкнот.
– Возьми.
– Спасибо, Юра, – произнесла женщина. – Долг ты сам себе вернуть сможешь. Слушай внимательно. На юг из города идет дорога. Она, правда, не всегда проходима, но добраться, если машина хорошая, можно. В ста километрах, у скалы, – поворот в лес. Пешком придется идти четыре километра. Там когда-то был небольшой лагерь для политзаключенных, золото они добывали. Там, в бывшем овощехранилище...
– Понял, Ника, найду, если нужно будет, – пообещал Филатов, когда женщина подробно описала, где найти спрятанное покойным мужем золото. – Теперь нам пора ехать.
... В переулке на окраине Сусулена, «мазду», за рулем которой сидел молчаливый пожилой мужчина, остановил милиционер.
– Выходите, – скомандовал он. – Мне приказано доставить гражданку Власову в отделение.
Филатов вышел из машины, подав Веронике знак оставаться на месте.
– Документы предъяви, лейтенант, – спокойно сказал он.
– А ты кто такой? – вытаращил глаза милиционер. – Я тебя...
– Что ты меня?
Лейтенант взмахнул рукой, и тут с двух сторон из распахнувшихся калиток в заборах, окружавших переулок, вывалились человек шесть одетых в штатское мощных парней.
– Вот что я тебя! На землю! Руки за голову! – заверещал представитель закона.
Филатов сориентировался мгновенно. «Стечкин» будто бы сам очутился в его руке, и через четыре секунды четверо нападавших оказались на земле. Оставшиеся открыли стрельбу из пистолетов. Из-за забора заговорил автомат. Посыпались стекла «мазды».
Филатов в прыжке оказался за спиной лейтенанта, который все никак не мог достать из кобуры пистолет, и оглушил его рукояткой. Подхватив падающее тело и прикрывшись им, как щитом, он несколько раз выстрелил в сторону нападавших, которые залегли за машиной, а потом отбросил лейтенанта, в которого одна за другой вонзились несколько пуль, и бросился на землю. Сказалась выучка десантника: два раза ему пришлось нажать на спуск, и две головы оставшихся бандитов уткнулись в землю. Они были хорошей мишенью, прекрасно просматривавшейся из-под днища машины. Оставался еще один, с автоматом, продолжавший из-за забора поливать свинцом переулок. Филатов, на счастье, оказался в мертвой зоне и, ползком обогнув автомобиль, подобрался к калитке. Подобрал ноги, присел на корточки, распрямился, как пружина, и буквально вынес левым плечом калитку, стреляя на ходу в сторону автоматчика.
Веер пуль прошелся над головой десантника, и автомат умолк. Последнее, что услышал Филатов, был звон осыпающихся оконных стекол. Все нападавшие были мертвы.
И только тогда вдали послышался звук милицейской сирены.
Филатов оглянулся, мгновенно спрятал пистолет в пустую собачью конуру и метнулся к машине. Водитель был мертв – пули разворотили голову. Вероника лежала, откинувшись, на заднем сиденье. Она еще дышала. Филатов открыл дверцу, услышал за собой скрип снега под ногами бегущего человека, но не оглянулся, наклонившись к Веронике.
 
– Забери золото... Чтобы им не досталось, – прошептала Вероника. – Будь оно проклято, это золото...
Это были ее последние слова.
Филатов бережно опустил тело на сиденье и выпрямился. За спиной стоял мужик в форме сержанта милиции, вылезший из снабженного мигалкой и сиреной джипа. Он явно слышал последние слова Вероники. Со стороны города появилась еще одна машина, из которой вылезли четверо стражей порядка. Потехина среди них не было.
К Филатову, держа в руке пистолет, подошел пожилой майор.
– Оружие на землю!
– Нету у меня оружия, – сказал Филатов.
– Что здесь произошло?
– Не знаю. Мы ехали в город, лейтенант нас остановил, я вышел, и тут с двух сторон стрельба. Все буквально минуту заняло. Я вон там залег, за лейтенантом, – показал Филатов на мертвеца в милицейской форме. – Как жив остался – не знаю. Да, и кто-то еще в ту сторону побежал, – Филатов указал в сторону, откуда они подъехали. – А потом слышно было, как мотор завелся.
– Кто в машине?
– Вероника Бережная, по мужу Власова, моя знакомая. Я должен был отвезти ее в Магадан. Кто за рулем – фамилии не знаю, Никин знакомый.
– П...ец, – пробормотал майор, осматривая место побоища. Шесть... семь... девять трупов...
– Тут еще один! – донесся из-за забора голос милиционера. – С автоматом. И в доме вроде убитый...
– П...ец, – повторил майор. – И Потехин свалил куда-то... Ваши документы!
Филатов предъявил служебное удостоверение охранника на прииске.
– В течение недели никуда не отлучайтесь, – предупредил майор. – Понадобитесь как свидетель. Когда здесь закончим, поедете с нами, снимем показания.
Дождавшись, пока единственный криминалист сфотографирует место происшествия и соберет вещественные доказательства, майор скомандовал погрузить трупы в машину и отправить в морг.
«Жаль, не смогу похоронить Веронику, – подумал Филатов. – Но здесь явно не все бандюги были. И куда Потехин свалил, с-сука?»
В отделе первым, кто попался на глаза Филатову, был участковый Савелий Турейко, который шел по коридору к выходу. Он едва заметно подмигнул десантнику, мол, после формальностей я тебя найду, и ушел. Допрос длился недолго и был формальным, видать, без начальника тут не решались предпринимать какие-либо действия. И уже через час Филатов вышел на улицу, заметив стоявший за углом джип, на котором приехал давешний сержант. Филатов почувствовал, что сержант этот принял услышанное очень близко к сердцу.
Едва десантник завернул за угол, его потянули за рукав.
– Славно ты их покрошил, – без предисловий начал Турейко, когда они вошли в какую-то пустую квартиру и уселись в кресла.
Филатов безмолвствовал. Тогда участковый достал из-под куртки «стечкин» и положил на стол.
– Не прячь ничего в конуру, когда там нет собаки, – ухмыльнулся он. – Конура и кобура – разные вещи...
– Хорош прикалываться, – осадил Савелия Филатов. – Что ты от меня хочешь?
– Ровным счетом ничего. Поделюсь кое-какой информацией, если ты не возражаешь, а потом – твои вопросы. Так вот. Во-первых, аккуратно с этим сержантом, у которого джип. Его фамилия Старовойтов, если интересно. Он скорее всего с ними связан. И, видать, вскоре поедет в одно место, где кое-кто собрался. В смысле, чтобы отчитаться в подробностях. А место это в сотне километров отсюда, в заброшенном лагере НКВД. «Кое-кого» в количестве двадцати рыл плюс десяток местных шлюх доставил туда вертолет. Он же должен их оттуда забрать. Завтра.
 
– Что у них там – база? – спросил озадаченный Филатов.
– Именно. Оборудовали сохранившееся здание и голливудят там, чтобы в городе не светиться. Наверное, и хранят там кое-что.
«Твою мать...» – подумал Филатов, а вслух спросил:
– Ты на кого работаешь?
– На государство, десантник, только на государство. Ну, не на Потехина же!