Моя по контракту

— Я заметил, что не эротический сон тебя настиг. Хотя поначалу, когда ты застонала…
— Стас!
Хочется влепить ему побольнее за стёб, когда мне так больно. Но он уже тоже выбирается из постели, натягивает штаны и подходит ко мне. Боль тем временем немного отпускает, и у меня получается хотя бы разогнуться.
— Спина?
— Ага.
— Ну вот, думал, женился на малолетке, а оказалась старушка с радикулитом.
Я всё же вспыхиваю злостью и бью его кулаком в плечо, отчего под лопатку вновь будто кто-то нож втыкает, заставляя поморщиться и задушенно выдохнуть.
— Ладно, угомонись. Спина прихватила. Бывает. Ты же треснулась в бассейне, может где и защемило, а проявиться могло не сразу. Одевайся, сейчас отвезу в больницу.
— Не надо в больницу.
— Надо, Ася, здоровье спины очень важно, тебе ведь ещё наших детей носить.
Больше ему ничего не надо? Достал своими шутками. Не надо реагировать. Он видит, что меня это смущает, вот и поддевает. Взрослый мужик, а ведёт себя как подросток. Это кто ещё тут малолетка. Придурок!
Я злюсь на него, но монолог этот остаётся только в моей голове, потому что Грачёв скрывается за дверью ванной. Я, скуля и тихо причитая, натягиваю свитер и джинсы, а потом ухожу в кухню. Там умоюсь, пока муженёк не вышел из душа и не стал разгуливать голышом. С него станется.
Решаю перекусить хоть немного. Я не люблю больницы, меня в них всегда тошнит от запаха и от страха. Так что лучше там не появляться на голодный желудок.
Вчерашних бутербродов ни на столе, ни в холодильнике я не обнаруживаю. Значит, не побоялся, что отправлю.
Делаю себе сладкий горячий кофе и тост с сыром. Под лопаткой простреливает при каждом движении, тянет всю спину, иногда аж дыхание спирает.
Стас спускается за мной минут через десять. Он говорит по телефону и взъерошивает пальцами ещё влажные после душа волосы. Надел джинсы и серую футболку, которая ему очень идёт к глазам. Ему вообще идёт этот образ, не меньше, чем деловой.
В мыслях даю себе пощёчину, запрещая пялиться и оценивать внешний вид Стаса. Заметит если, потом достанет подколами.
Больница, в которую привозит меня Грачёв, совсем не похожа на те, с которыми у меня был опыт взаимодействия. В приёмном и у регистратуры приятно пахнет кофе, девушки за регистраторской стойкой молоденькие и улыбчивые, даже оформлено всё как в обычном офисе, ничем и не напоминает больницу.
Но врачи здесь самые настоящие. Меня осмотрели травматолог и невролог, сделали рентген и УЗИ, взяли анализы. Слава Богу, Стасу хватило такта не переться со мной в кабинет.
В итоге мне объявили, что ушиб спровоцировал воспалительный процесс, который я ещё хорошо сдобрила холодным душем и сквозняком. Ничего критичного, за пару дней полегчает, а там и совсем пройдёт. Выписали мазь и обезболивающие таблетки. Слава Богу, не уколы, а то я не дышала, пока врач рецепт выписывал.
Обратно домой меня отвёз уже водитель, потому что Стасу срочно понадобилось уехать. Мы заехали в аптеку и в супермаркет за продуктами. Дома я выпила обезболивающие и даже почти расслабилась, а потом и уснула. Вечером долго болтала с бабушкой, потом опять сидела над фотографиями. Решила, что спрошу у Грачёва напрямую.
Стас приезжает поздно, шумит чайником внизу на кухне. Я ловлю себя на мысли, что у нас уже появился какой-то жизненный уклад. Пусть странный и вынужденный, но всё же уклад. Я даже замечаю за собой, что внутренне жду его возвращения.
Мотаю головой, стараясь выбросить глупые мысли. Надо успеть принять душ, выпить таблетки и уснуть до того, как Стас придёт в спальню. Это самые странные моменты — засыпать в одной постели. Особенно, если вспомнить, что случилось у бассейна.
Ополоснувшись в душе, я выпиваю выписанные таблетки и возвращаюсь за мазью, которую оставила на тумбочке.
— Я думал, ты уже спишь. Как самочувствие? — слышно из-за распахнутой дверцы шкафа.
Сердце подпрыгивает от испуга, потому что я не ожидала, что он уже здесь.
— Нормально. Доктор сказал, скоро пройдёт, выписал таблетки и мазь.
Откручиваю тубу, выдавливаю немного остро пахнущей мази на палец и пытаюсь, стоя перед зеркалом, нанести лекарство на больную мышцу. Но выходит так себе. Из-за боли привычная гибкость ограничена.
— Чёрт! — срывается ругательство.
— Тише, не надо ругаться, — Стас подходит сзади и аккуратно вытаскивает из пальцев тюбик. — Давай помогу.
— Не надо, — отвечаю негромко. Он вдруг оказывается так близко, что уже знакомая щекотка появляется из неоткуда и расползается под кожей. — Я сама справлюсь.
— Я не съем тебя, Ася. Просто хочу помочь. Ложись на кровать, — мягко подталкивает.
Я сомневаюсь, но поддаюсь. В конце концов, я и правда сама не достану куда мне надо. Ложусь на постель, а у самой внутри всё замирает. Нельзя же так реагировать, нельзя, иначе это плохо кончится.
Вздрагиваю всем телом, когда Стас кладёт мне ладони на спину. Они большие и тёплые, и будто чем-то заряжены, потому что я чувствую эти странные биотоки, что покалыванием распространяются по моей коже.
— Не нервничай, девочка, — Грачёв убирает с моей шеи волосы и, подцепив пальцами бретели майки, спускает их по плечам. А потом его голос звучит очень близко с моим ухом, обдавая теплом дыхания. — Ты же не думаешь, что я попытаюсь оттрахать тебя, когда ты корчишься от боли?
Намерено говорит мне грубые пошлости, ему это кайф доставляет. А я пытаюсь разозлиться, чтобы не чувствовать ответную волну, задавить этот трепет, что пытается прорваться в ответ на этот пошлый шёпот. Дёргаюсь, но Стас удерживает меня пригвождая за плечи к постели. Оно и хорошо, иначе моя нынче нездоровая спина отдалась бы огнём. Но это я понимаю не сразу. А прямо сейчас мне хочется освободиться.
Или…?
— Это всё равно случится, моя Змеевна. Сама захочешь. А сейчас выздоравливай.
Грачёв отпускает мои плечи, а спустя пару секунд наносит согретый теплом ладоней гель, втирает его и укрывает меня одеялом.
 
15
Стас
— Что-то не так, Стас? — Ева убирает руки с моей шеи и отходит на шаг назад.
Не так. И это дерьмово.
— Позвонили, надо срочно вернуться.
— Ты же главный, неужели нельзя опоздать на полчаса?
— Нет.
— Обещаешь потом приехать?
— Не знаю, как получится.
— В последнее время что-то совсем не получается, — складывает руки на груди и смотрит недовольно.
— Ева, не трахай мне мозг. Я позвоню.
Застёгиваю пиджак на одну пуговицу, проверяю телефон в кармане и выхожу за дверь. Даже как-то дышать становится легче. Пора признать, что с Кошкой нам больше не по пути. Я её просто не хочу.